Я уже царь. Книга XXIX (СИ)
Нет, нужен перерыв. Он схватил трубку и набрал Пушкина.
— Назови хотя бы одну причину, почему я не должен послать тебя, — «поздоровался» Александр.
Петр вздохнул.
— Мы устраиваем пресс-конференцию. По поводу нападения на Кремль. Там по-любому случится какой-нибудь «сюрприз», и тебе следует…
В ответ Пушкин послал его. И настолько цветасто, что это тянуло на очередной поэтический шедевр.
— Постой-постой, — ухмыльнулся Петр. — Ты это записал? Смотри, забудешь еще!
Пушкин послал его снова. И на это раз еще гениальней.
— Саша, — терпеливо проговорил Петр, присаживаясь в кресло. — Ты можешь ругаться сколько угодно, но знай… Любого героя можно превратить в злодея. Для этого мне достаточно сделать всего один звонок, и вся страна увидит запись того, как ты напал на Кремль. Что нужно ответить, чтобы этого не случилось?
И снова Пушкин послал его в третий раз — в какую-то далекую страну с дубом, котом и русалкой на ветвях.
Но в конце все же сказал:
— … я буду, — и повесил трубку.
Хохотнув, Петр набрал следующий номер:
— Кутузов? Это Петр, — сказал царь. — У нас пресс-конференция, и тебе стоит явиться туда вместе с Нахимовым. Отказ будет означать измену.
* * *о. Сахалин
Уж в чем я точно выучил Сашу — если Есенин нужен, то он точно не будет торопиться. Знал это и его отец.
Стоило Трофиму с Люсей уехать, как ко мне подошел Сергей Александрович.
— То, что вы с Петром хотите сделать, Миша, я не одобряю, — сказал он. — Если Саша появится, отправишь его ко мне. Я хочу поговорить с сыном.
Я развел руками.
— Я тоже. Но нам не остается ничего иного, как ждать.
— Ждать? — прошипел Сергей. — Чего⁈ Чтобы вы с Петром убили его?
— Сергей Александрович…
Сверкнув глазами, Есенин ушел в свои покои. Проводив его глазами, я выдохнул.
— Как дети… — сказала Лора. — Каждого утешь, уговори, по головке погладь…
— Кстати, о детях, — задумался я. — Надо бы проверить, как там Эль. Вернее, новый Эль… Да и остальные… А то… Что-то мне тревожно, а не загуляли ли они часом на радостях…
Прыгнув в машину, мы домчались до администрации. Внешне там все было тихо.
— А то, зная этих ребят, я не удивляюсь, если они вызовут самого Пастуха, чтобы потусить с ними…
— Вот так встреча будет! — рассмеялась Лора.
Мы вошли в здание и принялись подниматься по лестнице к офису Эля, а вокруг все было как на картинке. Все ходят с серьезными лицами, звонят телефоны, работники бегают с документами.
Даже странно… Скажу больше — подозрительно. Вроде, кто-то говорил, что тут был нехилый праздник.
Добравшись до кабинета Эля, я даже разволновался. Ни одного веселого и расслабленного лица — все работают!
ВСЕ РАБОТАЮТ!
— Мне уже страшно, — проговорил я и, постучавшись, вошел в кабинет.
И ожидал я всяких ужасов, но не такого!
Эль с Лорой Палмер подняли глаза от документов. Они тоже работали.
— Ага, вот и ты! — и встав, новоявленный Эль подошел ко мне. Шел он, как ни странно, расставив «ласты» в разные стороны, руки держал у боков, а голова каждый шаг качалась на манер гусиной.
Выглядело странно.
— Старые привычки, — хихикнула Лора. — Смотри еще защиплет!
— Ты мне нужен, Миша! Ты живой! — и попытался ущипнуть меня за руку.
Я увернулся.
— Живой! Что нужно?
— Мой народ! Отпусти мой народ! — сказал Эль, смотря на меня серьезными глазами.
— Эээ…
— Вернее, приведи его сюда. Наш народ с Валерой. Хватит им уже бегать по Дикой Зоне. Они тут пристроятся неплохо. Я дам им работу и дома. Будут работать за троих. А то ишь!
И он погрозил кулаком.
— Расслабились еще в этой своей Дикой Зоне! Форму растеряли!
Я поднял руки.
— Ладно, будь по твоему. Но не сейчас. После Антарктиды мне бы до дивана дотянуться…
И стоило мне подумать о том, как бы неплохо приземлиться на этот удобный продавленный диванчик в углу, как в кармане зазвонил телефон.
Звонили из московского поместья. По словам охраны к ним двигалась колонна Нахимовых.
— Пропустить, — сказал я и отключился. Еще и этих встречать…
У меня наконец появилось немного времени на отдых. Бухнувшись на диван, я едва не потерял сознание от усталости.
Тут Эль принялся мне что-то вещать про дела Сахалина, но я уже был далеко.
На пляже с Лорой.
— Давай используем это время по максимуму, — распорядился я. — Нужно латать каналы. Хоть сколько-то…
— Идет, — кивнула Лора и вытащила из-под шезлонга иголку и кучу ниток. — Эх, латать не перелатать…
* * *о. Сахалин
то же время, покои Есенина
Сергей Александрович Есенин всегда был готов на все ради своих детей. Ради жены и вообще всех своих близких.
На все. И даже на самое страшное. Это был его внутренний демон, которого он, как ему казалось, надежно спрятал глубоко в себе, но нет. Каждый раз, когда его семье угрожала опасность, этот демон пробуждался.
И вот…
— Увы, других вариантов мне никто не дал, — пробурчал он, сидя в кресле.
Он не хотел видеть никого, кроме сына, однако телефону рядом было все равно на его желания. Звонок был настолько мерзким, что Есенин чуть не разбил аппарат о стену.
Это была жена. Спустя столько времени она сама звонит ему? И все же ему очень не хотелось отвечать, но он взял трубку. Не мог не взять.
— Да… Привет… Как ты?
— Что у тебя с голосом? — проговорила жена, проигнорировав и приветствие, и вопрос.
Есенин улыбнулся. Несмотря ни на что, она всегда нутром чуяла, что на кону что-то страшное.
— Не молчи, Сережа, и не надо задавать дурацких вопросов. Что-то с Сашей? С Антоном?
Сергей тяжело вздохнул. Возможно, слишком тяжело.
— Дело в Саше, — выдавил он. — И у них есть план… У Петра с Кузнецовым…
Он не стал ходить вокруг да около и просто рассказал жене о том, что они хотят сделать с Сашей. И то, чем ему грозят риски.
— Это ужасно… Ты позволишь им?
— Сначала я хочу поговорить с сыном. Не позже. Но и потом…
— Я приеду. Мне нужно быть с тобой! Где ты?
— На Сахалине. Нет, не задавай вопросов. Слушай…
И нагнувшись в кресле, он потянулся за бутылкой коньяка.
— Приедешь в поместье к Кузнецову. Там тебя встретят. Снеси ворота, пробей стены, вышиби к чертовой матери каждую дверь, но войди в дом. Оттуда ты и попадешь на Сахалин.
Глава 24
Винишко всегда поможет
Булат прибыл вместе с княгиней Нахимовой ко мне в Московское поместье. Все это я узнал через Булата и через детальку Болванчика, которую я оставил с Нахимовой. И то, только после того, как Лора, пыхтя, наладила хоть какую-то связь между каналами. Теперь мне были доступны базовые навыки общения через детальки на длинные расстояния, а это значит…
— Саша, — я открыл глаза и поднес детальку ко рту. — Слышишь меня?
— Да, слышу отлично.
— Ты скоро?
— Хм… Дай подумать, минут сорок, может, час…
Лора показала, что сейчас он двигался с довольно высокой скоростью через Монголию. Но как у него получалось говорить со мной спокойным тоном, без помех и прочего, оставалось загадкой. Ответ меня, если честно, не сильно-то и волновал.
— Тут твой отец, и он недоволен тем, что ты хочешь сделать.
— Что? Ну пусть продолжает противиться. У меня слишком большой долг перед всем миром. И если это поможет, то я готов пойти на все.
— Ладно. Мы тебя ждем.
И чего все хотят стать героями? Ах да, я совсем забыл, в этом мире все сильные маги почему-то желают отдать свою жизнь во благо чего-то масштабного.
Мира. Спасения страны. Жертва… Ну что за…
Хотя, я по-прежнему считал и считаю, что надо просто быть достаточно сильным, и тогда все получится. Да, Есенин отличный пример, но те способности, которые он получил, повернулись против него. Да, он практически всемогущ, но оно же его и убивало. Вот если бы все то же самое, но без последствий.