Выпускник. Журналист (СИ)

Идея с удостоверением пришла мне ночью. Когда соседи по комнате после вкусного сытного ужина уже спали.
Я тихо поднялся, включил настольную лампу, вытащил подручные материалы и соорудил себе корочку.Даже фото свое приклеил, правда немного криво, но переделывать не было желания. Очень хотелось спать.
Борисова настолько была перепугана не то, чтобы моим появлением, а пропажей подруги Ольховской, что даже не думала что–то там уточнять насчет моей персоны.
Эффект внезапности подействовал безотказно.
— Да, я Оля. А что вы хотите?
— Ольга, давайте пойдем в кафетерий. Выпьем по чашечке кофе и побеседуем в спокойной обстановке.
Она кивает, и я веду ее в ближайший кафетерий.
Занимаем столик возле окна и заказываем кофе.
— Оля, меня интересует друг Марины Ольховской — Григорий Игнатов. Что тебе о нем известно?
— Игнатов… — удивляется девушка. — Не думаю, что он может быть в чем — то замешан.
— Ольга, думать здесь буду я. По долгу службы, — одариваю ее холодной улыбкой.
Ведет недоуменно плечами.
— Успокойся, подумай и спокойно расскажи все, что знаешь о Игнатове. Насколько мне известно, вы все вместе учились?
Ольга смотрит на меня с удивлением.
Чтобы выглядеть солиднее, я оброс щетиной и три дня не бреюсь. На занятиях преподаватели смотрят на меня с подозрением, сокурсники косятся, но я стойко выдерживаю.
Держусь уверено матерым спецом.
— Ольга, я жду, — спокойно говорю, делая глоток горячего черного кофе.
Не свожу глаз с девушки.
Пальцы у нее дрожат. Она складывает руки в замок. Поднимает на меня большие карие глаза. В них, словно чаинки плавают, смотрит на меня так доверчиво, аж в горле начинает першить.
— Да, мы учились на одном курсе, — начинает рассказывать Ольга.
Девушка говорит тихо проникновенно, и чем — то здорово цепляет меня.
Черт! Я при исполнении, что за мысли лезут мне в голову.
— С однокурсниками он всегда держался на расстоянии, предпочитал общение с книгами, чем с живыми людьми. Я всегда считала его тихоней. Но, как оказалось, за этой маской скрывался настоящий фанатик.
Григорий был тихим и незаметным. Его бледное лицо, тонкие очки и аккуратно зачёсанные волосы придавали ему вид вечного студента. На лекциях он сидел в первых рядах, старательно конспектировал каждое слово преподавателей и никогда не вступал в споры.
Но в этой маске скромности скрывалась страсть, которую никто не ожидал увидеть. Он был безумно влюблён в Марину Ольховскую.
Смотрю на Олю и думаю лишь о том, как неплохо было бы провести с ней ночь.
Ее большие карие глаза, пряди каштановых волос, падающих на лицо, и этот жест руками, когда она откидывает их назад. Все это действует на меня. И мысли крутятся только вокруг одного.
  
Глава 12
 
— Игнатов влюбился в Марину, — продолжает Борисова. — Он боготворил её. Делал всё. Следил за каждым её шагом, был рядом, когда ей это было нужно, и даже когда не нужно.
Но Марина видела в нём только друга, ничего больше.
И когда она познакомилась с Максимом Звонарёвым, Гришка просто исчез из её жизни.
Просто так исчез из жизни женщины, в которую был безумно влюблен? Слабо верится в такое. Ну, если только у него была железная воля. Слабо верится в такое.
— Максим был фарцовщиком, его мир был ярким и опасным. Марина, как заворожённая, погрузилась в него, забыв обо всём остальном.
Оля рассказывает важную информацию, и я стараюсь не нырять в свои ассоциации по поводу самой Борисовой, которые далеки от темы нашей беседы.
— После убийства Максима и исчезновения Марины никто не видел Игнатова, не слышал о нём.
Смотрю на собеседницу, слушаю ее приятный голос. Ей бы радио или телеведущей работать, а не редактором в издательстве.
Не думаю, чтобы парень так одержимый любовью, вдруг просто смирился и отошел в сторону. Тут явно, что — то не так.
И Ника настаивает, что за ним нужно проследить.
Чувствую, что в этой истории Игнатов играет не последнюю роль. В его молчании и уединении кроется что–то.
  
Ольга выглядит уставшей, но решительной. Я передаю ей папку, которую дал Дед, и наблюдаю за её реакцией. Она открывает, и её лицо меняется.
— Что это? — спрашивает она, поднимая на меня глаза. — Где ты это взял?
— Серьезные люди дали, — отвечаю я, чувствуя, что напряжение нарастает.
Ольга долго смотрит на фотографии и документы, её руки дрожат.
— Здесь есть вещи, которые я никогда не видела, — говорит она наконец. — Но это не объясняет, кто похитил Марину.
— Мы должны узнать, — твёрдо говорю я. — И защитить ее сына.
Ольга вздрагивает.
Поднимает на меня глаза.
— Ты прав, Макар, — говорит, сжимая мою руку.
Черт! Мне приятны ее прикосновения.
— Почему ты не сказала мне о ребенке Ольховской?
Ольга смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— Да, у Марины есть сын. Прости. Я не могла сказать об этом раньше. Но теперь, когда ее нет, мы должна позаботиться о Ванечке.
— Спасибо, Оля, — держу ее руку в своей. Ее рука теплая, кожа нежная и гладкая. — Ты мне очень помогла.
Она хлопает в ответ своими огромными карими глазищами.
— Я очень волнуюсь за Марину. И Аня Веснина тоже очень волнуется.
— Кто такая Аня Веснина?
— Наша общая подруга.
— А Ника Королева тоже ваша подруга? — внимательно смотрю на Олю.
— Нет. Мы дружили только втроем, — мотает головой.
Вот это уже интересно. Зачем тогда Ника выдает себя за подругу Ольховской? Да еще платит такие деньги за журналистское расследование.
— Запиши адрес Ани Весниной.
— Да, конечно.
Мне приходится отпустить ее руку. Оля быстро пишет адрес на салфетке и подает мне.
Я не беру.
— Рядом свой напиши, — киваю на салфетку.
Она пишет адрес.
— Спасибо, — забираю салфетку. — А в гости на чай пригласишь холостого мужчину? — смотрю прямо в ее глубокие карие глаза.
— Конечно. Думала, Макар, уже не дождусь твоей просьбы. Сама хотела пригласить.
— С кем живешь?
— Одна. Снимаю однушку в Южном Чертаново. Не далеко?
— К такой красотке можно ехать куда угодно. Жди меня в субботу в девятнадцать– ноль–ноль.
Стою на трамвайной остановке, пытаясь переварить информацию, которую дала мне Борисова.
Гриша Игнатов — тихий студент, влюблённый в Ольховскую. А теперь вдруг исчез, несмотря на то, что должен бить во все колокола, искать пропажу.
Возвращаюсь в общежитие.
— На работе был? — встречает Михаил.
— Да, — коротко бросаю я.
— Как собираешься совмещать с учебой? — серьезно спрашивает он.
Не нравится мне его нравоучительный тон.
— Нормально. А что? — грубо отвечаю я.
Молчит.
— Ну, если больше ко мне вопросов нет, то скажу. От дежурства по комнате меня освободите. Как работающий кадр, буду в общий бюджет денег больше класть на тридцатку.
— Давайте голосовать, — объявляет Михаил.
— Я за, — голосует Коля.
— Я тоже, — откликается Сергей.
— Ну, я как все, — соглашается с большинством и Миша.
— Спасибо, друзья, что отнеслись с пониманием, — спокойно констатирую я.
Быстро начинаю готовиться к завтрашним занятиям.
Смотрю на часы, спать сегодня придется мало. Но мне не привыкать.
Хватаю куртку с вешалки, обуваю туфли. И выхожу на улицу.
Холодный ветер пробирает до костей. Поднимаю воротник повыше.
Вечер выдался на редкость мрачный. Каждый шаг отдается эхом в пустых переулках.
Я уже близок к дому Игнатова, надо только зайти в арку между домами.
Стоило туда нырнуть, как тут же на меня надвинулись троих бандитов в подворотне.
На автопилоте делаю шаг в сторону к стене, чтобы прикрыть спину.
Исподлобья разглядываю троицу.
В тот день подъезжали двое. Теперь караулят уже трое.
Так. Понятно.
Первый — высокий и тощий. У него на поясе финка, и он явно знает, как с ней обращаться. Второй — коренастый, с бритой головой и кастетом на правой руке. Он выглядит так, будто всю жизнь только и делал, что ломал кости. Третий — невысокий, но широкоплечий, с грубыми чертами лица и тяжёлым взглядом.