Гений Медицины. Том 2 (СИ)

— Да, — услышал он голос Шуклина. — Да, теперь могу говорить. Ну что там? Когда уже будет эта комиссия?
Крыс прислушался. Что это за комиссия такая? Звучит как что-то нехорошее.
— Да Боткин уже совсем обнаглел, — продолжил Шуклин по телефону. — И в газете про него статью напечатали. Ещё чуть-чуть, и никакая комиссия его отсюда не сможет выкинуть, Зубов за него грудью встанет. Да.
  
Снова плетёт козни против хозяина? Негодяй, чтобы его блохи загрызли! Ну, сейчас Клочок с этим разберётся.
— Завтра уже будет? Отлично, недолго ждать. Да, понял. Хорошо.
Шуклин закончил разговор и, судя по звукам, уселся на диван. Крыс выскользнул из сумки и тихонько пробрался по ординаторской. Так, вот подходящее место. Сейчас напугаем этого противного человека!
— Сидишь⁈ — используя найденную воронку как громкоговоритель, устрашающе выкрикнул Клочок.
— Кто здесь⁈ — подпрыгнул Шуклин.
— А сам как думаешь? — крыс ещё не успел придумать, кто он.
— Призрак? — дрожащим голосом спросил Павел.
Призрак — это отличная идея. Спасибо за подсказку!
— Да, — гаркнул Клочок. — Я — призрак. У-у-у-у!
Он понятия не имел, как говорят призраки, и решил воспользоваться знаниями, полученными из фильмов.
На Шуклина это быстро произвело впечатление. С криками он бегом покинул ординаторскую.
Так-то! Клочок фыркнул и залез назад в сумку хозяина.
* * *
Шуклин отказался заходить со мной, и в ординаторскую я пошёл один. Разумеется, к главному подозреваемому, который сидел в моей сумке.
— Это ты устроил? — шёпотом спросил я.
— О чём ты? — раздался невинный писк моего крыса.
— Сам знаешь, о чём, — вздохнул я. — Зачем Шуклина призраком напугал?
— Он козни против тебя плетёт, — заявил крыс. — Хочет наслать какую-то комиссию. Не знаю, что это, но явно что-то нехорошее. Он сказал, что они тебя выгонят!
Интересно, что за комиссия такая. По качеству работы ко мне придраться невозможно. Значит, план в чём-то другом.
— В любом случае, лучше бы обсудил это со мной, — проговорил я. — Хотя разыграл ты его забавно, признаю.
— Разозлил он меня, — признался Клочок. — И потом, ты сам никаких заданий для ниндзя-крыса сегодня не выдал.
— Попробуй найти кабинет заместителя главного врача, — подумав, сказал я. — Если планируется какая-то комиссия — организовали это явно через него. Может, удастся ещё что-то узнать.
— Понял, — обрадовался крыс. — Отправляюсь на задание!
Он пулей выскочил и рванул к вентиляции. А мне предстояло успокоить напуганного Шуклина.
— Всё в порядке, никаких призраков там нет, — выглянув в коридор, оповестил я. — Ты, видимо, переработал.
— Шуклин переработал — это звучит как анекдот, — услышав последнюю фразу, подошёл к нам Зубов. — Что происходит?
— Михаил Анатольевич, я в ординаторской призрака видел! — воскликнул Павел. — Честное слово!
— Да что ж за напасть, снова призраки, — всплеснул руками Зубов. — Как они уже надоели!
Я сразу прочитал сарказм в его словах, но Шуклин воспринял их серьёзно.
— Такое уже было? — напряжённо спросил он.
— А как же, — ответил наставник. — Это проклятие клиники, каждый раз, когда появляются интерны, которые ничего не делают, ленятся, допускают глупые ошибки и создают проблемы своему наставнику — появляется призрак, чтобы их прогнать.
Ну, теперь в его словах было столько неприкрытого сарказма, что Шуклин просто обязан был догадаться!
— Так, а что же теперь делать? — испуганно спросил Павел.
А нет. Не догадался.
— Идти работать и не выносить мозг своему руководителю, — вздохнул Зубов. — Вперёд и с песней!
— Михаил Анатольевич, вы мне не верите? — наконец-то дошло до Шуклина. — Ну посмотрите сами, зайдите!
— Да поможет мне Великий Ткач, — серьёзно проговорил Зубов и открыл дверь ординаторской.
Ожидаемо, там никого и ничего не было. Ни посторонних звуков, ни прозрачных силуэтов. Их там и не могло быть. Наставник с серьёзным выражением лица осмотрел ординаторскую, пока Шуклин замер на пороге.
— Здесь ничего нет, — констатировал Зубов. — Так что даю вам последний шанс перестать страдать ерундой и идти работать. Воспользуетесь этим шансом?
— Понял, ухожу, — буркнул тот. — Так и знал, что мне не поверят.
Сам он тоже уже не выглядел уверенным в своих словах. Наверняка тоже решил, что ему показалось. Оно и к лучшему. Есть риск, что они с Соколовым обменялись бы похожими проблемами и о чём-то догадались бы. Но оба слишком гордые, чтобы признаваться в подобных вещах.
Я спокойно выпил чаю, чуть передохнул и вернулся в инфекционное отделение. Как раз были готовы результаты обследования моего пациента Бахарева.
— Ну что, доктор? — взволнованно спросила Наташа. — Поняли, что с ним?
— Так сильно хотите помощника для Жиркова? — улыбнулся я.
— А как иначе, — пожала она плечами. — Мы с ним уже несколько лет вместе работаем, он мне как отец стал. Волнуюсь за него.
— Не переживайте, спор я выиграю, — заверил я её.
Анализы полностью подтвердили мой предварительный диагноз. Малярия. Судя по всему, четырёхдневная, потому как сегодня приступа не было. Характерная особенность такого заболевания — это приступообразная лихорадка, один раз в три или четыре дня.
Я заполнил историю и принёс её Жиркову.
— Ну, сейчас посмотрим, — проговорил он, надевая очки. — Итак, значит, вы считаете, что это малярия. И вас не смущает, что мы живём в Российской Империи, где малярии нет в принципе.
Ожидал от него чего-то подобного. Так просто он не смирится с правильно поставленным диагнозом. Постарается сбить меня с толку. Но не выйдет.
— Пациент был в командировке в Африке, — спокойно ответил я. — И оттуда привёз это заболевание. Тут даже думать нечего, все анализы об этом говорят.
— Вижу, вы назначили даже микроскопию, — задумчиво проговорил инфекционист. — Самоуверенно, однако. Если бы там ничего не нашлось — то это было бы зря потраченное время и реактивы.
И это я тоже ожидал.
— Я назначал этот анализ, будучи полностью уверенным, что он лишь подтвердит мой диагноз, — парировал я. — Просто так с потолка я бы его не назначал. Без него вы бы придрались, что пациент не дообследован.
— Верно, — не стал отрицать Жирков. — Диагноз правильный, Константин. Вы снова выиграли.
В этот раз голос был не разочарованным, а наоборот, каким-то чересчур бодрым.
— И вы возьмёте в штат ещё одного врача? — уточнил я.
— Договор дороже всего, — серьёзно кивнул инфекционист. — НАТАША!
Ох, никак я не привыкну, насколько громко он зовёт свою медсестру. Прям уши закладывает.
Дверь в кабинет открылась практически сразу, и в кабинет вошёл Терентьев. Жирков внимательно оглядел его с ног до головы.
— Ты не Наташа, — констатировал он.
— Да я в курсе, — отозвался гинеколог. — Помощь нужна, срочно! О, и Константин здесь. Стали изменять родному отделению?
— С вашим отделением же изменял, — напомнил я. — Что случилось?
— Беда, — заявил Терентьев. — У меня пришла знакомая беременная. Я её консультирую на дому чаще всего. Ну, там долгая история. И вот, сегодня как раз у неё был. А у неё, похоже, краснуха!
Краснуха у беременных — самый неблагоприятный сценарий из возможных. Это практически стопроцентное показание к медицинскому прерыванию беременности. На любом сроке.
— Как же она умудрилась? — охнул Жирков. — И в отделение пришла? Так это же катастрофа!
— Я в курсе, — мрачно отозвался Терентьев. — Поэтому и пришёл. Это жена очень известного аристократа в городе, и нам нужно сделать всё, чтобы спасти её наследника.
Частные консультации на дому. Интересно, а у самого Терентьева есть на это лицензия? Впрочем, сейчас надо решать другой вопрос. Спасти наследника — сказано очень громко. Если краснуха подтвердится, то и вариантов практически не будет…
  
— Какой у неё срок? — спросил Жирков.
— Двадцать одна неделя, — упавшим голосом ответил Евгений Георгиевич.