100 дней плена (СИ)
Оборачиваюсь. Знакомое лицо… Но где видел?
— Матвей?! Ты ли это? — звонкий голос тоже кажется смутно знакомым. Пытаюсь вспомнить, кто она, перебирая варианты в голове.
— Не узнаешь? — хмурится «незнакомка-знакомая», искренне расстроившись.
— Честно, нет… — смотрю и никаких ассоциаций.
— Ну, вот… Неужели, настолько изменилась?
Приглядываюсь к ней: примерно моего возраста, жгучая брюнетка с такими же темными глазами, высокая, стройная… Но нет, не помню.
— Алена я! Староста группы… Теперь вспомнил? — улыбается она.
— Алена?! — слегка обнимаю ее. — С выпуска не виделись.
— Ага, — скромно опускает глаза, отстранившись. — Как похудела, все время так — никто не узнает.
— Да, раньше пышкой была, уж без обид… А волосы вроде светлее?
— Теперь точно вижу: узнал! Может, кофе? Поболтаем… — предлагает она, показывая на кофейню, из которой только вышел.
Смотрю на часы, прикидывая, сколько времени могу выделить студенческому прошлому. В принципе, немного найду.
— Давай, — соглашаюсь, открывая дверь перед Аленой.
— Все такой же галантный, — смеется бывшая однокурсница.
Идем мимо столиков, скрывшись за пределами зала.
— Это мое кафе, — поясняет, заметив вопросительный взгляд.
— О, а мы коллеги, оказывается, — с интересом оглядываюсь.
— Я знаю, — улыбается, удивив меня.
— Знаешь? Следишь за моей судьбой?
— Не то что бы… Проходи… — пропускает в свой кабинет. — В отличие от тебя, хожу на вечера встречи, кто-то рассказывал…
Устраиваюсь в кресле, пока Алена просит принести два кофе. И садится напротив.
— Уютное кафе, — делаю хоть и стандартный, но вполне искренний комплимент. Конечно, не мой формат, привык к заведениям другого уровня и масштаба…
— Спасибо, — снова улыбается. — Увидела тебя, не поверила… Представляешь, меня сотрудница позвала, сказала, не знает — вызывать ли полицию? Якобы, какой-то мужчина угрожает девушке.
— Никому я не угрожал… — кто бы сомневался, все успели полюбоваться на нас с Настей. Кстати, надо Вадиму позвонить — узнать, как там дела.
— А та девушка, что сбежала, она…? — неуверенно спрашивает.
— Моя невеста, — сразу говорю, чтобы эту тему не развивать.
— Ты и семья? Удивлена… — все-таки женщин всегда волнуют разговоры о личной жизни. — Когда-то в грудь кулаком бил, типа не женишься никогда.
— Я такое говорил? — усмехаюсь. Было, дело. — Забудь. Ждал единственную и неповторимую.
— И чего не поделили? — интересуется, и ее любопытство вызывает внутренний протест, не люблю, когда в душу лезут без разрешения.
— Неважно… Милые бранятся, как говорится… Ты-то как?
Дверь кабинета открывается. Официант ввозит небольшой столик с угощениями и кофе, аромат которого моментально разнесся по небольшому помещению.
— Лучше всех. Разве не видно? — Алена показывает на себя, намекая на свой внешний вид. Не спорю, действительно, хорошо выглядит. Но что-то искусственное ощущается.
Почему-то, если слышу подобные ответы — не верю, будто человек закрывается за фразой от реального положения дел. Но вдаваться не стану, пытаясь выведать подробности.
— Может, коньячку? — предлагает она.
— Нет. За рулем.
— А я немного в кофе добавлю.
Беру чашку и делаю небольшой глоток. Снова поглядываю на часы. По правде, утомила бессмысленная беседа. И все мысли занимает Настя, хочу к ней — трогать и ласкать животик, целовать губы и ловить сладкие стоны.
— Матвей? — Алена машет перед лицом рукой, привлекая внимание к себе. Видимо, спросила о чем-то, и не услышал, погрузившись в мечтания.
— Прости… Отвлекся…
— Говорю: чуть ли не все девушки в нашей группе и на потоке влюблены в тебя были.
— Не преувеличивай, — морщусь от такого заявления. И пора уходить.
— Я еще преуменьшаю, — она смеется, и будто слегка опьянела, — между прочим, в их число входила…
— Ну-ну… — отшучиваюсь, а сам думаю: надо сворачиваться. Знаю, куда клонит, эти признания, спустя столько лет не нужны. — Ладно, Алена, пойду. Дела есть.
— Заходи в гости. Или можно я наведаюсь к тебе, с ответным визитом?
— Мой ресторан и клубы открыты для всех, — надеюсь, слова правильно звучат, без личных приглашений и намеков.
Она зачем-то целует в щеку на прощание. Этот жест показался неуместным и лишним. Возникло желание тут же стереть ощущение чужих губ. И как только вышел на улицу — не отказал себе в удовольствии, тщательно вытерев кожу рукой.
Лишь одна женщина может позволить в отношении меня, что угодно. Пусть все будет так, как хочет она….
Глава 22. Гормоны «пляшут»
Настя
Первый рабочий день на новом месте мало чем отличался от предыдущего опыта — все те же любимые цифры…
Правда, энтузиазма немного поубавилось, из-за плохого самочувствия — постоянно мутило. Внезапно накрыло начавшимся токсикозом. Хотя, конечно, рассчитывала, что меня не коснется это, да не случилось. Причем, часы сверять можно, когда очередной приступ тошноты подкатывал.
А виновник моего состояния не позвонил ни разу, не отправил ни одного сообщения, когда так нужен… Даже ничего против собственнических замашек сейчас не имею, мечтая оказаться в любимых объятиях. Может, зол до сих пор? Решил наказать молчанием?
Да поняла свою ошибку, не стоило так реагировать и сбегать… Что мешало поехать к нему? — О чем запоздало пожалела. Гормоны «пляшут и живут своей жизнью», подчиняя себе — вот, как это называется. Надо исправлять ситуацию.
Вечером звоню сама, хочу его увидеть. Он отвечает сразу.
— Настя, что-то случилось? — звучит беспокойный голос Матвея.
— Нет… привет…
— Привет. Как ты? — ощущаю, как улыбается. Рад меня слышать. Прям бальзам на душу: значит, не обижен моим поведением.
— Соскучилась, — говорю, желание оказаться рядом настолько нестерпимое, словно задыхаюсь, а он — глоток свежего воздуха. Без него все теряет смысл и мнимая свобода уже не нужна…
— Конфетка… Я занят, — грустно отвечает, и готова расплакаться от этой фразы.
— Э… м… — не нашлась, что сказать. Не могу сдержаться: беззвучные слезы все-таки текут.
— Я у Андрея, — поясняет Матвей. — Если хочешь, Вадим заберет тебя через час, привезет сюда.
— Точно не помешаю? — шмыгаю носом.
— Ты что, плачешь?! Сейчас приеду, — тут же говорит.
— Нет-нет, не хочу отвлекать. Правда, не буду лишней? Я бы приехала…
— Не говори ерунды! — возмущается. — Мы играем, собрались узким кругом. Подумал, сегодня тебе не до меня…
— Прости за вчерашнее.
— Забыл уже… Не злюсь, честно. Есть разумные доводы в твоих словах… Просто тороплю события, чтобы всегда была рядом.
— И ты тоже прав… — искренне так считаю, у него классическое представление семьи и ролей — что хорошо. Это моя жизнь была неправильной. Кстати, он так и не пожелал рассказать о родителях. Попробовать аккуратно еще раз? Мы ведь женимся. Хочу знать о них.
— О-о-о, что я слышу! Ты согласна со мной?! — Матвей от души смеется. — Задумала что-то? Мне начинать опасаться?
— Нет, вся твоя, — улыбаюсь, настроение улучшилось.
— Как же это приятно слышать…
— Тогда увидимся.
— Собирайся, Насть.
После разговора стало спокойно, предстоящая встреча волновала. Есть плюс в проживании порознь — успеваешь не просто соскучиться, а истосковаться по любимому человеку. И беременность добавляет новых ощущений.
Вытерев остатки слез с лица, наткнулась на внимательный взгляд Кати, которая, кажется, подслушивала.
— Уезжаешь? — интересуется, привалившись к дверному косяку.
— Да…
— Совсем? — уточняет она.
Думаю о том же: зачем заявила про раздельное проживание? У самой слова не совпадают с мыслями, чувствами и желаниями. Мне плохо без него — и от этого никуда не деться, выше всяких сил и принципов. Мы сможем договориться и примирить наши эмоции.