Приграничное владение 4 (СИ)
— Вы чего, думаете мы ваш коньяк выпьем и убежим? — рассмеялся Макаров.
— Указание руководства, — пожала она плечиком и вновь оценивающе посмотрела на друзей.
— Да без проблем, — положил Саша ей на разнос две тысячных бумажки, а когда она ушла, — прошептал: — Хрен тебе, а не чаевые! Такая симпатичная и такая стерва, ну надо же! Ладно, забудем про нее, давай, братан, за нас и за встречу! — Макаров скрутил крышку и разлил коньяк по стопкам. — Я же, Волоха, реально рад тебя видеть!
Саша закусил и сразу налил еще по одной, потом посмотрел на отекшее лицо бывшего товарища, на черные круги и мешки под глазами и вздохнул:
— Что ж ты, Вован, так сдал-то, ведь реально терминатор был. Самый здоровый в роте, гири двухпудовые как мячики подкидывал. У тебя рост какой, под два метра, а стоял ссутулился, думал не ты даже по-началу. Бухаешь, поди у себя в деревне? Ты же меня на несколько лет младше, а выглядишь, словно старик.
— Да не то, чтобы сильно, — мотнул головой его друг, — бывает конечно, хлопну самогонки. Хреново мне, Сань. Что-то совсем со здоровьем хреново. Легкие болят, закашливаться начинаю, в поликлинику прихожу, так у них один ответ — а что вы хотите, у вас же астма! Зимой от холодного воздуха вообще тяжко и задыхаться начинаю, ну и побаливают. Когда еще в городе прописан был, пришел к врачу, говорю дайте направление к пульмонологу. Без анализа спирографии, говорят нельзя. Анализ платный, заплатил косарь, а там полной грудью надо вдохнуть и медленно выдыхать и так несколько раз. А какое мне? Я закашливаюсь сразу. Деньги взяли, а сами написали, что анализ не достоверен. Ну пришел с этой писулькой, поскандалил у участковой получил все же направление к пульмонологу. Обрадовался. А толку? Звонил туда месяца три, а там говорят мест нет, все расписано вперед на полгода.
— Бред какой! Вообще издевательство! — поморщился Саша. — Ну и чего, так ничего и не добился?
— К специалисту так и не попал, — махнул Вован рукой, — зато если холодного воздуха хапну, сразу воспаление в легких начинается. Пятый год подряд, зимой воспаление схватываю и потом антибиотики только спасают. Тут пару месяцев назад, по холодам еще, как давай кровью кашлять. Реально, Сань, испугался, думал тубик еще где поймал. Думал все, Вовка, тоже одбегался! А потом почитал в нете, что бывает такое когда легкие больные и воспаление какое. Вроде прошло. — Владимир прервал свой монолог и помолчал несколько секунд, — Ты извини, что за столом про такое… в общем сам спросил про мое здоровье, я и ответил. И ты не подумай, что плачусь или на жизнь жалуюсь, сам понимаю — так карта легла. Не протяну долго, да и хрен с ним, — махнул он рукой, — не я первый, не я последний!
— Да ты погоди, себя хоронить! Что за мрачные мысли? Нормально все будет, Волоха, не случайно же встретил тебя. Помогу тебе и деньгами и болезнь твою вылечить попробуем. Не грусти! Давай, еще по одной и скоро должны горячее принести, — глянул он на свои часы. — Сказала двадцать минут, так уже прошло.
— Модные у тебя часы, брат, — кивнул на его Омегу Владимир. — Как у самого-то дела обстоят, жена, дети?
— Часы хорошие, швейцарские, будешь со мной работать и тебе такие хоть завтра купим. А семьи нет, — помотал он головой, — пока тоже не женился и детей нет. Серый, зато женился во второй раз и дочка от первого брака уже в школу в этом году пойдет. Помнишь же Сергея Дубровина? Мы вместе работаем.
— А чего делаете-то? — заинтересовался Колесников. — Торгуете чем или производство?
— Вова, в двух словах все не расскажешь и торгуем и производство и в строительство вложились. Серега он здесь, в городе, а я в другой стране и живу и работаю, но можно сказать бизнес совместный.
— То-то я смотрю загорелый и бородку отпустил как латинос какой, — усмехнулся Владимир. — А про работу не шутишь, правда что-то можешь предложить?
— Все, все могу тебе предложить! — посмотрел ему в глаза Саша. — И здоровье, и деньги, и положение в обществе и проживание в теплой стране на берегу моря.
— Ой, да ладно, — покачал головой Владимир, — вроде выпили полбутылки, а уже пьяный треп и обещания золотых гор пошли.
— Нет, Вован, я же тебя как облупленного знаю, а мне как раз человек нужен кому доверять смогу, кто не кинет и не подставит. Понимаешь? Будешь мне помогать, все хорошо будет. Ну, а что тебя здесь держит? Дом продать можно, или никто в вашей деревне не купит?
— Да почему не купит? — пожал плечами Володя, принимая горячее от беловолосой официантки, которая теперь даже пыталась улыбаться доказавшим свою платежеспособность клиентам. — Дядя Илья — сосед мой, для сына выкупить хотел. У него сын по контракту два года на севере водилой самосвала пашет, говорит как раз себе на дом зарабатывает. Но, сейчас я там живу.
— Ну вот, — снова разлил еще по одной Макаров, — поедешь со мной, увидишь все сам своими глазами и продашь дом. В крайнем случае, если хочешь перестраховаться, я тебе до однокомнатной в городе добью. Можешь ее даже сдать кому на долгий срок, а сам будешь мне помогать. Поедешь?
— Блин, Сань, ты серьезно, что ли? Да у меня даже загранпаспорта нет, какая заграница? Обдумать все нужно, да и чем заниматься, ты так и не сказал!
Саша хотел ответить, но у друга зазвонил сотовый, тоже старая кнопочная модель.
Владимир посмотрел на экран и поморщился, но все же ответил на вызов.
— Да! А чего перетерать-то, ты мне деньги отдать готов? Чего ты лепишь, совсем совесть потерял? Я не дома сейчас, в городе. Буду… ну к двум часам точно приеду. В гараже? О, кей, подойду и поговорим. — дал Володя отбой. — Уроды, легки на помине!
— Что там у тебя, проблемы?
— Я тебе, Сань, про друзей детства говорил, которые с деньгами меня подставили, так вот звонил. Старший, Борюсик. Совсем оборзел, ты говорит меня в должники определил, а сам кто по жизни? Совсем и страх и совесть потеряли.
— Да ты расскажи все по порядку? — попросил друга Александр.
— На соседней улице, живут два брата. С младшим, Олежей, мы в один класс ходили, да и со старшим приятельствовали всегда. В девяностые они уже мутили чего-то, ну в общем я не вдавался в подробности. А когда я из армии вернулся и уже во ФСИНе работал, пришел ко мне старший — Борюсик и деньги попросил. Мол, попал в нехорошую ситуацию, просил выручить.
— И ты ему денег дал? — криво усмехнулся Макаров.
«Хотя, чего я ерничаю, ко мне бы если бы кто из приятелей пришел, я ведь тоже бы дал? Ну когда есть, почему не помочь человеку?»
— Я тогда на машину копил, да и получал неплохо. Было три тысячи баксов, все отдал. — вздохнул и задумчиво покивал Володя. — Потом Борюсик уселся, я думаю ему деньги как раз для этого и нужны были. Вроде треху отмотал или чуть больше. Вышел год назад, а через несколько месяцев у меня мать умерла. Какие были еще накопления, все на лекарства, да на лечение ушли. Я тогда с ним встретился, денег попросил, хоть часть — нету, говорит. Ну че, поскрипел зубами и у соседей занял на похороны, мало ли думаю, человек несколько месяцев назад из тюрьмы вышел, может и правда гол как сокол? А он через месяц-полтора себе джипа купил, не нового конечно но все равно задело это меня сильно. Хотел в глаза все высказать, да не застал, жена его сказала, что работает где-то вахтой, то ли две недели, то ли месяц. Ну еще пару раз наведывался — говорит нету его. Хотя может просто разговаривать не хотел. Позвонил и по телефону ему все высказал. А сейчас, он мне сам перезванивает, встретиться готов. Переговорить.
— Что-то мне, вся эта ситуация, братан, не нравится, — Саша задумался на некоторое время, — если жулье по жизни, то хорошего не жди. Кинули тебя на деньги, хотели бы отдать, так сразу бы отдавали. Сколько уже времени прошло?
— Как деньги занял? Да больше четырех лет уже прошло.
— Фью! — присвистнул Саша. — И реально думаешь, что отдаст, хоть часть?
— Да обидно, — стукнул себя кулаком в грудь Колесников, — ведь, когда деньги ему одолжил, пел совсем по другому. Мол, Володя, ты один мне другом оказался! Да я такого, в жизнь не забуду! А сейчас — ты кто по жизни? Еще и братец его, подпевала, ходит посмеивается. Вот как так, когда в органах служил так слово сказать боялись, а теперь пальцы веером? Пусть в глаза мне скажет, что на бабло кинул, хоть пару раз да по морде попаду, мало не покажется!