Чудесные куклы барышни-попаданки (СИ)

Владу Марьяна так не улыбается!
И выглядела она сегодня… прелестно. Голубое платье, отделанное кружевами, безусловно, ей шло.
Матушка поднялась навстречу Владу, и Марьяна, наконец, заметила мужа. И ревность исчезла без следа, потому что лицо ее при виде Влада посветлело, а улыбка стала ярче.
— Ты вернулся! — выдохнула она с облегчением.
Поднялась, сделала пару шагов в его сторону. И нерешительно остановилась.
  
Влад с удовольствием подошел ближе и, наклонившись, поцеловал Марьяну в щеку. Он еще не понимал, с чем связана такая перемена в ее поведении, но искренне радовался этому.
  
Глава 39
 
Глава тридцать девятая, в которой Марьяну ревнуют
Марьяна
Я и не думала, что так скучала по Владу.
Мы прекрасно провели время с Лидией Алексеевной, успели многое подготовить и обсудить. Рядом с ней я чувствовала себя комфортно. А после, вечером, в гости к матушке пришел старший брат Влада — Владимир. Лидия Алексеевна познакомила нас и оставила одних, отправилась давать распоряжения к ужину.
Внешне Владимир был похож на Влада. Или, скорее, наоборот? Я с уверенностью сказала бы, что они братья, даже если бы не знала наверняка. Но вот характер показался иным — более тяжелым, даже суровым. Или Владимир просто взрослее, то есть… старше?
Со мной он разговаривал дружелюбно, мягко. Сдержанно, но улыбался. И не скрывал любопытства, расспрашивая о подробностях нашей с Владом… свадьбы. Я же решила ничего не скрывать и от него, не видя в этом никакого смысла. Неужели матушка не поведает Владимиру обо всем? Так зачем мне отмалчиваться?
Как вернулась в гостиную Лидия Алексеевна, я не заметила. Владимир увлеченно рассказывал мне забавную историю о том, как Влад сбежал из дома, когда ему было лет пять от роду.
— Откровенно говоря, виноваты в этом были мы с Яром, — говорил Владимир. — Яр — наш средний брат. Владияр. Мы с ним погодки, а Владушка сильно младше. Естественно, дома ему от нас частенько доставалось. Так вот накануне мы с Яром совершили набег на буфет, основательно опустошили запасы конфет и пряников, а после, совершенно случайно, разбили в кладовой банку с клубничным вареньем. И свалили все на младшего брата.
— Как вы могли! — возмутилась я, однако не могла сдержать улыбки.
Не верилось мне, что эта история закончилась плохо.
Владимир развел руками.
— А я с самого начала знала, чьих это рук дело, — заявила Лидия Алексеевна. — Конфеты на верхней полке хранились. И варенье тоже. А Владушка тогда высоты боялся, он ни за что не встал бы на табурет, а без него не дотянулся бы ни до конфет, ни до варенья.
— Но ты наказала Влада, — напомнил ей Владимир.
— Всего лишь велела ему раньше лечь спать, — фыркнула она. — Надеялась, что совесть не позволит вам с братом промолчать.
— Но ошиблась. — Владимир развел руками.
— Вовсе нет. Вы же сказали правду.
— Когда Влад исчез…
— Этого я не учла, — согласилась Лидия Алексеевна.
— Так вот, — оживился Владимир. — Влад не из тех, кто прощает обиду. Ночью, когда мы крепко уснули, он вылил в постель каждому по стакану теплой воды. Марьяна, вы же понимаете, о чем мы подумали, когда проснулись?
Я прыснула, прикрыв рот ладонью. Может, мне следовало сделать круглые глаза, возмутиться… и всякое такое? Все же тут барышням не принято рассказывать такие истории. Но я отчего-то чувствовала, что в этом доме от меня не ждут «правильного» поведения.
— Так он отомстил за обиду нам, — продолжал Владимир. — А от матушки… сбежал. Посчитал, что не нужен там, где ему не верят.
— Нашли его быстро? — поинтересовалась я. — Далеко удалось убежать?
— Да на ближайшей ярмарке и нашли. Мы незадолго до того все там были, и Владу очень не понравились… звери в клетках.
Владимир внимательно на меня посмотрел.
— Ему стало их жаль? — догадалась я.
— Именно, — кивнул он. — Влад хотел выпустить их на свободу.
Что ж, история действительно оказалась занимательной. Я узнала о том, что Влад не прощает обид. А в том, что у него доброе сердце, я давно убедилась.
— Влад у нас такой… мягкий, — добавил Владимир. — Послушный. Мамин сын.
— Неправда, — возразила я с улыбкой. — Влад добрый и заботливый. Решительный и сильный.
— Приятно слышать, как вы его защищаете, — усмехнулся Владимир. — Кстати, вот и он.
Я не заметила, когда Влад вошел в гостиную, но едва увидела его, сердце замерло… от радости. Я вдруг поняла, как сильно по нему соскучилась!
И, повинуясь порыву, обрадованно бросилась к нему. Но остановилась, опомнившись. Что он обо мне подумает? Что я… притворяюсь перед его матерью и братом?
Влад поцеловал меня в щеку, взял на руку, поинтересовался, как я провела день. А я смущенно молчала, размышляя, не притворяется ли он. Правда, он уже целовал меня… в лоб. Но ведь я только и делала, что отталкивала его. И обижала. Мы вроде бы договорились о перемирии, но…
А ведь мне по-настоящему хорошо, когда Влад рядом! И пусть сердце бьется чаще, но на душе спокойно. Влад вернулся, я не одна. Только он знает обо мне всё! Ладно, почти всё…
Я пробормотала, что день прошел прекрасно, и Влад выпустил мою руку, приветствуя брата. Я поспешила отойти в сторону, чтобы не мешать. А Влад оглянулся и, не найдя меня рядом, нахмурился. Он хотел что-то сказать, но Лидия Алексеевна пригласила всех к столу.
Каким-то невероятным образом, Владимир успел первым предложить мне руку, и Владу ничего не оставалось, как проводить к столу матушку. Однако братья заняли, как я поняла, привычные места, и меня усадили рядом с мужем.
— Вижу, вы уже познакомились, — вроде бы непринужденно заметил Влад, обращаясь к брату. — И подружились?
— Ты ревнуешь? — Владимир приподнял бровь в нарочитом изумлении.
Глаза его смеялись.
— Разве есть повод? — прохладно парировал Влад. — Уверен, что нет. Мне приятно, что Марьяна произвела на тебя хорошее впечатление.
Владимир фыркнул и приступил к еде. Влад взялся за мной ухаживать: подкладывал на тарелку вкусные кусочки, наполнял стакан морсом. Лидия Алексеевна посмеивалась, поглядывая то на одного сына, то на другого.
Беседа продолжилась за чаепитием. Я запоздало вспомнила, что не поблагодарила Владимира. Ведь это он помог Владу отправить меня на конкурс. Однако Владимир отмахнулся, едва услышав мои неловкие слова.
— Пустое, — сказал он. — Откровенно говоря, младший брат весьма удивил меня этой просьбой, но лишь потому, что он никогда и ни о чем не просит. Я полагал, что это гордыня. Или какие-то старые обиды. Но он попросил… ради вас, Марьяна… и я не смог отказать. Хотя это не в моих правилах. И Влад не обманул, вы — настоящая красавица.
— Ах, перестаньте… — прошептала я, заливаясь румянцем, в лучших традициях барышень позапрошлого века.
То есть, в моем мире… позапрошлого. А тут это, пожалуй, выглядело естественно.
Лидия Алексеевна подхватила разговор. Она рассказала Владимиру о нашей подготовке к конкурсу. Он согласно кивал, причем с серьезным лицом, не выказывая недовольства. Хотя, казалось бы, зачем мужчине выслушивать эти подробности о платьях и танцах?
Влад тем временем наклонился к моему уху.
— Марьяша, как бы нам остаться наедине? Минут на пять, не более.
Всего на пять минут⁈
— Зачем? — прошептала я в ответ.
И тут же рассердилась на саму себя. Неужели я такая… колючая? Ведь он не просит ни о чем невозможном. А я…
— О чем шепчетесь? — громко спросил Владимир.
— Простите, — сказала я, опережая Влада. — Это я… вспомнила, что хотела кое-что показать Владу.
— Ты о драгоценностях? — подхватила Лидия Алексеевна. — Позвать Таню, чтобы она принесла футляры? Разрешишь и Владимиру взглянуть? Все же он…
  
Лидия Алексеевна словно прикусила язык и виновато взглянула на Влада.
— Что же ты замолчала, мама? — произнес он невозмутимо. — Владимир старше и опытнее, это ты хотела сказать? Не знаю, о каких драгоценностях речь, но он определенно разбирается в этом лучше меня.