40к способов подохнуть. Том 10 (СИ)

К кому было это обращение: к Закеилю или ко мне? Кто говорил с нами: Нургл, один из падших, может быть тот самый Старый Король? Какая сила заставила продать душу Закеиля? Что случится и какой же дар так желает вручить мне любезный Дедушка? Вопросов было много и все они в равной степени тяготили наши мысли. Однако когда пришло время, Закеиль разрубил все сомнения и возглавил отряд, направившись к замку.
  
Я же равной ему решимостью не обладал, продолжая вести себя настороженно. Волей своей я объял границы этого странного тумана, лёг на них своей волей и наблюдал за каждым изменением. Я ждал удара, искал подвох, стремился возвести защиту, которую сразу же сам и разрушал, постоянно меняя паттерн поведения, дабы удивить врага. Но враг... врага словно и не было.
Тишина была нашим спутником, даже агонии мучающихся людей остались за туманом.
– Холодно... – произнёс один из гвардейцев, ступая по пятам за Закеилем и держа наготове свою мельта-пушку.
Респиратор гвардейца покрылся инеем, стёкла забрала шлема запотевали, а тени вокруг нас начали вести себя страшно. Тут же я вспомнил встречу со Старым Королём, который выглядел никчёмным стариком, что отжил своё. Раны на его теле были ужасны, как и душа его едва не разваливалась. Он был словно... словно мертвец или тот, кто был в шаге от могилы.
А тени вокруг него... с одной стороны они и подчинялись ему, а с другой всегда были рядом с ним, словно шакалы, что ждали того момента, когда Старый Король ослабнет окончательно. Они хотели сожрать его, но пока что не могли и потому облизываясь смотрели на других, на меня, на Льва, на всех обитателей Зеркального Калибана. Однако что они делали здесь?
Неужто пришли по мою душу? Почувствовали силу, сокрытую во мне? Для них я мог быть сочной добычей, этакой свинюшкой, что для забоя взращивали Тёмные Боги. Но как они проникли в этот мир? Что они здесь забыли и какую цель преследовали? Некоторые ответы мы наверняка найдём в замке, однако нужны ли они нам? Нужны ли они мне?
– Всё в порядке? – спросил офицер, что возглавлял группу гвардейцев.
Он был несколько напуган тем, что Закеиль остановился. Весь отряд оказался в невероятном напряжении, многие уже были готовы открыть огонь в гущу тумана, откуда-то доносились странные шорохи и где порой можно было увидеть силуэты. Лишь невероятно выдержка, свойственная ветеранам прошедших через десятки битв, останавливала их от паники.
Выдержка и моя воля, которая заставляла всех быть осторожными, как никогда в жизни. Словно наваждение моя аура проникала в их разумы, заставляя их мысли двигаться так, чтобы результатом умственно процесса было решение желанное мной. Они при этом ничего не замечали, а вот Закеиль... Закеиль почувствовал, что на него пытаются влиять.
Он напрягся, собрал волю в кулак и продолжил движением, невзирая на вой собственного чутья. Впереди была опасность, но в этом и заключалась роль астартес, ради этого был создан легион Тёмных Ангелов – идти во тьму и одерживать победы там, куда большинство даже сунуться побоится. Потому что первый легион был лучшим среди других, как и примарх возвышался как царь даже над Хорусом, который постоянно пытался что-то кому-то доказать.
Но не Лев, ведь Льву не надо было что-то доказывать.
– Никто из вас не вернётся домой, но имя каждого я запомню навечно. Герои Империума, умершие во тьме ради спокойствия далёких звёзд. Я горд, что именно вы прикроете мою спину, – уверенно и громко, в каком-то смысле оглушительно, произнёс Закеиль, чем нарушил эту мрачную тишину.
Да, он был жесток и суров, горделив и надменен, мрачен и скрытен, но когда того требовала ситуация каждый Тёмный Ангел мог проявить харизму достойную своего примарха. Может и не столь красивы речи львов, как у Предавших Слово, но после этих сухих реплик гвардейцы вдруг осознали, что они идут за вожаком. А те стальные нотки, что звучали вместе с оркестром фатализма, нашли отклик в душах солдат.
Ведь каждый гвардеец знал, что отправляясь вдаль в другие системы и даже сегментумы, он уже не вернётся домой. Это был путь в один конец, путь что каждый избирал ради Империума, ведь лучше умереть ради Него, чем жить ради себя. Каждый из них по отдельности был ничтожеством, а вместе они были Имперской Гвардией, в крови которой захлёбывались враги не в силах одержать победы.
– Тебе стоит остановиться, – ещё напористее произнёс я, начав уже давить на Закеиля. – Впереди опасность, которая куда сильнее тебя.
– Только я знаю, что может быть сильнее меня, – рыкнул Закеиль, после чего ушёл вглубь тумана, уводя за собой гвардейцев.
Ворота замка были открыты и прямо во внутренний двор зашёл отряд, никто не встречал гостей, а через считанные мгновения уже сам Закеиль ударом ноги выбил могучие дубовые пятиметровые ворота, входя в тронный зал.
– Чёрт, потерял вас в этом тумане, – раздался голос Охотника в воксе, что работал с перебоем. – Выдвигаюсь в замок, слишком далеко не уходите.
Сам же Закеиль хоть и не спешил, но внимательно изучал тронный зал. Поблекшие гобелены, покрытые кровью ковры, разбитые витражные окна, сквозь которые внутрь втекал этот мерзкий туман. И конечно же трон... такой... такой простой, словно бы им владел не король, а какой-нибудь вшивый феодал, владеющий не мирами, а клочком земли. Однако очень быстро зоркий глаз Закеиля разглядел материалы, из которого был сделан трон.
– Не может быть... такая же... и пропитанная варпом... – прошептал Закеиль, замечая как трон слегка искрит, хотя не мог проводить электричество.
Такое он видел лишь на Калибане. Особая древесина, пропитанная энергией Хаоса, всякие безумцы то и дело пытались обуздать эту силу. Некоторые целенаправленно срубали деревья, делали из неё мебель и артефакты. А заканчивалось всё тем, что зверьё становилось ещё сильнее и в конечном итоге каждый колдун падал под их яростью. После же звери могли даже поселяться в таких замках, им нравилась эта энергия.
– Закеиль? – раздался голос Охотника. – Где остальные?
– Остальные? – удивлённо спросил Закеиль и обернулся. – Во внутреннем дворе.
– Там никого нет, – напряжённо ответил Охотник, после чего вскинул снял с пояса меч, заметив странное движение в казалось бы своей слепой зоне.
– Всегда найдётся рыба покрупнее... всегда найдёт тот, кто скинет тебя с вершины... всегда природа создаст ещё более могучего хищника, который станет новым царём... – зашептали сами стены и внезапно исчезли солнечные лучи, которые хоть как-то освещали это место сквозь мутные и разбитые витражные стёкла. – Я знал, что вы придёте сюда. Меня предупредили.
– Тогда тебе стоило сбежать, пока была такая возможность, – рыкнул Закеиль и мгновенно вскинул плазменный пистолет, стреляя казалось бы в Охотника.
Но тот мгновенно ушёл кувырком вперёд, пропуская обжигающую плазму над собой. Выстрел угодил прямо в орду мертвецов, что хлынули потоком из всех щелей. Скелетов было много, но выглядели они вовсе не пугающе и уж тем более не опасно. Что мог сделать скелет с ржавым мечом космодесантнику в силовой броне? Да ничего.
Только вот всё это было прелюдией и под смех колдуна в зал уже начали заходить последователи Нургла, а туман начал становиться зеленоватым, словно бы кто-то выпустил ядовитые споры идеально размножающиеся в настолько влажном воздухе.
– Вы уже мертвы, хоть об этом и не знаете. Все вы... трое...
  
Глава 376
 
– ПОКАЙСЯ, ИБО ТЫ УМРЁШЬ ДАЖЕ НЕ ЗАВТРА, А СЕЙЧАС!!! – проревел Закеиль, уже перехвативший двуручным хватом свой силовой клинок и нанося разрушительные удары полуторным мечом.
  
Голубым пламенем горела силовая крона, сверкал металл и словно сделанные из дерева загорались и разлетались на куски скелеты. Одни только движения Закеиля сбивали их с ног, хрустели их тела, а удары меча направлялись на более опасных врагов, одноглазых и однорогих демонов, чьё зловоние забивалось в ноздри.
Но очередной взмах превратился в колющий удар и рывок, в разные стороны разлетелись скелеты, а клинок пронзил глаз чумоносца, тело которого вспыхнуло в пламени. И лёгким движением клинок уже был высвобожден, выйдя через висок твари, разрубая покрытый болезнями ржавый тесак следующей твари. Превратившись в ураган Закеиль давал отпор сразу за десятерых космодесантников.