Зона некомфорта (СИ)

Мои жалящие поцелуи спустились на грудь, но я и не думал останавливаться, одной рукой сминая полушария, а другой плавно спускаясь вниз, пока не нашел чувствительный бугорок.
Дыхание девушки давно сбилось. Она тихо постанывала и даже пыталась сопротивляться, хотя явно была не против того, что я делал с ней. Мне же хотелось оставить на ее теле столько засосов, следов от своих рук, чтобы больше никто не смел прикасаться к ней, чтобы все понимали, что она – моя женщина. Моя. И я любого порву, кто еще хоть раз посмотрит на нее не так или мимолетно заденет.
Спускаясь поцелуями вниз, я дошел до мелко подрагивающего живота, но и тут долго не задержался.
Зафиксировав длинные ноги, чтобы Габби не старалась вырываться, я проник в нее языком, слушая самую прекрасную музыку. Женские стоны стали громче, а тело ведающей еще вкусней. В этом было что-то извращенное: я вылизывал ее, оставлял засосы, в то время как глубоко внутри, за толщей чувств испытывал отвращение. К себе, за то, что продолжал эту общую пытку. Наказывал не только ее, но и самого себя, потому что сдерживаться становилось все сложнее. Отвращение к Габби и тому, что она совершила.
Я ласкал ее языком, вылизывал мокрые складочки, но замечая предел девушки, останавливался, чтобы тут же продолжить. И так раз за разом. Я доводил ее до исступления, не давая того, чего она так искренне сейчас желала – разрядки. Если не считать напряжения в члене, который так и просился на свободу, чтобы войти в девчонку, меня даже забавляло это. На ее лице и груди появились капельки пота, в голубых глазах отражалось желание. Подув на разгоряченное тело, я услышал очередной стон.
- Витто!
- Что, дорогая?
- Трахни меня, иначе я точно не посмотрю на твою магию и все сделаю сама.
Я рассмеялся от души, почувствовав боль в яйцах. Сдерживаться было все сложнее. С этим надо что-то делать, хотя признаюсь, я бы посмотрел, как она избавилась бы от моей магии.
- Кто шикарный любовник?
Девушка промолчала, сжав зубы. Хорошо, значит продолжаем. И я правда продолжил целовать, сминать, ласкать. Делать с ней все, что хотел. Ну почти все. Вскоре Габби не выдержала, выкрикнув:
- Ты! Ты шикарный любовник!
Победно улыбнувшись, я поцеловал Габриэль не менее яростно, чем прежде, почувствовав в ответ то же желание. Тот же огонь, что горел во мне, требуя подчинить. Заставить подчиняться.
И все же я не мог больше терпеть. Не мог смотреть на ее мучения, когда сам хотел окончания не меньше, чем она.
Освободившись от боксеров, я взмахнул рукой, освобождая запястья ведающей, которые тут же впились в мои волосы. Нет уж, все будет по моим правилам.
Мне не составило труда поставить Габби в коленно-локтевую позу, после чего я тут же вошел в нее. Одной рукой удерживая тело, я сорвался на бешеный ритм, медленно выходя и резко возвращаясь.
Пусть я и не планировал трахать ее, но никто не говорил, что я не могу отыметь как шлюху. Поставить раком и взять так, как считаю нужным.
По-другому она и не заслуживала. Только так, как шлюху. Как предательницу. И нечего с ней играться, нежничать. Не заслуживает.
- Витто, - простонала девчонка.
- Заткнись, - прорычал я, вдалбливаясь в нее. Раз за разом, глубоко и резко, будто это было важнее всего. Мой наркотик. Моя ведающая. Моя женщина.
Не отпущу. Не отдам. Моя. Только моя.
Получили разрядку мы, кажется, одновременно. Это не играло роли. Удерживая Габби, я какое-то время находился в ней и пытался отдышаться. Хотелось сохранить этот момент с той, кто так неосторожно вызвала во мне ревность, чувства, которых раньше не было. Просто побыть немного с ней. Теплой и послушной. И все еще желанной. Любимой.
Осознав, о чем подумал, тут же отстранился и поднялся с кровати, чтобы пойти в ванну. Мне срочно требовался холодный душ, который прекрасно избавлял от всей чуши, что поселилась в голове.
- Поторапливайся. Я хочу познакомить тебя кое с кем, - отстраненно произнес я, возвращаясь в спальню.
Габби стояла в моей рубашке и смотрела в окно, от чего мне захотелось подойти к ней и обнять. Но нет, этого не будет. Она поможет мне найти элементаля, а потом пусть катится на все четыре стороны. Хоть к Морену, хоть к бывшему. Мне плевать.
 
- С кем? – уточнила девчонка, поворачиваясь ко мне лицом, на котором застыли боль и презрение.
Она была удивлена, хотя признаться, я сам еще не совсем верил в то, что делал. Но если это поможет, то они обязаны познакомиться.
- Узнаешь. У тебя двадцать минут.
Не считая нужным что-то объясняться, я вышел. Лучше как можно реже находиться рядом с ней.
Спустя указанное время Габриэль была готова, и это было единственное, пожалуй, что меня порадовало за последние сутки.
В машине хранили молчание. Габби смотрела в окно, любуясь новой для нее стороной Италии, а я не хотел разговаривать.
Между нами будто стена выстроилась. Точнее, Габриэль начала ее строить, а я закончил. Гораздо быстрее, чем она, потому что новость, что ведающая переспала с Мореной, крутилась в голове, но я быстро отгонял ее. Время не отмотать, ничего уже не вернуть. Между нами больше ничего нет, и единственное, что мне от нее нужно — элементаль.
Вскоре мы прибыли на место, где нас уже ждал Луиджи.
- Как она? – спросил у него первым делом, желая узнать все до мельчайших подробностей. Хотя я и так все узнаю первым, так что беспокоиться не о чем.
- В последнее время изменений не было. Приступов тоже, - обрадовал он меня, после чего добавил: - Добрый день, мисс Ритерфорд.
- Добрый. Так с кем ты хотел меня познакомить? – обратилась ко мне девчонка.
Попрощавшись с колдуном, я молча повел ее в нужную сторону, едва ли не заскрипев зубами от того, как нагло прозвучал вопрос.
- Если ты что-нибудь устроишь… - с угрозой прошептал я ей на ухо, не больно, но ощутимо схватив за локоть. – Советую хорошенько подумать над последствиями.
Она хотела ответить, но не успела – мы вошли в комнату, в которой нас уже ждала моя мама.
Моя рука медленно спустилась вниз, переплетая наши с ведающей пальцы. Габриэль попыталась освободиться, но я не позволил, после чего она послала мне гневный взгляд.
- Витто, мальчик мой, ты, наконец-то, решил уделить время своей личной жизни? – с легким удивлением и радостью спросила мама.
Слов не было, чтобы передать ее счастье, ведь она единственная, кто волновалась не о клане, а, в первую очередь, о моей жизни. И я это ценил, как никто другой.
Неопределенно пожав плечами, подошел к маме, чтобы обнять и поцеловать в щеку. Чувство уюта и покоя тут же передалось мне, будто и не было последних дней.
- Мама, знакомься, это Габриэль Ритерфорд – моя девушка, прекрасный кулинар и переводчик. Габби, это Летиция Остер – моя замечательная мама и главная опора, - сдержанно произнес я.
- Приятно познакомиться, - произнесла девушка, улыбнувшись моей маме. Радовало, что хоть сейчас она не показывала свою вторую сторону. Но надолго ли?
- Взаимно. Вы первая девушка, которую привел Витто. Раннее у него ни с кем не было столь серьезных отношений.
- Мам, - протянул я, уже догадываясь, что кто-кто, а Летиция Остер точно не упустит своего шанса.
- Что? Мы же просто разговариваем, - невинно произнесла она и поднялась с кровати. – И пойдемте, погуляем, мне в самом деле неудобно лежать в кровати, в то время как вы стоите.
Я осторожно подхватил ее за локоть, чтобы придержать в случае, если ей станет плохо.
- Тебе не стоит вставать, - не смог скрыть обеспокоенных ноток в голосе, но она отмахнулась и тихо перебила.
- Я теряю магию, сынок, но не ноги, так что не запрещай мне того, что не только можно, но и нужно. А сейчас я хочу на свежий воздух.
Спорить я не стал. Лишь заставил надеть легкую кофту, но женщинам уже было не до этого. Они шли впереди, и я не пытался нарушить их разговоры о готовке и всякой прочей чепухе, которыми они так увлеклись.
Мама, как часто бывало, когда мы проводили время все вместе, надела лиловое платье. Это был ее любимый цвет, с которым у меня, при виде ее, ассоциировались все самые теплые воспоминания. Семейные вечера у камина, выходные в парке или еще где-нибудь, куда мы выбирались в свободное время отца. Тогда мы были по-настоящему счастливы.