Колония лжи

  
25
 
КАЙ
 
Полицейские повсюду, и они идут к реке. Неужели Фрейю уже схватили?
Кажется, нет. Они сосредоточены и внимательны, как будто преследуют кого-то, а не расслаблены и болтливы, как бывает, когда задача решена и кто-то уже пойман.
Внизу, у самой воды, вспыхивает свет.
— Стой и руки вверх! — кричит кто-то.
Есть и другие, темные, молчаливые фигуры — похоже, они не с полицией? — бесшумно скользящие вниз по склону.
  
Ночь разрывает громкий выстрел.
Секундой позже с пирса срывается и устремляется прямиком ко мне девушка. В неярком свете мерцают светлые волосы. Она хватает меня за руку.
— Кай?
— Фрейя?
— Бежим!
Мы мчимся по дороге.
— Сюда! — выдыхает она. — Сюда!
Мы протискиваемся между машинами, огибаем грузовики, прячемся и снова вырываемся на дорогу, чудом ускользая от полицейских, которыми, кажется, кишит район.
В кого стреляли? Кто стрелял?
На разговоры не хватает ни воздуха, ни сил. Бежать. Только бежать.
  
26
 
КЕЛЛИ
 
За спиной остались километры, когда они перешли наконец на шаг. Глухие закоулки вдалеке от реки, где все началось. Тишина.
Кай и Фрейя сворачивают на кладбище, находят скамейку и садятся. Я говорю Фрейе, что постою на страже, и закрываю свои мысли.
Прошлой ночью мне поневоле пришлось приблизиться к людям, чтобы помочь сначала Фрейе, а потом ей и Каю. День-другой, и оно появится в Лондоне, а значит, нам нужно уходить.
Они сидят рядом, молчат, смотрят туда, где из-за горизонта встает солнце. Так устали, что даже не могут говорить?
Первой молчание нарушает Фрейя.
— И что теперь?
— Хороший вопрос. Может, вернемся к началу? Меня зовут Кай.
— Привет, Кай. Я Фрейя. Рада с тобой познакомиться. — Она протягивают руку, и они здороваются, как будто на приеме в саду. — С твоей сестрой, Келли, я познакомилась раньше.
— Можешь рассказать, что случилось перед тем, как мы побежали? Кто-то в кого-то выстрелил, но кто?
— Не я. У меня нет оружия. Келли нашла меня на пирсе, и мы успешно уходили от полиции, не применяя ни огнестрельное оружие, ни какие-либо другие смертоносные средства.
— А потом?
— А потом в конце пирса появился еще один полицейский, которого мы не заметили.
Очень жаль.
— Келли извиняется, но она сама была занята, потому что следила за другими. — Фрейя переводит дух, сглатывает. — Меня схватили, и я ничего не могла сделать. Но потом прямо перед нами кто-то выстрелил в полицейского.
В ее словах и на лице ужас, но если бы не тот выстрел, мне пришлось бы сжечь полицейского, что напугало бы Фрейю еще сильнее. Эту мысль и образ — объятого пламенем, кричащего от боли человека — я стараюсь спрятать как можно глубже, чтобы Фрейя ничего не заметила, но она все равно не следит за моим состоянием, все ее внимание занято Каем.
— Но кто же все-таки выстрелил? — спрашивает он.
— Мы не знаем, кто они и зачем это сделали, но Келли сказала, что за пирсом прятались двое неизвестных в темных одеждах и что именно женщина поднялась и выстрелила в полицейского.
— Как они выглядели? Это были военные?
Нет, у него были длинные волосы, и она тоже была не из таких.
Фрейя передает мои слова Каю.
— Я, конечно, рада, что не попалась, но это… — Она морщится и качает головой. — Кто же это мог быть?
— Я видел, как несколько человек спускались по откосу; должно быть, кто-то из них и выстрелил. — В своего они бы стрелять не стали, а значит, к полиции отношения не имеют. На военных, если верить Келли, тоже не похожи. И полицейского убили только для того, чтобы ты смогла сбежать.
Ну, нет.
— Что ты говоришь? — хмурится Фрейя.
Они тоже пытались преследовать тебя, когда ты убегала, но отдельно от полиции. А еще они, кажется, следили за полицейскими и избегали встречи с ними.
Фрейя повторяет мои слова и качает головой.
— Если бы не они, я не смогла бы убежать. Но почему та женщина помогла мне? Что им нужно? Даже если она просто хотела спасти меня, я не хочу быть заодно с теми, кто вот так вот убивает людей.
Нам надо поскорее выбираться из Лондона. Тебя ищут, и все, наверное, думают, что это ты застрелила полицейского.
Фрейя передает Каю мои слова и хмурится.
— Нам надо поскорее выбираться из Лондона?
— Что значит нам? — Она поворачивается к моему брату: — Келли рассказала мне кое-что, объяснила, почему ты искал меня, но теперь я хочу услышать это от тебя.
— Для начала я хочу поблагодарить тебя.
— За что?
— Ты доказала то, на что я не смел и надеяться. Выжившие — не носители.
— Так ты мне веришь?
— Конечно. Не каждый способен видеть и слышать Келли. Значит, ты выжившая. Ты ходишь по Лондону, но эпидемия не началась. Здесь никто не заболел.
Фрейя смахивает слезы.
— Теперь нам нужно убедить в этом остальной мир.
— Это задача номер один.
— Даже важнее, чем найти твою подругу?
Кай медлит с ответом.
— Спасем сначала мир, а девушку потом, — отвечает он видоизмененной цитатой [1], и я не сомневаюсь, что так оно и будет. Может быть, Кай говорит так, потому что понимает: иначе Шэй никогда не будет в безопасности. Но я готова держать пари, что будь Шэй здесь, рядом, он спас бы ее, даже пожертвовав миром. — Ты говорила, что собираешься уехать из города. У тебя были какие-то планы?
Фрейя вздыхает.
— Со мной вышла на связь группа выживших, и они хотели, чтобы я присоединилась к ним. Но я, сказать по правде, не уверена, что сама хочу этого.
— Почему?
— По-моему, они сами толком не знают, что намерены делать. Просто прятаться? Или попытаются что-то предпринять, докопаться до правды о выживших? Говорят они путано, а на деле только скрываются от властей.
Она пожимает плечами, и я чувствую за ее словами беспокойство и неприязнь. Ей не нравится сама мысль быть частью группы, которая решает, что все они должны делать. Она привыкла сама принимать решения.
Верно, кивает Фрейя, перехватывая мою мысль.
— Может, нам стоит посмотреть на них, — говорит Кай. — Может, кому-то нужно подсказать им, что делать.
— Предлагаешь себя?
— Я? Ха! Ну, нет. Я думал о тебе. Что-то мне подсказывает, что командовать ты умеешь.
Она фыркает.
— Только когда люди не делают то, что дóлжно.
— А по-моему, смысл есть. Найдем их, посмотрим, что они за люди, какие у них цели, и, может быть, сумеем помочь друг другу. Или у тебя другие планы?
Фрейя качает головой.
— Пожалуй, нет. Меня ты не убедил, но, наверное, прав: нам надо взглянуть на них.
— Нам?
— Да, нам. Но только на этот раз. Есть, правда, одна проблема. Я обещала, что никому не скажу, где их искать. И что нам с этим делать?
— А не показывать обещала?
— Вроде бы нет. — Тем не менее ей не по себе. Она же никому не должна была рассказывать о группе.
Молчи, мысленно бросает мне Фрейя.
— Значит, ты можешь отвести меня к ним. Договорились? — Кай протягивает руку, но есть кое-кто еще, о ком эти двое позабыли, и мне уже надоело, что меня никто не желает слушать.
Минуточку. Я тоже кое-чего хочу.
Фрейя озвучивает мое заявление.
— И чего же ты хочешь, Келли? — спрашивает Кай.
Первый, тот, кто все это начал. Мы должны найти его.
Фрейя повторяет за мной и хмурится.
— Не понимаю. Кто такой Первый?
— Врач, на котором лежит ответственность за эпидемию, — объясняет Кай. — Возбудитель создали в лаборатории, и он распространился оттуда.
Фрейя в шоке.
— Что? Ты серьезно?
  
— Боюсь, что да. — Кай рассказывает ей о Шетлендах, о случившемся в подземной лаборатории, о том, что произошло со мной.
— Так Келли хочет найти этого Первого? И что потом? Что вы с ним сделаете, если найдете?