Перья, которые кровоточат (ЛП)

–Будьте начеку, - говорю я им, затем киваю Джейсу. Мы вдвоем выходим на улицу, как раз в тот момент, когда Чейз выходит из одной из машин и приветствует нас обоих клинической улыбкой.
–Чему мы обязаны таким удовольствием? - Спрашиваю я, слегка щурясь от яркого солнца.
Джейс стоит слева от меня, и я практически чувствую, насколько он сейчас взволнован. Все, что я могу сделать, это сохранить невозмутимое выражение лица и покончить с этим, что бы это ни было.
  
–У меня есть для вас работа, - говорит нам Чейз, затем останавливается недалеко от нас. –Мне нужно, чтобы вы убили кое-кого.
–Мы никогда не обсуждаем работу в моем гараже, - заявляю я, затем бросаю на него быстрый взгляд. –Что изменилось? - Я бросаю взгляд на охранников, стоящих по бокам от него. Возможно, дюжина, а может, и больше. Это абсурдное число, даже больше, чем те, что у него есть в офисе его поместья, где мы обычно обсуждаем убийство и его цену.
–Это особый случай – тот, который потребовал незнакомого места встречи. ‐ Он указывает на одного из своих охранников, который достает коричневый конверт из своей куртки, прежде чем передать его ему. Чейз, в свою очередь, предлагает это мне – выражение его лица совершенно нейтральное. Трудно изучать его таким образом, потому что этот ублюдок знает, как управлять собой, когда хочет.
Я беру у него конверт. Мои перепачканные жиром пальцы оставляют отпечатки на бумаге, но это наименьшая из моих забот. Потому что, когда я достаю фотографию, которая внутри конверта, все мое тело парализует, а во рту пересыхает.
Это потому, что фотография, которую я сейчас держу в руках, принадлежит Сигнетт. Она, конечно, не недавняя, но, тем не менее, это она. И я вот-вот сойду с ума, потому что я не знаю, во что, черт возьми, играет Чейз. Он либо знает о том, что на самом деле произошло с Мирандой, либо действительно хочет убрать Сигнетт с его пути, поскольку она представляет прямую угрозу его положению и богатству. В любом случае, правда выйдет наружу, а если нет, мне придется найти ее и увезти подальше от этого засранца.
Я немного расслабляю свое тело и беру себя в руки, прежде чем могу случайно выдать себя. Рядом со мной Джейс пытается сделать то же самое.
Я смотрю на Чейза, затем нацепляю фальшивую улыбку на лицо и машу фотографией в сторону.
–Это тебе дорого обойдется, - говорю я ему совершенно равнодушно и буднично, хотя на самом деле все, что я хочу сделать, это перерезать ему горло.
Он прищуривается, глядя на меня.
–В два раза больше, чем за других, я так понимаю.
Я подмигиваю ему.
–Еще больше.
Он смеется, затем качает головой.
–Ты намного лучший актер, чем она, - говорит он, затем ухмыляется так гладко, но в то же время тревожно. –Я удивлен, что ты вообще продержался так долго, учитывая твою... привязанность к моей сучке племяннице.
Буквально красные вспышки перед моими глазами. Я сокращаю расстояние между ним и мной почти за одно мгновение, и охранники едва успевают выхватить оружие к тому времени, как я хватаю Чейза за воротник и притягиваю его к себе. Он немного ниже меня, поэтому ему приходится смотреть на меня снизу вверх, пока я насмехаюсь над ним сверху вниз.
–Назови ее так еще раз, и я прикончу тебя к чертовой матери, - предупреждаю я его. –Где она?
Я был прав; он знает о том, что случилось с Мирандой. Как? Я точно не знаю.
Он поднимает руку в сторону охранников, прося их отойти.
–Пойдем со мной и узнаешь сам, - говорит он мне.
Я усмехаюсь.
–Я не в настроении играть в твои интеллектуальные игры, Чейз. Скажи мне, где моя Сигнетт, или я выпотрошу тебя с ног до головы.
Он хихикает.
–О, поверь мне, я не играю ни в какие гребаные игры с тобой. ‐ Он хватает мой кулак и стаскивает его с себя. –Если ты и твоя команда не пойдете со мной, то в ближайшие несколько минут ты получишь на свой телефон милое маленькое видео, где мои охранники по очереди трахают твою Сигнетт, пока она кричит, чтобы они прекратили. Разве не это чуть не случилось с ней много дней назад, что в конечном итоге привело тебя к убийству моей сестры?
Мои глаза горят, когда я смотрю на него, и когда он улыбается мне, я стискиваю зубы и бью его в челюсть, заставляя его отшатнуться назад.
–Ты ублюдок! - Я делаю шаг вперед, но пара его охранников удерживают меня.
–Убери от него свои гребаные руки, - говорит Джейс, затем отталкивает их от меня. Он бросает на меня взгляд, полный предупреждения, затем поворачивается и выкрикивает имена Алекса и Варши.
–Мы пойдем с тобой, - говорит он Чейзу. –Но только если ты дашь нам слово, что с Сигнетт все в порядке.
Чейз сплевывает кровь на гравий, затем фыркает на нас.
–Ты не в том положении, чтобы просить меня о чем-то. Все, что тебе нужно знать, это то, что Сигнетт у меня, и если ты не хочешь, чтобы мои охранники наложили на нее свои жадные лапы, тогда ты пойдешь со мной.
Я стону и собираюсь подойти к нему, но Джейс останавливает меня. Когда я сердито смотрю на него, он стискивает зубы и поднимает на меня бровь.
–Ты знаешь, какой он импульсивный, - говорит он мне. –Не давай ему повода, в котором он нуждается, чтобы навредить Сигс. Потому что он прикажет ее изнасиловать, просто чтобы одержать над тобой верх. Черт возьми, сохраняй спокойствие и делай, как он говорит. Это единственный вариант, который у нас есть.
–Мы вчетвером можем справиться со всеми, - возражаю я. –Ты знаешь это, Джей.
–Я знаю, ты засранец. ‐ Он вздыхает и проводит рукой по голове. –Но дело не в ком-то из нас здесь, чувак. Речь идет о Сигнетт. Убийство Чейза или его головорезов не изменит ее судьбу прямо сейчас, но сделать так, как он говорит, – это вполне может.
Варша и Алекс выходят на улицу, и группа охранников немедленно окружает их.
Я смотрю на первую, которая едва заметно кивает мне, давая понять, что она проинформировала Соло о том, что здесь произошло.
Я сглатываю и пытаюсь сдержать свой гнев, затем снова смотрю на Чейза.
–Ну, тогда давай, блядь, пойдем.
Он поджимает губы, оглядывая меня с ног до головы.
–Всего секунду. ‐ Он подходит ко мне, затем немного сгибает колени и бьет меня в живот.
Я сгибаюсь пополам, и у меня перехватывает дыхание, когда тупая боль распространяется по животу, затрудняя вдох и выдох из легких.
Гребаный кусок дерьма.
Если бы не Сигнетт, он был бы уже мертв прямо сейчас.
–Отлично. Теперь мы можем уезжать, - почти объявляет он, и его охранники начинают тащить меня и команду к ожидающим машинам.
 66. 
 
 
–Мне страшно, - шепчу я, затем смотрю на Мейва. –Я чертовски напугана, и мне не нравится чувствовать себя таким образом – не после всего, что я пережила, чтобы убедиться в обратном. ‐ Моя голова путается от мыслей о том, как я могу вытащить себя и других из этого, и шум в ушах вместе с потом, стекающим по вискам и шее, заставляют меня нервничать.
Мейв накрывает мою руку своей и слегка сжимает ее.
–Просто дыши, Нетти, и знай, что я здесь. Что бы ни задумал Чейз, мы встретим это вместе. У нас все получится.
Мы сидим на одном из диванов в фойе, и с каждым тиканьем часов мое беспокойство усиливается. Охранники, которые нас окружают, делают мне только хуже, и я так близка к тому, чтобы сбежать, проклиная последствия, которые за этим последуют.
Двери поместья открываются, и я почти сразу же поднимаюсь на ноги. Дядя Чейз входит в фойе, и сила, которую он излучает с каждым своим шагом, когда-то давно заставила бы меня смотреть на него с восхищением, но теперь все, что это вызывает во мне, - это ненависть. Ненавижу, что у него есть этот момент, несмотря на то, что он бесхребетное дерьмо, каким он и является.
  
Я смотрю мимо него и облегченно выдыхаю, когда вижу Доррана. Его глаза встречаются с моими, и то, как вздымается его грудь при выдохе, говорит мне, что он тоже беспокоится об этом.