Новая прошивка императора (СИ)

К вечеру вынужденное безделье замучило, и я даже обрадовался совместной прогулке с Аликс по окружающему Александрининский дворец парку.
Явно изголодавшаяся по общению с любимым мужем императрица набросилась на меня с разговорами, и мне снова не оставалось ничего другого, как поддакивать.
— Никки, в последние дни ты сам не свой. Много думаешь о чём-то, мало говоришь… Я вижу, что тебя что-то гнетёт, — Александра Фёдоровна так прижалась ко мне, что тело Никки опять среагировало.
«Надо поскорее её отправить куда-нибудь подальше… Но вот незадача, мне неизвестны планы императорской четы…» — прочитанная днём заметка о выставке натолкнула на новые мысли. Очевидно, что Николай должен посетить в Нижний Новгород и уж точно он был бы там вместе с супругой. Значит, как минимум эта поездка уже запланирована. А ведь могут быть и другие? Какое-нибудь свадебное путешествие в Ливадию? Все мои текущие планы основаны на скорейшей отправке августейшей фамилии в Петербург, а если имеются иные варианты?
«Надо срочно затребовать у Танеева планы царя на лето, только ещё предлог придумать… Хотя теперь имеется самый лучший из возможных…»
Между тем Александра Фёдоровна продолжала щебетание:
— Я никогда не верила, что в мире может быть такое полное счастье — такое чувство общности между двумя смертными, у нас всё было так прекрасно… Но в последние дни ты отдаляешься.
— Слишком много проблем, милая, теперь на мне долг. Я принял всю тяжесть короны.
Поддавшись мгновенному порыву, я сиганул в мокрую парковую клумбу, быстро нарвал ландышей и, вернувшись, вручил их Аликс… Мне было тяжело подбирать для неё ласковые слова, продолжая ощущать отчуждение, поэтому и возникла идея заменить слова действием. Хотя, возможно, я себе врал и искал рациональное объяснение глубинному порыву[5]…
— О, Никки, ты самый настоящий рыцарь… Как вспомню твои решительные действия на станции, ты спас меня…
— А как же иначе, солнышко?
— Надеюсь, у нас больше не будет разлук. Соединившись, наконец, мы связаны на всю жизнь, а когда эта жизнь закончится, мы встретимся снова в другом мире и навечно останемся вместе, — выдохнула Аликс.
Ну мне оставалось лишь мысленно охнуть, стараясь не показать истинного отношения:
«Твою дивизию… А ведь скоро она полезет ко мне в постель, стоит только выздороветь… Да, тело Никки этого явно желает», — от близости молодой неравнодушной и красивой женщины я стал ощущать некоторое давление в штанах.
Вернувшись во дворец, по дороге в спальню заглянул в ставшую моим кабинетом малую гостиную, чтобы взять бумаги и карандашей. Мне бы, конечно, принесли, но хотелось что-то сделать своими руками и ногами… И, к удивлению, застал там Танеева, который, несмотря на мою болезнь и позднее время, был в готовности.
— Александр Сергеевич? Почему вы не отдыхаете в такой час?
— Государь, но как я могу? Я и так отдыхал последние два дня. А сейчас узнав, что вы встали, то решил, что могу понадобиться.
— Это можно было и утром, но раз уж мы встретились, то организуйте мне завтра встречу с Лобановым. Но прежде зайдите сами, в свете всего произошедшего мне придётся пересматривать ближайшие планы. Ну вы же понимаете, — я неопределённо покрутил рукой в воздухе. — Потребуется пересмотреть расписание и прочее.
— Я понял, государь, — кивнул Танеев, наблюдая, как я прихватываю пачку бумаги, твёрдую кожаную папку и россыпь карандашей.
— Быть может, вам лучше взять планшет с зажимом, государь?
— Действительно, так в постели будет удобнее…
Когда мы расходились из кабинета, то спохватившись вспомнил:
— Александр Сергеевич, в последние дни вы словно на осадном положении рядом со мной. Думаю, что долго так продолжаться не может — мы уже обсуждали перед покушением. Подберите себе дежурных помощников — младших секретарей, примите в штат. Пускай для начала будут четыре шестичасовые смены в сутки, а чуть позже мне потребуются ещё секретари по направлениям[6].
— Но государь, у вас же есть адъютанты?
— Не будем смешивать системную государственную работу и остальные поручения, Александр Сергеевич.
  
— Я всё понял, государь. В течение нескольких дней представлю вам кандидатуры.
— Отлично. Кроме того, завтра доставьте мне все свежие Московские и Петербургские газеты. Надеюсь, врач разрешит их почитать.
Примечания:
[1] В реальной истории эти события были растянуты почти на месяц, однако сейчас они ускорились, об этом Трепов говорит в своём докладе.
[2] С «оргиями» настоящий случай.
[3] Большая промышленная выставка-ярмарка в Нижнем Новгороде, была устроена в 1896 году с экономическими и политическими целями. Организацию выставки курировал С. Ю. Витте. Продолжала традицию захиревших к этому времени Нижегородских ярмарок. Стала своего рода предтечей ВДНХ и прочих подобных мероприятий.
[4] Речь идёт о гиперболоидной башне инженера Шухова. Конечно, никакого отношения к фантастическому оружию она не имеет, а название отражает конструктивные особенности. Хотя в случае утери контекста получается смешно, можно было бы боярку написать про гиперболоиды Николая II.
[5] Согласно дневнику, в этот день Николай II нарвал во время дождя цветов в парке.
[6] У Николая II не было секретариата или администрации в нынешнем понимании. Главный герой это уже понял и намеревается обрасти необходимым для успешного ведения дел персоналом.
  
Глава IX
 
Передо мной тускло светился монитор старенького ноутбука с Red Hat Linux. В интернете снова кто-то был неправ, а я бился за свои убеждения, как лев, в душе понимая, что в реальности эта битва проиграна… И опять строчки расплывались, не давая себя прочитать, я напряг внимание и проснулся…
Маленькая комнатушка… Картинка сменилась…
«Наблюдатель» смотрел, как я, не спеша, иду по залитой солнцем уютной обустроенной городской площади, в центре фонтан, за пышной зеленью проглядывают милые домики европейской архитектуры, а где-то за спиной… Мне не видно, но я точно знаю, там комплекс современных зданий из стекла и бетона…
— Макс, давно не виделись! Хорошо, что приехал, — ко мне энергичной походкой, радушно раскинув руки, приближается весёлый и довольный человек, одетый в дорогой кежуал.
— Паша!
Мы здороваемся, я обрадован, но смущён. В отличие от моего старого институтского товарища, я одеваюсь в секонд-хенде. Чужбина оказалась не столь щедра ко мне, как к нему. И вот случайная встреча в интернете… Я уже и думать про него забыл, хотя и учились вместе, и улетали из Москвы в один год…
Тяжело дыша, открываю глаза… Вокруг темно и снова жарко, свежесть от прошедшего вчера дождя забыта… Хочется пить…
«Так стоп, меня зовут Макс?.. Точно Макс, а Паша… Выпускник МФТИ с красным дипломом, он ведь почти сразу улетел тогда, после драки с ментами на Болотной… Неудивительно его же ещё в институте приметили, зазывали в Германию… Стоп…»
После выпитого стакана воды в голову потоком льются воспоминания, отрывочные, всё ещё не помню себя до конца, но завесы, ранее упавшие на мой разум, уже разошлись…
Я вспоминаю, как мы сидим с Пашей в летнем кафе, разговариваем по-русски, но вокруг слышится немецкая речь, и я её понимаю… Хотя сам говорю плохо…
Мы встретились в Германии?..
Далее я сплю уже нормальным сном…
Утро, что называется, подкинуло проблем, помимо того, что мне требовалось и далее изображать из себя императора и семьянина, планировать изменения в государстве, опасаться иновремённых киллеров, теперь ещё нужно было попытаться устаканить появившиеся обрывки воспоминаний из прошлого…
Впрочем, вынужденное затворничество снова обернулось положительной стороной — у меня было время спокойно подумать.
Если, конечно, киллеры не попробуют вселиться в кого-нибудь из приближённых…
Встал я рано, и, сразу же был осмотрен Густавом Ивановичем, после умывания, ещё до завтрака, отправился на прогулку в парк. Теперь в одиночестве — Аликс ещё только просыпалась…