Новая прошивка императора (СИ)

— Слушаюсь, государь! — вытянулся Трепов.
— И во-вторых. Доведите до сведения господ фабрикантов, что я ими крайне недоволен. Отказавшись платить за коронационные дни и спровоцировав беспорядки, они допустили урон августейшей особе. У них есть два дня, чтобы уладить все вопросы с рабочими. Иначе будет дан ход делу о намеренном оскорблении государя, а там кто знает, к чему следствие приведёт? Может они вступили в заговор с убийцами, хотели воспользоваться смертью царя, чтобы устроить новую смуту?
— В точности передам, государь! Разрешите выехать в Петербург, чтобы заняться этим лично?
— Приказываю, Дмитрий Фёдорович! С богом!
Министр ушёл, а я снова остался лежать. Время шло к обеду, то есть к местному второму завтраку, но кушать не хотелось… Разговоры меня несколько утомили, а сделанные открытия взволновали. Требовалось всё хорошо обдумать.
Первая и самая главная проблема — иновремённые убийцы… Эти твари, а иначе их назвать было невозможно, перенесли свои сознания из будущего, заняв головы ни в чём не повинных людей.
Почти так же, как я попал в Никки.
Однако были нюансы — меня перенесло после неестественной смерти исходного тела в случайного, как казалось, реципиента, в момент его внутренней душевной слабости. Киллеры переносились по схожему принципу — первый оказался в голове титулярного советника Титова девятнадцатого мая, на следующий день после меня. Почему в Титова? И почему именно двадцатого?
А всё просто — те, кто его послал, искали подходящего реципиента рядом с возможными царскими перемещениями. Действовали они не наугад! У них явно есть доступ к историческим документам, и организаторам теракта известно, что Николай должен был прибыть на станцию вблизи Троице-Сергиевой Лавры. И я уверен — они искали и в других местах, где можно было удобно перехватить императора.
Но нашли именно на станции Сергиево… Так совпало, что у титулярного советника Титова умерла жена, и он сильно горевал. Так совпало, что он имел доступ к царскому поезду по роду службы…
Очевидно, что переносы из будущего возможны в моменты сильных стрессов у реципиентов! Каким уж образом их вычисляют и переносят — неизвестно. Но факт этот верен и подтверждён экспериментально. Трижды…
Третий случай произошёл с коллегой Титова, несчастным Аграновичем. В промежуток между двадцатым и двадцать первым мая Титов незаметно проник к сослуживцу в дом и убил его семью. Жестоко убил, чтобы наверняка вызвать у мужа и отца сильнейшее горе.
А затем в голову Аграновича переселился второй киллер.
Всё просто, рационально и предельно жестоко.
«Ненавижу!..» — от злости я заскрипел зубами…
Эта стройная и беспощадная в своей логичности картина базировалась всего на двух предположениях: во-первых, я не случайно оказался в голове царя — существует способ «прицелиться» при переносе в прошлое. И, во-вторых, в Титова и Аграновича действительно вселились преследователи из будущего…
Однако в последнем я был уверен каким-то иррациональным чувством — ибо перед глазами стоял «иновремённый туман» в районе головы Титова. Получается, что у меня есть способность увидеть «коллегу по переносу», и у них есть такая же возможность… Увидеть меня…
Следующая встреча ожидается интересной!
Немного свыкнувшись с этой мыслью, я пришёл к новому выводу — мне требуется обзавестись личным оружием!
На охрану надеяться слишком рискованно — врагом может оказаться любой из окружающих!
«Проклятье!..»
После лёгкого обеда, то есть второго завтрака, который я, благодаря Густаву Ивановичу, провёл в покое — снова пришлось лежать… С одной стороны, быть пострадавшим головой хорошо — второй день я избавлен от опасного взаимодействия с «августейшей семейкой». Но с другой — лежать надоело, особенно после визита Трепова… У меня началось нервическое возбуждение, хотелось действовать, куда-то бежать, совершать подвиги…
Заглянувший после обеда Гирш приметил моё состояние и дал выпить какой-то горькой гадости. От лекарства слегка полегчало… Да и я сообразил, что нужно себя чем-то занять, и потребовал свежих газет. Густав Иванович сначала отговаривал меня, ссылаясь на то, что после утренних потрясений следует дать отдых голове… Но затем мы сговорились на две газеты и вечернюю прогулку.
  
Последнее мне удалось сторговать, апеллируя к тому, что иначе ночью буду плохо спать.
Спустя десять минут доставили два номера Московского листка и Русский инвалид. Предвкушая хоть какое-то развлечение, я погрузился в чтение… И сразу оценил задумку Гирша: доктор явно попытался избавить меня от нервических потрясений. На первой странице Русского инвалида шли длиннейшие перечни производств в военных званиях, отставок на пенсию и прочей скукоты, далее шёл раздел внутренних известий:
Убийство ЕгоИмператорскогоВысочестваВеликогоКнязяСергеяАлександровича
В короткой статье сухо, по-военному было изложено про покушение на императора и его счастливом избавлении, о том, что государь героически спас императрицу, и о гибели великого князя Сергея Александровича. Далее были заметки о военных лагерях и большой блок внешних известий… В Турции были бои с местными повстанцами, в Эфиопии война со вторгнувшимися итальянцами, а в Европе освещались различные финансовые и дипломатические вопросы. Далее шло продолжение серийной публикации о тактике стрелковых батальонов во время русско-турецкой войны и заканчивалась газета небольшим блоком рекламных объявлений с товарами для военных.
В общем, ничего особо волнующего. Ожидаемо! Эту главную военную газету империи мне уже довелось почитать пару дней назад — всё было примерно так же. А вот Московский листок я увидел впервые.
На главной странице ежедневной газеты с картинками пестрели объявления и короткие заметки самого разного содержания: за месяцесловом следовала реклама врача Моргулиса, который занимался излечением сифилиса, венерических и кожных болезней, далее сообщалось о выходе второго тома романа «Разбойникъ Чуркинъ».
И сразу же мелькнула мысль:
«Никогда о такой книге не слышал… Почитать может?.. Телевизора здесь нет, радио тоже…»
Решив заказать сразу обе части, продолжил изучение газеты. Следующее объявление гласило о том, что открыта подписка на общественно-политическую газету «Нижегородская ярмарка». Вчитавшись внимательнее, я понял, что это издание будет освещать события большой промышленной выставки-ярмарки в Нижнем Новгороде[3], которая откроется уже буквально на днях — двадцать девятого мая и будет идти аж до первого сентября… На выставке обещались различные технические чудеса: в частности, были заявлены электрический трамвай и… «Гиперболоидная башня!».
Прочитав об оной, я подвис со странной мыслью:
«А точно ли я в прошлом?.. Может это какой-то параллельный мир?.. Откуда здесь гиперболоид?.. Это ведь из фантастической книги?..»
Однако поразмыслив далее, пришёл к мысли, что, скорее всего, имеет место быть другое значение этого термина. Ведь, в конце концов, писатель Толстой слово «гиперболоид» откуда-то заимствовал?
«Ладно, придёт время — узнаем, что это за чудо[4]…»
После мысли переместились на сам факт проведения выставки — мне ведь до сих про неё ничего не было известно! А тут нате — такое значительное событие прямо вслед за коронацией! Очевидно, что это не просто так! Россия явно намеревалась развиваться, идти вперёд… Что же потом пошло не так? Кто не сдюжил? Почему?
Мне непременно нужно было посетить эту выставку, и, скорее всего, такое посещение было у Николая запланировано. Вот только я пока об этом не успел узнать, тратя время на вживание в местные реалии.
Итак, мне нужно будет изучить все подробности! Планирующему запустить масштабную индустриализацию страны государю, просто необходимо посетить масштабную промышленную выставку!
Пока я читал объявления «Московского листка», на улице потемнело, а затем пошёл дождь, принеся долгожданную прохладу в эти жаркие, душные майские дни. Закончив с газетами, постепенно задремал под шум льющейся с неба воды, на этот раз спалось хорошо, ничего из прошлого не лезло в голову…