Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)

— Существуют и другие пути, мама, — сказала я, поворачиваясь к ней. — Мы не нуждаемся в милости драконов.
— Безумие! — воскликнула Арвея, всплеснув руками. — Абсолютное безумие! Какие ещё пути? Пять поколений мы ждали этого союза! Пять поколений все наши надежды были связаны с браком Радналов и Авельтанов!
Дверь в комнату снова открылась, и на пороге появился ринтан Карис. Я отметила изменения в его внешности: он побрился, волосы были аккуратно зачёсаны и собраны в хвост, одежда выглядела свежей и чистой. Но главное отличие было в его глазах — они больше не были затуманены алкоголем и безнадёжностью. В них появился проблеск того, каким, должно быть, был ринтан Карис до своего падения — проницательным, гордым, решительным.
  
— О чём такой громкий спор с утра пораньше? — спросил он, входя в комнату.
Ринтана Арвея стремительно повернулась к мужу:
— Карис! Вразуми свою дочь! Она отказывается воспользоваться шансом восстановить помолвку с халидэлом Латором!
Я ожидала, что отец поддержит мать. В конце концов, в этом мире браки явно заключались по расчёту, а не по любви. Союз с драконами сулил финансовое спасение и восстановление престижа рода. Логичное решение с точки зрения аристократа на грани разорения. Но ринтан Карис удивил меня. Он медленно прошёл через комнату, остановившись рядом со мной у окна, и положил руку мне на плечо:
— Арвея, девочка права, — сказал он спокойно, но твёрдо. — Драконы показали своё истинное отношение к нам. Пора Радналам вспомнить о гордости.
Ринтана Арвея уставилась на мужа как на предателя:
— Гордость? — её голос поднялся почти до визга. — Гордость не спасёт нас от кредиторов! Гордость не починит крышу над нашими головами! Гордость не вернёт Радналам былое величие!
— Возможно, нет, — ответил Карис, и в его голосе я услышала спокойную уверенность, — но унижение перед теми, кто отверг нас, точно не вернёт.
Я почувствовала прилив тёплой благодарности к этому человеку. Может быть, он и сломался под грузом ответственности, но, похоже, в нём всё ещё оставалось что-то от того аристократа, каким он должен был быть.
Воспользовавшись моментом, я решила представить альтернативу, которую обдумывала с момента пробуждения в этом мире:
— У меня есть план, — сказала я, и оба родителя повернулись ко мне. — Мы можем использовать мой дар не для заключения выгодного брака, а для создания ценных предметов. Артефактов, украшений, предметов роскоши — всего, что можно продать за хорошие деньги.
Я указала на преображённую брошь на груди матери:
— Вот эта брошь, например. В её нынешнем виде она стоит как минимум в десять раз больше, чем в прежнем. А я могу создавать десятки таких каждый день.
Мать медленно коснулась украшения, которое ответило на её прикосновение переливом цвета. Я видела, как в её глазах борются жадность и предрассудки.
— Торговля? — наконец выдавила она, и это слово прозвучало как ругательство. — Ты предлагаешь нам опуститься до уровня простолюдинов?!
Я сдержала желание закатить глаза. Поразительно, как люди могут цепляться за предрассудки даже на краю пропасти. В моём мире я сталкивалась с подобным мышлением у владельцев разоряющихся компаний, которые предпочитали банкротство изменению бизнес-модели.
— Я предлагаю нам выжить, мама, — ответила я терпеливо. — И не просто выжить, а процветать. Мы можем создать ювелирную мастерскую, где я буду улучшать изделия других мастеров. Или открыть салон магических артефактов. Возможностей множество.
Ринтан Карис задумчиво потёр подбородок:
— Это... нетрадиционный подход, — сказал он медленно, — но в нём есть здравый смысл. В конце концов, наши предки использовали свой дар для создания великих вещей. Они не торговали, конечно, но...
— Но они и не голодали! — горячо возразила Арвея. — У них был престиж, уважение, влияние! А что будет у нас? Лавка в торговом квартале?
Я собиралась ответить, что лучше быть богатым торговцем, чем нищим аристократом, но разговор был прерван звуком подъезжающего экипажа — скрипом колёс по гравию и фырканьем лошадей.
Все трое застыли, прислушиваясь. Через несколько секунд снизу донеслись голоса — звучные, командные, явно принадлежавшие людям, привыкшим отдавать приказания.
— Кто бы это мог быть? — пробормотал ринтан Карис, направляясь к окну. — Мы никого не ждём сегодня.
Он выглянул наружу и тут же отпрянул, словно увидел призрак:
— Драконы! — выдохнул он. — Ринтан Кассиан Авельтан и его свита!
Ринтана Арвея издала звук, похожий на сдавленный писк, и метнулась к зеркалу, лихорадочно поправляя причёску:
— Видишь! — воскликнула она торжествующе. — Они уже здесь! Они узнали о твоём даре! Я знала, что Латор одумается!
Я переглянулась с ринтаном Карисом, и в его глазах увидела отражение собственных сомнений. Что-то подсказывало мне, что визит драконов не сулит ничего хорошего.
— Нам нужно спуститься и встретить гостей, — сказал отец, выпрямляя спину и расправляя плечи, словно готовясь к битве. — Лиралин, ты идёшь с нами.
Я кивнула, бросив последний взгляд в зеркало. Моё преображённое платье теперь казалось особенно уместным — оно излучало уверенность и достоинство, в которых я так нуждалась перед лицом неожиданных посетителей.
— Идём, — сказала я, следуя за отцом к двери. — Посмотрим, что нужно драконам от обнищавшего рода Радналов.
Не успели мы выйти из комнаты, как навстречу нам бросилась взволнованная Нилли. Её рыжие локоны растрепались, на щеках горел румянец от быстрого бега.
— Госпожа! Господа! — выпалила она, едва переводя дух. — Ринтан Кассиан прибыл! С официальной делегацией от клана Авельтан!
Ринтана Арвея победно взглянула на меня:
— Они узнали о даре! — воскликнула она, лихорадочно поправляя складки своего платья. — Я знала, что Латор одумается!
Она повернулась к Нилли:
— Где они? Ты проводила их в большую гостиную?
— Да, ринтана, — кивнула Нилли, бросив на меня обеспокоенный взгляд. — Они... они выглядят очень официально. И не очень... дружелюбно.
Это подтвердило мои подозрения. Визит драконов вряд ли означал примирение. Я быстро оценила ситуацию — нам предстояло принять представителей могущественного клана в обветшавшей гостиной, где мебель помнила лучшие времена пять поколений назад. Не лучшее начало для переговоров, какими бы они ни были.
— Мама, отец, идите вперёд, — сказала я решительно. — Мне нужно кое-что сделать, я присоединюсь через минуту.
Ринтан Карис нахмурился:
— Лиралин, неуважительно заставлять таких гостей ждать...
— Доверься мне, — я улыбнулась ему. — Я успею до того, как начнутся формальности.
Он неохотно кивнул, и родители направились вниз по широкой лестнице. Я повернулась к Нилли:
— Быстро, проведи меня в гостиную другим путём.
Нилли не стала задавать вопросов — просто кивнула и повела меня по боковому коридору, затем вниз по узкой служебной лестнице. Мы пробежали через кухню, заставив вздрогнуть пожилую кухарку, и через небольшую дверь в конце коридора попали в малую столовую, примыкавшую к большой гостиной.
Приложив палец к губам, я осторожно приоткрыла дверь и заглянула в гостиную. Мои родители ещё не вошли, и комната была пуста, если не считать трёх драконов, стоявших у дальнего окна. Они были повернуты спиной, разговаривая между собой приглушёнными голосами, и не заметили меня.
Гостиная выглядела удручающе — выцветшие гобелены, потускневшая мебель с потёртой обивкой, поблекшие ковры. Идеальная декорация для унижения.
Не теряя времени, я тихо проскользнула в комнату и прижала ладони к ближайшей стене, сосредоточившись. На этот раз я не стала закрывать глаза — нужно было следить за драконами. К счастью, они всё ещё были поглощены разговором.
  
Я представила гостиную в её лучшие времена — с яркими, сочными красками гобеленов, с мерцающим золотым и серебряным шитьём, с полированной до блеска мебелью из редких пород дерева, с хрустальными люстрами, рассыпающими радужные блики.