Чудесные куклы барышни-попаданки (СИ)

И если тот Михалыч сказал, что никого не посылал…
Нет, возвращаться опасно. Я сразу отправилась в мастерскую и занялась приготовлением холодного фарфора. Немного клея я успела сварить до того, как меня похитили, его вполне хватит на несколько кукол. Продам их — и не придется голодать.
Я отмерила нужные пропорции, соединила клей и крахмал, добавила масло и глицерин. Когда смесь стала однородной, включила плитку, налила в кастрюлю воды, а сверху пристроила миску. Меня уверили, что посуда прочная, так как ее используют ведуны для приготовления зелий, но все же я предпочла варить смесь на водяной бане.
  
Я закупила в лавке для ведунов не только миски, но и стеклянные банки с плотно прилегающими крышками. Пищевой пленки или чего-то похожего на нее не нашла, а на воздухе смесь высохнет. И стеклянная лопаточка тоже пригодилась. Ей я тщательно размешивала варево, пока оно не загустело.
Потом я выложила его на доску, смазанную маслом, немного остудила и выместила, как тесто. Разделила то, что получилось, на несколько частей: я знала, сколько примерно уходит на одну куклу. Лишнее убрала в банку и принялась за каркас.
Все же мне повезло, что нужные материалы оказались под рукой. Я купила их на пробу, чтобы сделать двух-трех кукол, посмотреть, что из этого получится. Но если я хочу мастерить кукол на продажу, под заказ, мне понадобится больше мешков ингредиентов для смеси, больше мотков гибкой проволоки, больше шерсти для волос, больше красок…
Вот тканей и фурнитуры здесь много. Можно даже сшить себе новое платье.
Я устала, и сильно хотелось есть. Но я торопилась сделать основу, ведь она должна высохнуть, а на это уйдет дня два, не меньше. Одного я не учла: знания остались со мной, а вот навыки…
Я знала, как лепить. Марьяна же никогда этим не занималась. Мой разум управлял чужим телом. И я чувствовала себя весьма странно. Это как… заново учиться ходить. Или ездить на велосипеде. Вроде ты знаешь как, а тело деревянное.
И ведь я в теле Марьяны с зимы!
Кое-как я, конечно, наловчилась. У меня выходило все лучше. Но…
Лицо у куклы получилось «кое-как». Не уродина, но и не красавица. Ручки кривоватые, одна ножка длиннее другой.
Расстроившись, я решила исправить огрехи утром, при дневном свете. Все же холодный фарфор застывает не сразу. Поела хлеба, запила его чаем — и легла спать. И каким неудобным не казался диванчик после кровати с перинами, уснула я мгновенно.
Новый день принес новые разочарования. Холодный фарфор застыл быстрее, чем я ожидала, ничего не получилось исправить. И банки с тугими крышками оказались бесполезны, в них тоже все высохло.
Аномалия какая-то, что ли…
Я долго вертела в руках болванку куклы, размышляя, доделывать ее такой или выбросить. Можно попробовать сшить куклу из тряпочек, но…
Тряпичных кукол тут много. А фарфоровые — редкость, и доступны только богачам. Мои же дешевле в производстве, а выглядят так же, как дорогие. Обманывать я не собиралась, поэтому моих кукол смогут покупать и те, кто победнее.
Кстати, раздумывала я и над тем, чтобы получить патент, если рецепт холодного фарфора тут еще не изобрели. Но пока так и не смогла ничего разузнать. Открыто спрашивать я боялась, ведь технологию могли и украсть.
В этом мире мне отчаянно не хватало друга. Не мужчины-любовника, а именно друга. Того, кому можно довериться, кто помог бы освоиться, кто брал бы на себя те заботы, с которыми женщине справиться тяжело.
Я привыкла все решать сама. А здешнее общество все еще было глубоко патриархальным. Да, женщинам уже позволяли многое, но…
Все же мало доверяли. Смотрели свысока. Не воспринимали всерьез.
Я решила доделать куклу. И пусть первый блин комом, она ни в чем не виновата. Я относилась к куклам… наверное, как к детям. Плохо получилась? Некрасивая? Ничего, оставлю ее себе. Будет моим талисманом.
Да и не умела я бросать недоделанную работу. Считала это плохой приметой. Поэтому вместо того, чтобы варить холодный фарфор заново, я занялась кукольным лицом, волосами и одеждой.
Нарастила туловище чехлом из ткани, набила его вяленой шерстью. Так у куклы появился относительно мягкий животик. Чтобы не возиться с волосами, сделала обманку — приклеила несколько прядей к чепцу.
Платьице сшила скромное. Дурнушке ни к чему великолепный наряд. А когда рисовала лицо, опять напортачила — губы получились кривыми, а один глаз косил.
Так как я спешила, то проработала весь день. Прерывалась лишь изредка — перекусить или размять затекшие мышцы.
Кукла вышла весьма атмосферной. Пожалуй, если бы я задалась целью смастерить уродину, не справилась бы лучше.
— Ничего, я все равно буду тебя любить, — утешила я куклу. — И назову… Марийкой.
Кукла безразлично косила карим глазом, расставив в стороны кривые ручки. Я оставила ее на столе и отправилась клевать свой скромный ужин.
Долго ли я так протяну? Я старательно избегала роскоши, хоть и имела достаточно средств для того, чтобы ни в чем себе не отказывать. Но все же за время, проведенное в качестве купеческой дочери, привыкла к сытой жизни. Я всегда вовремя завтракала, обедала и ужинала. И забыла, что такое голод.
Может, я зря сбежала от Влада? Зря не доверилась ему? Сидела бы сейчас в теплой и уютной гостиной, пила бы чай с пирожными, развлекала бы разговорами его матушку. И Таня… Ее, наверное, уже выгнали. А мои вещи… отдали старьевщику.
Копаясь в сумке в поисках завалявшихся монеток, я наткнулась на листок с направлением от агентства. Была бы я похожа на Марийку, не отказали бы мне на кухне! С работой посудомойки я легко справилась бы…
А если я зря поверила Владу? Он сказал, что муж отобрал все до копейки. Если не все? Если что-то осталось? Возможно, нотариус попросту не сказал Владу всей правды. А я, глупая, не разузнала сама!
Немного приободрившись, я спокойно уснула.
За ночь тело так затекло, что я с трудом встала с диванчика. Спала я одетой, без одеяла, без постельного белья, и с этим тоже нужно что-то делать. Долго так продолжаться не может.
Потягиваясь и зевая, я отправилась умываться. Но едва зашла в рабочую комнату, взгляд упал на стол, а на нем…
Я вскрикнула от изумления и почувствовала головокружение.
Вместо Марийки на столе та самая кукла! Та, которую я сделала перед тем, как попала в этот мир! Мне казалось совпадением, что она так похожа на Марьяну, но…
Я ощупала лицо, посмотрела на руки, на одежду.
И хорошо бы взглянуть в зеркало, но я уже понимала, чье отражение в нем увижу. За ночь я превратилась в Марийку!
  
Глава 19
 
Глава девятнадцатая, в которой Марьяна осваивает технологию мытья посуды
Марьяна
Осознать произошедшую перемену оказалось непросто. Попав в тело Марьяны, я не испытала такой шок, как сейчас. Возможно, потому что знала о выдуманных историях, где люди путешествовали в другие миры. Да, сказка! Но это произошло со мной по-настоящему, и я давно перестала думать о том, что все окружающее — плод моего воображения.
Я поверила в то, что моя душа перенеслась в тело Марьяны Богдановой.
Но теперь-то что случилось⁈
Мир тот же. Во всяком случае, я нахожусь в знакомом месте — в собственной мастерской. А кукла — не чье-то воплощение! Кто я теперь? Как меня зовут? Что мне делать⁈
Я металась по флигелю, не находя себе места. Обнаружила, что хромаю. Это неудивительно, ведь ноги у куклы получились разной длины.
Неужели теперь я буду превращаться в любую куклу, что сделаю своими руками?
Одни вопросы — и никаких ответов.
  
Или это все же очередной виток болезни? Бред сумасшедшей. Причудливый, яркий… но бред.
Долго предаваться отчаянию я никогда не умела. Мне все так же хотелось есть и пить. Я все так же нуждалась в деньгах. Поэтому я успокоилась, села и обдумала, что делать дальше.
Очевидно же! Идти наниматься на работу. С тем самым направлением на кухню княжеских палат. Бумажка осталась, а я теперь… некрасива.