Хочу просто выжить! (СИ)

— Что это было? — подскочила она и закрутила головой, — Здесь кто-то был или мне приснилось?
Но вокруг было по-прежнему: тихо и скучно.
— Мне всё приснилось, — решила она и провела пальцем по своим нижним губам. Они были влажные.
— Странно, — поднесла она свои пальцы и понюхала.
Пахло ее выделениями, как помнила она ранее, и не было никаких признаков чужого присутствия.
Вера тяжко вздохнула и, встав, подошла к колодцу. Ей тогда показалось, что этот пришелец метнулся именно туда.
— Ведь я слышала, как осыпались камешки, — думала она, оглядывая место.
Но все было таким же, как и при её первом осмотре: чисто и нигде не примято.
— Все-таки был сон, — вздохнула она, присаживаясь на прежнее место наблюдения, — Но какой же явный.
Поев и попив воды, она прилегла на живот, и, выглядывая со своего места на колодец, жевала травинку и ждала, может быть это всё же был не сон. Но так и не дождалась. Её время кончалось, так как солнце уже клонилось к закату.
Она не решилась рассказать Алексею про свое видение, а тем более про ощущения. Постеснялась своих чувств, думая, что тот не поймет, да ещё и высмеет её. Легла спать, отвернувшись и закутавшись в одеяло, будто отвергнув его прикосновения. Ей вновь хотелось увидеть того с вертикальными зрачками и ловкими пальцами. Хотя бы во сне.
— Ты что такая странная? — спросил утром за завтраком Алексей.
— Странная, — откликнулась она, посмотрела на него и опустила глаза, — Тебе показалось.
— Ничего не показалось, — прожевал он кусок мяса и продолжил, — Ночью прижималась ко мне и стонала.
Она испуганно посмотрела на него:
— И больше ничего?
— А что еще? — удивился Алексей, утирая ладонью рот, — Что с тобой происходит?
— Ничего, — еле слышно сказала Вера и отвернулась, — можно я не пойду завтра на разведку? Надо мне повозиться с глиной. Хочу кое-что полепить. Да и черепицу вынуть и остудить. Ты сегодня пойдешь туда или ну его? Чего таскаемся? Всё равно ничего нет, только время изводим.
— Как скажешь, — пожал он плечами, — Мне надо проверить силки и хочу пройти еще дальше по острову.
Так и решили действовать: Вера пошла к берегу копать глину, прихватив корзину и топор, а Алексей ушел в лес.
Прошло три дня, и они больше не заговаривали на тему колодца.
  
Г л а в а 9
 
Не выходил из головы девушки тот таинственный незнакомец и колодец.
— Куда же он пропал? — теснилась в голове мысль, которая всё Явнее становилась реальностью, — И не могла же я тАк спать и такОе ощущать. Всё было. Уверена. И убежал он в тот колодец. Надо бы как-нибудь тайком смотаться туда и последить более внимательно.
Она, наконец, выбрала время, когда Алексей сказал, что решился сходить в самый дальний конец их полуострова, который еще не был им изучен. Она собрала ему в дорогу поесть, а сама тут же отправилась к колодцу, уговаривая себя, что посидит немного, а по ходу насобирает малину, кусты которой заприметила ещё ранее. Она и хотела его увидеть и боялась, думая, что это был только сон.
— А хотелось ли мне вновь испытать то же самое? — думала она, краснея от собственных мыслей, — Очччень! — отвечала сама себе, — И еще его властный рот, прохладную кожу и ласковые умелые пальцы.
По позвоночнику от таких мыслей пробежал легкий озноб, и она повела плечами. Ускорилась и уже была около колодца. Обойдя вокруг и заглянув на дно, присела и прислушалась. Было тихо, только шуршали камешки под её подошвами.
— Эй! — крикнула она в колодец, — Ты там?
Прислушалась и только глухое эхо откликнулось:
— …ты…там?
— Я здесь! — вновь крикнула она, — Выходи и покажись!
— …ди…жись…
Услышала Вера и этот отзвук. Посидела немного и прошла к кустам на то место, где сидела ранее. Легла на живот и начала слежку. Прошло время, солнце уже было высоко и стало жарить нещадно. Она прикрепила на голову лопух, смоченный водой и, умывшись, выпила пару глотков. Потом утерлась тем же листом и села, обмахиваясь им же.
— И чего сижу? — сказала она вслух, — Видимо это был всё же сон.
 
— Нет, — прошелестело за спиной, и она резко развернулась.
Перед ней возвышался торс мужчины… со змеиным хвостом вместо ног! Он пристально смотрел на неё и улыбался. Его тонкий раздвоенный язык колебался впереди, слегка касаясь красивых губ. Руки он сложил на мускулистой груди, и «сидел» на свернутым вдвое кольце из толстого, темного с серым узором хвосте.
Вера сидела, открыв рот, и не могла оторвать глаз.
— Ты Змей-Искуситель? — пробормотала она, со страхом глядя в его желтые с вертикальными зрачками глаза.
— Ха-ха-ха! — засмеялся тот бархатным голосом, слегка закидывая голову, — Меня еще никто так не называл! Нет, — улыбнулся он, успокоившись, — Я царь нагов. Меня зовут Огайо. Я увидел тебя еще тогда, когда ты появилась здесь из зеленого облака, и понял, что попала в мое царство очень красивая девушка. А потом заметил еще одно и оно мне не понравилось. Там был твой напарник. Я долго наблюдал за вами и решил всё же показаться тебе и спросить, так уж ты желаешь продолжать свое жалкое существование здесь. Или всё же уйдешь со мной и изведаешь настоящую страсть и блаженство в моем царстве.
Он смотрел на неё и протягивал руки:
— Иди же ко мне, красивейшая из смертных. Я унесу тебя в прекрасную страну нагов и ты будешь царствовать здесь и сейчас.
Она вначале испугалась его жеста, а потом, приглядевшись, почувствовала, что её тянет к нему, хотя мысли путаются и трезвая, одна из них, требует остановиться и бежать обратно. Но она была одна, а все остальные шептали:
— Идииии….он сделает для тебя сказку….он приласкает и поцелует….потом ты испытаешь такое, о чем не смела и мечтать….скореееее….
Вера поднялась и сделала шаг, потом другой и третий. Руки нага коснулись её плеч, потом спустились на талию и тут она почувствовала, как они подхватили её, подбросили и, перекинув через плечо, быстро скользнули по земле и ухнули вниз. Она от неожиданности даже не успела и испугаться, как оказалась на дне этого колодца. Тут было прохладно и едва видно. Наг опустил её на ноги и поставил перед собой спиной к своему торсу:
— Смотри, любимая, — прошипел он над ухом, — я открываю тебе дверь в мое царство.
Он прижал её одной рукой, а другу вытянул вперед и прошуршал:
— Шшшшрикоешшшш…шпурушшшш…дашшшш!
С пальцев его сорвалось зеленое сияние, которое превратилось в шарик. Он вошел в каменную стенку, как будто чем-то пробил её. Открылось небольшое окно в зеленой окантовке, которое с шипением расширялось и вскоре превратилось в большую дверь. Щелкнув пальцами, он подтолкнул ко входу Веру.
— Проходи и будь, как дома, моя царица.
Она шагнула, не глядя, и тут же закружилась голова и она стала падать в темноту.
Очнулась на широком и мягком ложе. Открыв глаза, увидела лежащего рядом с ней нага. Положив голову на ладонь согнутой в локте руки, он смотрел на неё и улыбался:
— Как ты себя чувствуешшшь, радость моя?
— Где мы? — был первый её вопрос и она начала оглядываться, и попыталась присесть.
Наг сполз на большой ковер, лежащий возле низкой тахты, на котором теперь сидела она, и засмеялся:
— Ты уже у меня, дорогая, в моей ссспальне. Теперь это и твое место. Здесь ты будешшшь всегда ждать меня и здесь тебе готовы служжжить все, кто еще живет в моем царстве.
Он сказал это с такой улыбкой, что сердце Веры сжалось от какого-то предчувствия. Оно еще не созрело, но уже родилось где-то в самой глубине сердца.
— Всё будет для тебя, только пожжжелай, — прошептал наг, заглядывая ей в лицо и целуя руки, — а сейчассс пока осматривайся и принимай помощь своих ссслужанок.
Он выпрямился и резко хлопнул в ладоши. Тотчас открылись двери и в комнату влетели, скорее, вползли три нагини. Вера смотрела на это представление и всё еще не понимала, где она и не сон ли это. Огайо поцеловал еще раз её руку и что-то прошипел этим змеюкам. Те пали ниц и спрятали голову, прикрыв их ладонями.