Приграничное владение 4 (СИ)

Но, как назло затеряться в людском потоке не получилось, народа было не так много и скосив глаза, он увидел, как через дорогу перебегает молодой, коротко стриженный мужчина в темном коротком пальто и кожаной сумкой-портфелем в руке.
«Макаров, что ли? Давно не виделись, наверное лет пять точно. Хотя нет, больше — лет семь точно его не видел.»
Узнал он своего армейского командира. Александр Макаров, был старше его на несколько лет. Сам Владимир был простым солдатом, а Макаров уже служил по контракту. Даже виделись пару раз на встречах сослуживцев, но это уже потом, когда Макарова самого комиссовали по ранению и он работал где-то в охране, вроде даже начальником, а сам парень аттестовался во Фсин. Получил погоны младшего лейтенанта и стал работать в районной инспекции, ведя личные дела, проводя беседы, посещая с проверками по месту жительства получивших условный срок и стоявших на учете граждан.
Владимир отошел к краю тротуара, чтобы не мешать другим пешеходам и развернулся к приближающемуся приятелю. Тот шел легкими пружинящими шагами, широко улыбаясь, ровной белозубой улыбкой. Отчего Владимиру стало еще больше не по себе, слишком он чувствовал контраст. Довольного жизнью и успешного мужчины, с открытой улыбкой и бронзовым загаром и собой, болезным неудачником. Он снова глянул на легкую походку и улыбку приятеля и тяжело вздохнул.
«Вот, угораздило же встретить. Ну ладно, пообщаюсь, не убегать же!»
Но, что-то цепляло его взгляд, что-то было не так.
«Погоди, Макаров же после ранения с тросточкой ходил прихрамывая? А сейчас вон как скачет и на вид будто десять лет скинул. А это он вообще, может обознался кто?»
  
Глава 8
 
— Здорово, братка! — хлопал Макаров по плечу своего бывшего сослуживца. — Ты чего, смурной такой? Может пойдем посидим где, кофейку попьем или чего покрепче? — предложил Саша. 
Владимир мотнул головой и хотел отказаться, но в это время в животе предательски громко заурчало.
Макаров засмеялся, — Голодный? Ну так, я тоже несколько часов назад чашку кофе выпил и на электричке в город, по делам рванул.
— Ну так ты по делам, а я уже все, вот в сторону вокзала шел, домой собрался.
— Так и я уже все, отстрелялся. А ты снова в деревне, что ли? Вроде перебирался в город, когда тут работал?
Владимир пожал плечами. — У девушки жил, теперь снова в деревню перебрался.
— А как служба? В каких званиях хоть? — не отставал от него Макаров и потянул куда-то в сторону от дороги на вокзал.
— Да какая служба! — махнул Владимир рукой, — не продлили контракт. Со здоровьем у меня не очень — астма.
— Вот те на! — нахмурился Саша. — Как так-то, ты же гири на соревнованиях тягал, за нашу роту выступал и даже места призовые всегда брал?
— Ну так получилось, — не стал вдаваться в подробности Владимир. — Ты меня куда тащишь-то? Сань, ну какое кафе, домой мне надо ехать. И вообще…
— Да брось ты, Колесников! — повысил голос Саша. — Вижу же, что хреново тебе. Что совсем в жизни швах? А про деньги не парься, у меня есть, я тебя приглашаю. Ну не ерепенься, уважь старого друга. А я реально, рад тебя видеть!
Кафе находилось недалеко от ювелирной мастерской и располагалось в полуподвале четырехэтажной сталинки. То ли Марат тогда обмолвился, что здесь неплохо кормят, предлагая обмыть сделку, то ли директор мастерской, но почему-то запомнилось.
Зашторенные окна, приглушенный мягкий свет и большой аквариум с крупными треугольными рыбами. Ничего так, уютно. Прошли в самый угол, на угловой кожаный диван. В зал вышла молодая стройная девушка. Но дежурная улыбка блондинки с яркой помадой сошла на нет, когда она с ног до головы окинула взглядом Володю.
Ну да — старые потертые джинсы, куртка зашитая на плече, как минимум четырехдневная щетина и в довесок старый брезентовый рюкзак. Девушка поморщилась но промолчала, достав из кармашка блокнот и карандаш замерла в выжидательной позе.
— Здравствуйте, девушка! — первым поздоровался Макаров и растянул рот в улыбке. — Нам бы перекусить и закусить. Есть меню?
 
— Меню есть, но со своим спиртным нельзя! — сказала она продолжая смотреть на, казалось бы, зашедших сюда по ошибке мужчин.
— Зачем нам свое, а у вас разве не продают?
Фыркнула на его слова, но все же принесла меню и протянула его Макарову.
— Супов еще нет, к обеду будут готовы, выбирайте второе и салаты.
— Нам, что-нибудь мясное, вот хоть по эскалопу с гарниром. Наверное, пюре давайте и по салату с креветками. Ты ничего, креветки ешь? — спросил он у сослуживца, на что Вова просто кивнул. — Сок апельсиновый и закуску какую-нибудь. Есть?
— Есть набор закусок — грибочки, капустка, огурчики и помидорки черри маринованные, как раз на двоих хватит. А из спиртного что?
Саша несколько минут пролистывал винную карту, а потом спросил, — Вован, ты как насчет коньяку? Может вместо водки коньяк возьмем?
— Да мне поровну, — пожал тот плечами, — как сам решишь, я вообще, чисто символически, за встречу.
— У вас «Каспий» настоящий? — спросил он официантку.
— Не жаловались, — теперь девушка пожала плечами и добавила, чуть помолчав, — он дорогой, бутылка восемьсот рэ.
— Главное, чтобы не паленка, — подмигнул ей Саша, — вы нам, пожалуйста, в закрытой бутылке дайте. Мы сами откроем, хорошо? А, да! Тогда капусту и огурцы не надо, к коньячку лучше мясную нарезку.
— Сань, на хрена такой дорогой брать? — зашептал ему Колесников, когда блондинка удалилась на кухню. — Вообще можно было взять по пивку, да посидеть в сквере на лавочке. А то эта стервочка мне мою бывшую напомнила, вся блин из себя.
— Да брось ты, Вован! Вот еще, на обслугу внимание обращать, пусть смотрит, за посмотреть денег не берут. Сказал же — есть у меня деньги, чего корефана не могу угостить? А на лавочке посидеть, еще успеем. Ты давай, про себя рассказывай, что да как? Давно ведь не виделись.
— Да чего про меня. Сказал же — контракт кончился, а новый по здоровью не подписали. Военврач так и сказал, что даже за большую взятку тебя пропустить не можем. — развел он руками изображая председателя военной комиссии. — Вот уже третий год на вольных хлебах перебиваюсь. В магазине электрики поторговать успел и в охране поработать. Но потом, как в деревню перебрался, так надомной работой занимаюсь, — потряс он рюкзаком.
— А невеста? Ты же вроде с девушкой жил и планы были?
— Ага, жил, — кивнул Колесников, — только когда офицером был и то денег не хватало, а потом вообще только и скандалила, что стала больше меня зарабатывать. Ну и разбежались в итоге. В магазине-то я месяцев восемь продержался, а потом сам магазин сдулся, да и последние два месяца вообще зарплату не давали, все завтраками кормили. В охране тоже не ахти — график сутки-двое, полторы за смену, но форму за свои купи и за ежегодную медкомиссию с обучением — свои выложи. А из деревни постоянно ездить, так весомую часть зарплаты прокатаю, вот и ушел. Слушай, Сань, а ты ведь сам с палочкой ходил после ранения?
— Вылечил ногу, когда возможности есть, уже легче, — расплывчато ответил Макаров. — Значит, говоришь, со своей разбежались и теперь опять в деревне с мамкой?
— Умерла мать, — мотнул головой его товарищ, — пять месяцев назад похоронил — рак. Сгорела за три месяца. Теперь куда дом бросишь, протапливать зимой надо, а летом огород. А если мои полдома продать, то все равно, даже на комнату в городе не хватит.
— Извини, я не знал, — прижал руку к груди Макаров, — соболезную тебе.
— Сань, да ты тут причем? Просто, мать похоронить, у соседей деньги занимал. Свои же друзья детства подставили, — погрустнел Володя.
— Ну-ка, поподробнее расскажи? — заинтересовался Макаров, — на деньги тебя швыранули? И много должны?
В это время принесли салаты, сок, нарезку и запечатанную бутылку коньяка.
— Второе минут через двадцать будет готово, — объявила им эффектная блонди, а потом снова оценив взглядом Владимира, положила на стол вырванный из блокнота листочек и заявила: — Сразу рассчитайтесь, пожалуйста!