По мирам (СИ)
поначалу завораживающе плавные, медленные постепенно ускоряются, воздух поет, обтекая
хищное стальное тело меча… Красиво. Страшно.
Женя терпеливо ждала, пока он закончит. Лошадка, пользуясь случаем, собирала губами
метелки жесткой степной травы. Завершающий аккорд: меч вжикнул последний раз, срезал,
походя невзрачный цветок на высоком тонком стебле… Игорь подобрал с земли рубаху и
любовно обтер лезвие. С тихим шелестом, подобным вздоху усталого, но довольного своим
трудом человека, меч скользнул в ножны.
– Здорово! – Женя тронула лошадку пятками, подъехала ближе. – Научи меня так.
– Зачем? – Он, казалось, не удивился ни внезапности появления, ни ее просьбе.
– Я ведь должна буду как-то себя защищать в Дороге.
– Этой физкультурой? – Игорь закинул рубаху на мокрое плечо, неспешно двинулся к
лагерю.
– Ты же классно дерешься на мечах!
– Преувеличиваешь, – он небрежно пожал плечами. – Даже если мне и удается
отмахиваться от противника, то исключительно благодаря удачливости. Меня никто этому не
учил… А может и учил. Беда в том, что я ничегошеньки об этом не помню. Потому и научить
тебя ничему не смогу…
– Как не помнишь?! Ты же дрался тогда с Бен Джиновскими головорезами?!
– В таких случаях я просто делаю первое, что приходит в голову. Иногда получается
очень даже неплохо…
– А почему не помнишь? Странная какая-то амнезия, избирательная…
– Знаешь, я с уверенностью могу сказать лишь то, что меня зовут Игорь Станиславович
Зверев. Кто я, откуда и сколько мне лет, я не помню. – Он устало вздохнул. – Странная история,
согласен. Только помню я себя с того момента, как очнулся фиг знает где после горячки.
Вокруг чужая земля и язык незнакомый. Добрые люди выходили. Так с тех пор и шатаюсь по
свету. Иногда всплывает в памяти что-то этакое…
– А гипноз не пробовал?
– Ой, чего я только не пробовал, включая жеваные кактусы к вискам. Не помогает. Маг,
ну тот, на которого я работал, тоже пытался помочь. Ничего у него не получилось. Глухо, как в
танке. Словно не было никогда у меня прошлого…
Сколько всего может скрыть напускная дурашливость. Женя была убеждена на все сто
процентов, что Игорь обычный оболтус из какого-нибудь высокотехнологического мира,
которому просто адреналинчик захотелось по венам погонять. Весь этот антураж: косички, меч,
прикид а-ля Чингачгук Большой Змей – просто дань моде. Оказалось – трагедия. Впрочем, по
нему не скажешь. Вон, катается в пыли с ребятишками. Безмятежен и счастлив, как никогда…
В это утро их решил покинуть Максик. И то сказать, подрос он до размеров небольшой
лошадки. Даже ко всему привычные Проводники от него шарахались. А в это утро он впервые
проигнорировал зов обожаемого хозяина. Стоял чуть в стороне от шатров пристально смотрел
на Игоря и виновато махал хвостом. Потом развернулся и, не слушая окриков, потрусил в
сторону горной гряды…
Игорь расстроился не на шутку.
– Да что же это такое? – растерянно повторял он. – Женя, ну чего ему не хватало?!
Кормили, поили, гладили…
– Вэй, сынок-джан! – Алия всегда знала, какой из ее детей больше всего нуждается в
материнском сочувствии. – Мы тебе новую собачку найдем. Какую хочешь.
– Это была не просто собака! – Подняла Женя вверх указательный палец. – Это была
Гончая. Теперь эльфы до Игорька в два счета доберутся…Упс.
–Женя…– Взгляд Игоря источал арктический холод.
– Какие эльфы? – живо отреагировала Алия. – Почему доберутся? Зачем доберутся?
– Ммм…– Женя и хотела бы виновато замерзнуть под убийственным взглядом верзилы.
Или на худой конец язык проглотить, но у нее не получилось. – Ваши родственники новые…-
пробормотала она. – Со стороны невестки… или вы не знали?
– Вэй, Игорь-джан, – враз построжела Алия. – Так что это за история с новыми
родственниками?
– О чем шумим? – из шатра вышел Отец.
– У Игоря собачка убежала, – Женя и в мыслях не имела подлизываться, просто накал
страстей необходимо было сбить. Хотя бы на полградуса…– Он расстроился немножко. И чего,
спрашивается? Собака ведь, не кошка…
– Рано или поздно это должно было произойти, – улыбнулся Отец в красивую седую
бородку. – Гончую не привяжешь, сынок. У горцев Нандара есть легенда, что Гончие
подбрасывают своих щенков хорошим людям. Щенки беспомощны, летать не умеют, а чтобы
расти им нужно человеческое тепло. Тепло души и тела… Ты вырастил Гончую, сынок. Теперь
тебя на Пути ждет удача.
– Хотелось бы просто вернуть Макса, – тоскливо вздохнул Игорь и побрел в Степь.
– Стой! Ты куда?! – Женя метнулась было следом, но ее остановил жест Отца.
– Оставь, девочка. Пусть побудет один…
Сегодня торжественный день. Даже солнце светит по-особому. Суета у шатров
утроилась. Проводники надевают самые нарядные свои костюмы. Принесли баранью шкуру,
увешанную золотыми цацками. Рахш-э-Барш, кажется… Ну, началось.
Дети бежали впереди. На их головах были венки из неярких степных цветов. Следом
крепкие парни несли шкуру. Потом степенно шли старейшины во главе с Отцом. Остальные
Проводники растянулись пестрой гомонящей толпой. Все были босиком. Женя тоже. Теплая
прогретая солнцем пыль струилась между пальцев ног. Даже не пыль, просто мелкий песочек.
Тропа вела на гору. Стоящая чуть в стороне от более высоких своих собратьев, эта гора имела
правильную округлую форму. Каменистые склоны покрывала нежная трава. На вершине не
было снега. Зато ночевало огромное рыхлое белое облако, похожее на ком сладкой ваты, или
груду ванильного мороженого.
Женя с восторгом представила, как процессия окунется в прохладу облачной массы, и
облизнулась в предвкушении. Рядом появился Игорь. Он немного запоздал. Алия устроила ему
настоящую трепку, пытаясь облачить в подобающие по рангу белоснежные одежды.
Многочисленные жены и дети Отца на пестром фоне прочих сограждан смотрелись стаей
белых лебедей на птичьем дворе. Все в белом. Даже мелкота, не доросшая до того, чтобы
самостоятельно пустится в такой далекий путь и смирно восседающая на плечах отцов и
старших братьев. А у Отца большая семья. Удивленно отметила Женя. Почти треть
собравшихся носили белое. Жен и детей патриарха хватило бы на то, чтобы основать
небольшой поселок.
Игорь в белом смотрелся наследным принцем. Его кошмарные патлы, отмытые и
старательно причесанные Алией, расплавленным золотом лились на плечи. Мрачность
физиономии несколько портила общее ангельское впечатление.
– Кошмар! Выгляжу форменным идиотом, – поделился он с Женей. Шепотом. После
того, как удостоверился, что Алия ушла поближе к Лейво, на котором ехала ее дочурка.
– Не переживай, не один ты. Смотри сколько народу. Хоть рекламу «Тайда» снимай! Вы
еще не в белом?! Тогда мы идем к вам!
– Вот, держи… – Верзила сунул Жене в руку изящный золотой браслет в виде змейки с
изумрудными глазками. – Это мой подарок. Сразу не надевай. Вообще-то эта штука парная. Вот
еще… – Вторая змейка глаза имела рубиновые, а в остальном была похожа на товарку, как две
капли воды. – Тонкая работа, думаю эльфийская. Поэтому и надевать не советую.
– Хороший подарок, – съязвила Женя. – Вернусь домой, прибью на стенку над
кроватью…
– Глупости, – отмахнулся Проводник. – Ты не дослушала. Там, наверху, – он кивнул
головой на возвышавшуюся прямо над ними вершину, – словом, красноглазую змею бросишь
туда. Вторая, таким образом очистится и можно будет смело носить.
– Ты веришь в суеверия?! – фыркнула Женя.
– Пошатайся по Дороге с мое, на каждый чих креститься начнешь, – огрызнулся он.