Перья, которые кровоточат (ЛП)

Я смотрю на нее и замечаю, что ее лицо совершенно пепельного цвета. Она прижалась к стене и изо всех сил сжимает свое жемчужное ожерелье, глядя на меня так, словно я незнакомка.
Может быть, так оно и есть.
Даже я, черт возьми, не знаю, кто я такая в этот момент, поэтому ожидать, что она будет в порядке с этой моей стороной, было бы нелепой идеей.
–Уходи из моего дома, - говорит она, затем сглатывает. –Убирайся к чертовой матери!
  
–Он собирался изнасиловать меня, мама, - заставляю я себя сказать. –Как... как ты можешь с этим мириться?
Она бросает на меня непонимающий взгляд, и на меня сразу обрушивается тяжесть всего, что произошло за последние несколько минут. Это как лобовое столкновение мыслей, душевная боль и шок, и этого.. слишком много. Это действительно чертовски много.
Я направляюсь к двери, и мама отшатывается от меня. Забавно, как поменялись роли, хочу я сказать ей, но не делаю этого, а вместо этого выхожу из своей комнаты. Я пересекаю фойе и выхожу в сад, и только пройдя половину его, я отпускаю давление в груди и начинаю плакать. Мой голос раздается в тишине и сливается с моими нетвердыми шагами, когда я прохожу мимо некоторых статуэток в саду. Охранники прекращают свою болтовню и бросают на меня испуганные взгляды, когда я подхожу к ним. Они не уверены, как подойти ко мне или даже спросить меня о чем-либо, поэтому остаются такими, какие они есть, пока один из них не решит открыть для меня ворота.
–Спасибо, - хриплю я, затем выхожу на улицу, оставляя озадаченных охранников с заплетающимся языком позади меня.
 52. 
 
 
–Лиам Хемсворт может поцеловать мою бледную задницу, - слегка невнятно произносит Алекс, затем похлопывает себя по бедру. –Вот, блядь, целуй.
Я смеюсь, и Соло, и остальная команда тоже.
Я смотрю на Варшу, и когда она улыбается мне, я протягиваю руку и сжимаю ее.
–Кто бы ни принял решение переделать Геральта, он сгниет в аду, - продолжает Алекс, затем хмурится и делает большой глоток пива из бутылки, которую держит в руке. –Проклятый геморрой.
–Ты только что назвал реального человека геморроем? - Я спрашиваю его.
–Черт возьми, да, я это сделал. ‐ Он ухмыляется. –Я очень пьян, не так ли?
–Ни хрена себе, Шерлок, - говорит Джейс рядом с ним, затем целует Алекса в макушку.
Я расставляю ноги и откидываюсь на спинку стула, затем проверяю свой телефон. Некоторое время назад я написал Сигнетт, прося ее потусоваться со мной и другими в «Finesse», но она еще не ответила. Я позвонил ей, но ее телефон выключен. И то, что она не перезванивает мне, действует мне на нервы и заставляет меня чувствовать себя неловко. Замечательное сочетание, если я сам так говорю.
Соло хотел провести вечер за выпивкой со мной и командой и пришел в «Finesse» после закрытия со слишком большим количеством 6 упаковок. Никто из нас не мог сказать “нет” этому. И вот, сейчас мы сидим за гаражом с небольшим костром в центре, слушая, как Алекс ноет о том, что Генри Кавилла заменил Лиам Хемсворт в роли Геральта в «Ведьмаке».
Я бросаю окурок сигареты в пустую пивную бутылку у своей ноги, затем снова проверяю свой телефон, и когда я ничего не вижу, я стискиваю зубы и беру охлажденную бутылку из холодильника рядом с Джейсом. Я поднимаю взгляд, и Соло, который сидит напротив меня, поднимает на меня бровь. Я качаю головой в ответ и откупориваю крышку бутылки, затем наслаждаюсь сладким вкусом пива, выпивая его залпом.
–Мне только кажется, или у Доррана три головы? - Говорит Алекс, затем наклоняется и, прищурившись, смотрит на меня. –Неважно.
Все смеются, и я не могу не присоединиться к ним.
–Дорран? - Варша касается моей руки, и когда я смотрю на нее, потрясение на ее лице ощутимо, когда она указывает на что-то справа от меня.
Я следую за ней, и мое дыхание сбивается, когда я вижу ее.
Соло, Алекс и Джейс оборачиваются, когда видят меня, и первый чертыхается, когда он тоже смотрит, как Сигнетт, залитая кровью, направляется к нам.
Пиво расплескивается по земле, когда я бросаю бутылку, которая у меня в руке, а затем бросаюсь к ней. Она останавливается, когда я подхожу к ней, и смотрит на меня влажными глазами и дрожащими губами.
Мое сердце бешено колотится в груди, и мне требуется огромное усилие, чтобы даже нормально дышать.
–Что случилось? - Я спрашиваю ее и оцениваю еще раз. Ее ноги босые и перепачканные, и она что-то держит в одной из своих рук - я думаю, стержень. Я беру его у нее и откладываю в сторону, затем обхватываю ладонями ее лицо.
Соло и остальные присоединяются к нам, но никто из них не произносит ни слова.
–Он пытался изнасиловать меня, - тихо говорит Сигнетт, затем начинает плакать. –А она... она просто стояла там и ничего не делала.
Моя кровь - лед в моих венах.
–Кто? - Я сглатываю. Моя голова становится тяжелой, и на короткое время всплывают воспоминания о моем прошлом, напоминая мне о подростке, которым я когда-то был.
–Райли... - шепчет она, затем рассказывает мне все, что произошло в ее спальне, и как она покинула поместье и прошла весь путь пешком до «Finesse».
Сказать, что я зол, было бы смешно. Я в ярости – и на себя, и на эту сучку Миранду. Я должен был убить ее в самый первый раз, вместо того чтобы предупреждать ее держаться подальше от Сигнетт, но я смягчился; я позволил эмоциям затуманить мой разум. И это – этот самый момент, свидетелями которого мы все являемся, – следствие ошибки, которую я совершил.
–Господи Иисусе, что, черт возьми, не так с Мирандой? - Бормочет Соло. –Ее собственная дочь...
Я моргаю, когда у меня щиплет глаза, затем провожу большими пальцами по щекам Сигнетт.
–Тебе больно? - Мой голос срывается ближе к концу, поэтому я прочищаю горло.
Она подходит ближе ко мне, и слезы размазывают кровь по ее лицу.
–Нет.
Я киваю и отхожу от нее, прежде чем посмотреть на Варшу.
–Отведи ее ко мне в лофт. ‐ Затем я смотрю на Джейса. –Отнесешь ее наверх?
–Конечно. ‐ Он похлопывает меня по руке, затем поворачивается к Сигнетт. –Ничего, если я...? - Он указывает на ее фигуру. –Если я...
–Да, - говорит она ему. –Да, пожалуйста. Я не думаю, что смогу больше ходить.
Я сжимаю руки в кулаки, когда моя ярость множится. К черту Миранду. К черту чертову вселенную.
Я жду, пока Джейс и Варша уйдут с Сигнетт, затем иду, чтобы вытащить свой телефон из кармана, только чтобы понять, что его там нет.
–Вот. ‐ Алекс протягивает его мне, затем кладет руку мне на плечо. –Он лежал рядом с холодильником.
–Спасибо. ‐ Я беру это у него и, открывая свой список контактов, замечаю, что моя рука немного дрожит.
–Дыши, Дор, - говорит Соло рядом со мной. –Дыши, черт возьми.
Я неровно вдыхаю и выдыхаю, затем киваю сам себе и подношу телефон к уху.
–Какого черта тебе нужно, придурок? - Маверик ворчит, по-видимому, спросонья.
–Не сейчас, чувак.
Он замолкает на мгновение, и я слышу щелчок открывающейся двери.
–Что произошло?
–Это Сигнетт. ‐ Я вытягиваю шею и беру себя в руки, чтобы произнести следующие слова. –Райли пытался изнасиловать ее, но...
–Какого хрена? - он орет.
–Послушай меня, - шиплю я, и как только я уверен, что он подчинится, я продолжаю. –Он пытался, но потерпел неудачу. К счастью, Сигнетт удалось сбежать. Однако в конце концов она убила его, и когда она покидала поместье, охранники ночной смены увидели ее. Это довольно большой беспорядок, учитывая, что тело все еще находится в ее комнате, а охранники - очевидные свидетели того, в каком состоянии она была. Думаешь, ты сможешь справиться с обеими ситуациями самостоятельно?
  
–Черт, - шепчет он. –Да, да, конечно. Охранники не будут проблемой; они мои знакомые и будут держать рот на замке, если будут знать, что для них лучше. И да, я позабочусь о теле. ‐ Он вздыхает, затем снова чертыхается. –Как она? С ней все в порядке?