Оракул с Уолл-стрит 9 (СИ)
— Добро пожаловать домой, сэр, — сказал он, вешая пальто в гардероб из красного дерева. — Ужин готов и ждет вас в столовой. Также прибыл курьер от мистера Бейкера, конверт лежит на столе в библиотеке.
— Спасибо, Томас. Ужин пока отложим, сначала разберусь с корреспонденцией.
Библиотека располагалась на втором этаже, просторная комната с высокими потолками, обшитая панелями из темного ореха. Вдоль стен стояли застекленные шкафы с книгами, классика экономической мысли, история финансов, биографии великих банкиров и промышленников. Посередине комнаты располагался массивный стол из красного дерева, а рядом с камином стояли два кожаных кресла и низкий столик.
Я зажег настольную лампу и взял конверт, на котором стояла пометка «Лично и конфиденциально». Внутри был краткий отчет Бейкера о последних событиях и итогах дня.
«Окончательные результаты операции: прибыль восемь миллионов двести сорок тысяч долларов. Комиссии партнерам выплачены. Средства переведены на резервные счета согласно плану. Противник активизировал разведывательную деятельность, зафиксированы попытки получения информации о наших банковских операциях через источники в ФРС. Рекомендую усилить меры безопасности».
Восемь с четвертью миллионов долларов за один день. Это были поистине огромные деньги — на эту сумму можно было купить небольшой банк или построить целый завод. Но чувства триумфа не было. Вместо этого я ощущал растущее беспокойство.
Телефонный разговор с Морганом не выходил из головы. Я подошел к камину, где тлели угольки, и подбросил несколько поленьев.
Пламя разгорелось, заполнив комнату теплым светом и потрескиванием горящего дерева. За окнами шумел дождь, стекая по стеклу тонкими струйками.
Сев в кресло у камина, я достал из кармана ключ от личного сейфа. Сейф был встроен в стену за одной из книжных полок, снаружи он выглядел как обычный том «Истории банковского дела» в кожаном переплете. Внутри хранились мои самые важные документы, включая секретный дневник, который я вел с момента возвращения в прошлое.
Дневник представлял собой обычную тетрадь в черном кожаном переплете, но содержание его было уникальным. На страницах специальным шифром записаны события, которые произошли и должны произойти в ближайшие годы: крах банков, политические изменения, начало войны в Европе. Информация, которая стоила дороже любых денег.
Я открыл дневник на чистой странице и начал шифром записывать события дня:
'Первая крупная победа над Альянсом. Потери противника $12 млн, наша прибыль $8.24 млн. Операция прошла безупречно, но цена успеха оказалась выше ожидаемой.
Морган знает о наших методах больше, чем я предполагал. Знает о связях с Лански, о долге О’Брайена, о швейцарских переводах. Его разведывательная сеть работает профессионально. Это означает, что в моем окружении есть информатор, или же технические возможности слежки превосходят мои представления'.
Я отложил перо и задумался. Кто мог передавать информацию Моргану? Круг людей, знавших детали операции, был очень узким. Бейкер исключено, он был со мной с самого начала. Лански тоже маловероятно, у него свои счеты с конкурентами. Оставались более мелкие участники: брокеры, клерки, посредники.
'Основные угрозы:
1. Возможна атака на банк через слухи о неплатежеспособности.
2. Торговые партнеры — попытки дискредитации или физического воздействия
3. Правительственные связи — давление через налоговые органы и регуляторы
4. Личная безопасность — Альянс может перейти к крайним мерам'"
За окном усилился дождь, барабаня по стеклу с удвоенной силой. Я встал и подошел к окну, глядя на пустую улицу. В свете фонарей виднелись лужи, в которых отражались огни домов. Тихий, респектабельный район, где жили банкиры, юристы, врачи, люди, составлявшие основу американского среднего класса.
Часы на камине пробили половину десятого. Длинный день подходил к концу, но сон не шел. Слишком много мыслей крутилось в голове, слишком много планов требовали обдумывания.
Я закрыл дневник и убрал его обратно в сейф. Завтра начнется новый этап войны, и нужно быть готовым ко всему.
Глава 8
Нефтяная война
Утром я сидел в своем кабинете на Уолл-стрит, изучая отчеты о состоянии «Merchants Farmers Bank» и готовясь к ожидаемой атаке Моргана. После нашего телефонного разговора я был уверен, что удар придется по банку.
Слухи о неплатежеспособности, массовое изъятие вкладов, давление регуляторов. Все меры противодействия были приняты: резервы увеличены, связи с ФРС активизированы, пресса подготовлена к контрпропаганде.
За окном который день моросил дождь, превращая Уолл-стрит в серую реку отражений. Брокеры спешили под зонтами, избегая луж, а редкие автомобили осторожно маневрировали по скользкому асфальту. Обычный день в финансовом сердце Америки, где миллионы долларов перетекали из рук в руки с каждым ударом биржевого колокола.
Чарльз Бейкер просматривал утренние сводки, периодически поднимая голову от документов.
— Уильям, пока все спокойно, — докладывал он. — Никаких необычных движений на наших счетах. Курс акций стабилен. Депозиты в банке даже слегка выросли за счет новых клиентов.
— А европейские биржи?
— Лондон и Париж торгуют без особенностей. Правда, есть сообщения о крупных покупках акций «Royal Dutch Shell» неизвестными инвесторами, но это может быть простой спекуляцией.
Я кивнул, но беспокойство не покидало меня. Морган не был человеком пустых угроз. Если он обещал ответный удар, то обязательно нанесет его. Но где и когда?
В половине десятого зазвонил телефон. Мисс Паркер сняла трубку в приемной, и через минуту ее встревоженный голос донесся через переговорное устройство:
— Мистер Стерлинг, срочный звонок из Талсы. Мистер Роквуд просит немедленно соединить его с вами. Говорит, что дело не терпит отлагательств.
Дэвид Роквуд звонил редко и никогда не драматизировал ситуацию без серьезных причин. Я снял трубку.
— Дэвид? Стерлинг слушает.
— Уильям, благодарю Бога, что застал вас. — Голос Роквуда звучал напряженно, что было для него совершенно нехарактерно. — Мне нужно, чтобы вы немедленно приехали в Талсу. Сегодня же.
— Что случилось?
— Нас атакуют. Системно, профессионально и одновременно по всем направлениям. — Пауза, во время которой я слышал, как он делает глубокий вдох. — Венесуэла, Норвегия, Саудовская Аравия, везде проблемы начались в одно время. Это не случайность.
Сердце екнуло. Морган нанес удар не по моим финансовым позициям, а по нефтяным активам Роквуда. Ход был неожиданным и болезненным, я считал Роквуда достаточно могущественным, чтобы защитить себя самостоятельно.
— Дэвид, а нельзя ли обсудить детали по телефону?
— Исключено. — Голос стал еще жестче. — Уильям, вчера вечером в наш офис проникли. Профессионально, сейф не тронули, документы лежат на местах, но наш охранник клянется, что кто-то был в здании после закрытия.
— Что могли искать?
— Информацию о наших совместных проектах. О технологических новшествах, которые мы внедрили по вашим рекомендациям. О планах по международной экспансии. — Пауза. — Уильям, я подозреваю, что наши телефонные линии прослушиваются.
Это меняло дело. Если европейцы действительно перехватывали переговоры, любое обсуждение планов по телефону было бессмысленным и опасным.
— Понимаю. А масштаб атак?
— Прогнозные потери могут превысить двадцать миллионов долларов. И это только начало. — Голос Роквуда стал почти шепотом. — Уильям, у меня есть документы, которые вы должны увидеть лично. Переписка между европейскими компаниями, планы координированных действий. Это не просто деловая конкуренция, это экономическая война.
— Хорошо, выезжаю сегодня вечерним поездом.
— Нет, слишком медленно. — Роквуд помолчал секунду. — Я организую вам самолет. Мой пилот вылетит из Талсы через час, будет в Нью-Йорке к трем дня. Сможете вернуться обратно к завтрашнему утру.