Мой дикий сосед (СИ)

- Машка нормально, очаровывает Даню. Даня… - понижаю голос. - ну, подруга. Просто пожить пустил.
- И как? - приподнимает бровь Иван Андреевич, хитро улыбаясь. - Первый раз вижу, чтобы ты кого-то из подруг пожить пускал.
- Да нормально… Как будто кошку завел.
- Так, стоять! - слышу командный тон Дани из зала и ребята резко замирают, с удивлением глядя на нее. - Ботинки сняли, руки помыли и бегом в комнату прыгать на кровати.
  
Парни скидывают обувь и с воплем несутся в ванную.
- Блин, Макс, - ржёт начальник. - Если эта кошка до вечера от вас не сбежит, советую приглядеться к ней получше. Часики-то тикают! Детей пора заводить. А с тобой не каждая уживется.
- Мне пока ваших хватает, - закатываю глаза.
На том и расходимся.
- Вы голодные? - Даня стоит в дверях спальни и, покачивая Машу, с интересом разглядывает, как Саня и Сема с остервенением скачут по кровати и не реагируют на нее.
Подхожу сзади, кладу ей руку на плечо. Стою довольно близко, но Даня не отстраняется. Если я сейчас обниму ее, то мы будем похожи на молодых родителей, с любовью наблюдающих за своими детьми. Позволит?
- Ну, нормальные же дети! - оборачивается на меня Даня.
Я всё-таки поддаюсь порыву и, обхватив ее и Машку руками, прижимаю их к себе крепче, кладу подбородок Дане на плечо.
- Это они просто драться не начали, - отвечаю не громко, чтобы не спугнуть момент, потому что Даня покорно принимает мои объятия и даже слегка улыбается. - А ты уже хочешь своих детей?
- Знаешь, не планировала пока. Но, смотрю на Машу и… хочется.
- Могу помочь, - вякаю и тут же отстраняюсь, расстроенно мыча в ладонь. Блять, придурок, такой момент испортил! Понимаю, какая сейчас будет реакция. - Я пошутил!
  
Глава 38. Макс 
 
- Помоги, - пожимает плечами Даня и, пока я ловлю отъезжающую на бок челюсть, подходит ближе.
Я чувствую, как сердце начинает разгонять кровь сильнее и долбиться о ребра.
- Иди ко мне, - шепчу севшим голосом и скольжу ладонью по талии с желанием впечатать в себя ее бедра до искр из глаз.
- Машу подержи, - шепчет Даня в ответ и, когда я беру крестницу, разворачивается и идет прочь по коридору.
- Эээ! Ты куда?
- Трахаться с умным. Спасибо, что отпустил. Твоя помощь очень ценна для меня, Макс.
- Я ПОШУТИЛ! - у меня моментально падает все, что успело подняться за эти секунды. Урыла и закопала. Я понимаю, что выгляжу конченым идиотом в ее глазах.
- Ты - озабоченный павлин с тупыми шутками, - беззлобно вздыхая, оборачивается Даня. - Я не буду с тобой спать, Петров. У нас слишком разные взгляды на жизнь. Но, как друг, ты очень хороший. За детьми последи, я на стол накрою.
Наверное, с минуту стою в каком-то отупении и обтекаю.
Друг? Друг, блин?! Ты подо мной кончила вчера! Пиздатая дружба!
- Ты со всеми так дружишь?! - влетаю на кухню, подхожу ближе.
- Петров, - сдержанно улыбается Даня, отступая на шаг, - угомонись. Чего тебя опять бомбит?
- Да потому что!.. - замолкаю, не в силах признать вслух то, что эта язвительная, дерзкая, проблемная девчонка мне безумно нравится. Потому что боюсь, сука, что она с меня просто в очередной раз поржет. - Пиздец!
Разворачиваюсь, ухожу с кухни.
- Очень информативно. - доносится вслед. - Не ругайся матом при детях!
Включаю мультики на телевизоре, кладу Машку на волосатый ковер и, нависая сверху, отжимаюсь, чтобы хоть как-то унять злость и раздражение. Крестница пытается схватить меня за цепочку и хохочет.
Мое тело требует нагрузки. Секс, спорт - не важно. И то, и другое действует одинаково расслабляюще на психику и тонизирующе в общем.
Саня и Сема, видимо, услышав звуки мультика, подгребают в зал и сначала спокойно сидят на диване, но уже через пару минут начинают друг друга задирать.
- Так, - рычу я, замирая в планке. - Мелкий, на спину мне забирайся. Будешь утяжелителем.
Сема со счастливым победоносным воплем резво запрыгивает на меня и, хватаясь за футболку, скачет на моей спине, пришпоривая по бокам, как коня.
- Нооо!
- Я тоже хочуууу, - начинает ныть противным голосом Сашка.
- По о-че-ре-ди, - выдыхаю я рвано, потому что Сема не унимается и скачет сильнее. - Сема! Сиди спокойно!
Снова отжимаюсь, то и дело поправляя свисающего Семена.
Спустя пару минут, снимаю протестующе орущего мелкого и пихаю ему в руки телефон, чтобы он не стаскивал залезающего на меня Санька.
Я не знаю, как с ними можно жить под одной крышей дольше нескольких часов. Мне жалко Аню, жену начальника, которая, как мне кажется, пачками глотает успокоительное, чтобы выглядеть счастливой матерью. Я не верю, что бывает такое терпение.
- Не яботает! - начинает ныть Сема, пихая мне телефон в лицо.
Получаю удар в бровь. Уворачиваюсь, морщась.
- Спокойно, - беру гаджет, отжимаясь на одной руке. - Не ной.
Вижу краем глаза ноги Дани. Собираю всю волю в кулак и не смотрю в ее сторону.
Она садится напротив меня на пол и молча смотрит, пока я усиленно ее игнорирую.
Не выдерживаю и минуты, бросаю на нее взгляд.
- Тебе идут дети, Петров, - улыбается Даня. - А меня покатаешь?
- Я бы пошутил, - замираю я в планке, - но ты опять скажешь, что я тупой и озабоченный.
Саня начинает дико хохотать у меня над ухом. Видимо, одно из слов ему явно знакомо.
- Саша, слезай, - командую, - тетя Даня тоже хочет.
- Да я пошутила! - смущается она.
- Садись, кому говорю.
Отжимаюсь с Даней на спине. Она то и дело испуганно ойкает, когда я опускаюсь, и сильнее сжимает ноги. Машка с интересом жмакает руками ковер, пытаясь вырвать из него нитки.
- Выплюнь, - прошу ее, когда она пытается затянуть их в рот. - А то нас Даня наругает за то, что сожрали ковер ее.
- Макс, ты сдурел? - Даня быстро слезает с меня и хватает Машу на руки. - По нему же ногами ходили! Все, пошли есть.
Не успев сесть за стол, пацаны начинают меситься, кто сядет у стенки. Возле стены два стула, но нужен именно тот, который решил занять Сашка.
Сашка ест борщ. Сема не ест супы, поэтому балуется, ковыряясь ложкой в тарелке и доставая брата. Толкнув Сашку в очередной раз, получает от него сдачу и сжимает кулаки.
- Сема, фу! - рычу, когда он хищно открывает рот, чтобы кусануть брата.
Даня реагирует быстрее, оттаскивая мелкого и прикрывая ему рот ладонью, а потом вскрикивает, жмурясь и одергивая руку.
Сема как аллигатор. Если сомкнул челюсти, то, считай, откусил. У меня даже холодеет все внутри от фантомной боли при виде этой картины. Вижу, что у Даньки текут слезы, но она держит себя в руках.
- О, нет, что ты наделал?! - выдыхает она дрожащим голосом и наклоняется к хмурому Семёну, глядя на кроваво-красный след от зубов. - Ты знаешь, кто я? Я зубная фея!
Парни замирают открыв рты. Даже у меня брови ползут вверх.
- Меня нельзя кусать! Теперь, если ты ещё хоть раз кого-нибудь укусишь, то у тебя выпадут ВСЕ зубы! И ты умрёшь с голоду! - трагически и зловеще заканчивает Даня, а Сема, рыдая, тут же срывается из кухни.
- Сема умрет? - без особого сострадания вздыхает Сашка.
- Иди, скажи ему, что заклятие можно снять, если не кусаться и поесть борщ. - милует крокодила Даня.
Когда парни возвращаются и Сема, всхлипывая, начинает наяривать суп, я долго смотрю на свою опустевшую тарелку и усмехаюсь.
- Капец, у тебя методы.
- Все. Любят. Мой. Борщ. - чеканит Даня. - Ты поел? Сейчас ёжиков есть будем.
Сема испуганно смотрит на нее и с громким стуком роняет голову на стол.
- Я не буууду! - тянет жалостливо и начинает рыдать. - Я не буду есть ёзиков! Бедные, бедные ёзики!
    
Глава 39. Макс 
 
Полчаса успокаиваем безутешный рев, объясняя, что такое “ежики”, но Сема не успокаивается и уже икает.