Орден во всю спину 4 (СИ)

– Есть ещё задний двор и несколько комнат для жилья, – добавил Ланский, лениво отмахнувшись. – Раньше здесь уже было кое-что вроде твоего дела. Так что, считай, повезло. Отныне я тебе ничего не должен.
Он усмехнулся самодовольно, сел в машину и уехал, подняв облако пыли, оставив шестерых посреди шумной улицы.
Антон повернулся к ним:
– Не переживайте. Сегодня же пришлю людей с вашими идентификационными картами жителей крепости и бумагами на поступление.
  
Лёшка не выдержал и первым ворвался внутрь. Дверь с протяжным скрипом открылась, и носы ударил терпкий запах трав – сушёных корней, коры, каких-то пыльных порошков. Оказалось, что это бывшая лавка лекаря. Полки, столики, лавки – всё на месте. Даже банки с засушенными змеями и какими-то травами.
Выходит, Ланский подарил им не просто помещение, а готовую клинику. Он знал, что Косой умеет врачевать.
Вот только Ярославу было невесело. Он уставился на ряды склянок и понял – всё это словно не про него. Знал-то он про медицину не просто мало, а так, кот наплакал. И почему-то в груди стало пусто, будто его снова пытались загнать в чужую роль.
  
Глава 11
 
Название магазина, которое Консорциум Потанина передал Ярославу Косому, звучало напыщенно и старомодно – "Зал нетрадиционной медицины". Ещё бы, для традиционной требовались таблетки, микстуры, уколы, а с этим-то как раз и напряжёнка. Так что травки, типа подорожник вам в помощь, как говорится. Старик Ван сразу загорелся идеей заказать новую вывеску, чтобы место зажило новой жизнью, но Косой только отмахнулся. Денег на это у них не водилось, да и зачем спешить? Сначала нужно обсудить всё вместе.
Дом при магазине оказался на удивление просторным. В глубине – пять комнат: крошечная кухня, три спальни и туалет. Да-да, туалет тоже за комнату шёл. Вернее, совмещённый санузел. Самое удивительное было именно это – туалет. Для Ярослава это стало настоящим откровением. Они здесь тоже есть! В их родном городе все удобства представляли собой обычные выгребные ямы, типа толчок, и это ещё хорошо хоть такой есть, над которыми только и вздыхай. А тут – белая фаянсовая чаша, холодная на ощупь, со странной ручкой сбоку. Нажмёшь – и слышишь шум, журчание, будто целый ручей обрушился вниз. Вода с плеском уходила в глубину, оставляя после себя запах свежести и чистоты. Вода блин… вода! В крепости с ней вообще никакого дифицита….
Первые дни все мучились, кроме Косого, естественно, пытаясь понять, как это чудо работает. Лёха чуть не свалился туда с перепугу, старик Ван долго ворчал, что "нечистое это дело – чтоб отходы сами по себе уплывали", а Лариска вертелась у двери, словно стражник, пока остальные осваивали новую науку. Но вскоре разобрались.
Не меньшее удивление вызвал кран в ванной. Сначала никто не понимал, зачем железная штука в стене. Пришлось ярославу показывать этим обезъянам осоновы цивилизации. Но стоило повернуть вентиль, как из носика полилась прозрачная, звенящая каплями вода. Она ударяла в дно жестяного таза, наполняя комнату звуком, будто кто-то рассыпал пригоршню мелких монет. Ребята стояли, заворожённые, словно дети, впервые увидевшие фокус.
– Вот почему они тут такие чистенькие, – сказал Лёха, проводя ладонью под холодной струёй. – Им не нужно считать каждую каплю.
Это он ещё с душем не познакомился. Обычно дикарям он вначале не нарвится.
В их прежнем городе каждому полагалась строгая норма воды. Колодцы, что были раньше, крепость запечатала – боялись кражи, утечек, отравлений.
Теперь же перед ними открывалась жизнь иная – без постоянных ограничений.
Комнаты распределили быстро. Лариске выделили отдельную – не ровен час, ещё скандал устроит, если подселят к кому-то. А домработница за еду и проживание самое оно. Старик Ван и Даун поселились вдвоём, в другой комнате, где пахло сухими досками и плесенью. Ярослав, Лёха и Чудило перебрались в последнюю – тесновато, но по сравнению с прежними подвалами это был почти курорт. Короче, как в общаге. Ну ничего, решил Косой. Научу мыться, гигиену соблюдать, авось не сдохну.
Шестеро вышли во двор, расставили маленькие табуретки и устроили своё первое собрание акционеров. Двор пах прогретым солнцем кирпичом, прелой листвой и чуть – горечью от трав, что хранились в лавке.
– Пока мы тут обживались, – заговорил старик Ван, почесав щёку, – несколько человек заходили. Всё искали доктора. Даже не знали, что хозяин сменился. Видно, прежний лекарь славился на весь квартал. Может, и нам держаться того же? Чего мудрить-то?
– А кто у нас врач? – огрызнулся Ярослав. – Я, что ли? У меня только чёрное лекарство.
В крепости 334 за последние годы настоящих врачей почти не осталось – были пара шарлатанов, да и те лечили больше наугад. Косой же понимал: его снадобье работает лучше любого их порошка. Но знаний у него было – кот наплакал.
Хотя… в этой крепости должны быть настоящие больницы, врачи с опытом, знания. У него же в руках оставались Свитки Дублирования Навыков. Почему бы не "подсмотреть" что-то стоящее у настоящего доктора? И всё же жечь свитки на медицину? Ради быстрых жетонов благодарности, которые так и не приносили толком прибыли?
Ярослав вздохнул. Нет, слишком дорогое удовольствие. Лучше приберечь. А вдруг он снова встретит Ярославу Журавлёву? С неё можно списать хоть десяток полезных умений разом. Пусть это будет метание ножа, скрытность или ещё что-то нужное. А не всякая ерунда вроде прыжков со скакалкой или детских стишков, которые ему уже доводилось вытягивать.
Каждый раз, вспоминая тот нелепый опыт, он начинал злиться. Будь его воля – он бы все свитки в мире сберёг только для настоящих умений, а не для детских игр.
В итоге Косой сказал:
– Сначала давай сбыть твои антибиотики за наличные. У них ведь срок годности есть, или я ошибаюсь?
Старик Ван согласно кивнул:
– Ммм… Время у нас пока есть. Сегодня уже поздно, так что завтра схожу и обменяю деньги Потанина на часть валюты Консорциума Сечина. В принципе, сейчас нам срочно деньги и не нужны.
– Ну и ладно, – протянул Ярослав. – Если совсем прижмёт, откроешь новый магазин, такой же, как раньше.
– Всё так, но для магазина нужен ходовой товар в долгую, – глаза старика Вана хитро сверкнули. – Смотри, тут же полно трав и всякой народной медицины. Ты сможешь из этого варить чёрное лекарство?
Ярослав нахмурился, потер пальцами подбородок и спустя пару секунд ответил:
– Да, но только не в больших объёмах. Максимум – одна доза в неделю.
– И этого хватит! – радостно воскликнул старик Ван. – Магазин обязан иметь изюминку. С чёрным лекарством нам никогда не грозят пустые прилавки!
Ярослав лишь покачал головой. Менять чёрное лекарство на деньги он не собирался – золота у него было достаточно. Гораздо полезнее вложиться в оружие, чем в лишние купюры.
Тем не менее один жетон благодарности можно было обменять на три маленьких флакончика чёрного лекарства. А каждый флакон легко делился на пять-шесть порций для продажи. Всего одного жетона хватало, чтобы жить безбедно несколько месяцев. Цена не казалась Ярославу настолько серьёзной, чтобы переживать.
Он решил: завтра первым делом пройдётся по крепости и приценится – удастся ли сбыть своё добро по частям и нужно ли спешить с этим.
Тут Лёха поднял голову и вдруг спросил:
– А где Чудило? Кто-нибудь его видел?
Старик Ван моргнул, нахмурился:
– Верно, куда он подевался-то? Чудило всегда рядом ошивается.
Тем временем сам Чудило с восторженным видом бродил по улицам крепости. Его детство прошло в психушке – серые стены, запах лекарств, глухие коридоры. Там он научился жадно вбирать в себя любой глоток свободы. Когда-то он жил в мире шумном и ярком, полном рекламы и музыки, но то были призраки далёкого прошлого.
  
Сейчас каждая витрина, каждый магазин, переливавшийся неоном, отдавал ему то странное, почти щемящее чувство – будто он и дома, и в гостях одновременно. Он на время даже забыл, что должен был искать путь в Западный Рай за буддийскими писаниями.