Сладкое искушение (ЛП)

А затем перед глазами всплывает лицо Белиала и мне приходится напоминать себе, почему мы не можем быть вместе. Я с ужасом представляю, что Анна могла забыть меня. Я не обижусь, если она перестанет любить меня, но сам никогда не перестану любить ее.
Мой план держаться от нее как можно дальше рушится, когда Анна появляется в музыкальном магазинчике Атланты. Следовало догадаться, что Джей, узнав новости, тут же расскажет ей. В секунду, когда я ощущаю ее появление, мне приходится быстро возвести крепость вокруг своего сердца и запрятать свои эмоции в самом дальнем уголке. Но ее карие глаза, как и всегда, обходят все мои барьеры. И тут я замечаю, что она… изменилась. Короткая юбка демонстрирует сексуальные ножки. Взгляд больше не кричит о невинности. Только о страсти.
Внутри рождается такая привычная ярость. И эту ярость, вместе с сарказмом, я обрушиваю на Анну. Чем больше она демонстрирует свою любовь и отчаяние, тем сильнее я ее отталкиваю.
Мне все равно, убеждаю себя. Ей не следовало приходить. Она и сама должна это понимать. Зря она пришла.
Мы уходим и она видит, что я сажусь в автомобиль Мариссы. Сегодня нас ждет ужин с ней, никаких племянниц, слава Богу, но Анне не обязательно знать об этом. Ее взгляд полон боли, и это очередное напоминание, что меня любить ей нельзя.
Мы прокляты. И все мои попытки возвести стены от нее тщетны. Я возвращаюсь в Лос-Анджелес еще более опустошенным и сломленным.
Сегодня пятница и Анна Мэлоун подходит ко мне, держа руки перед собой. Ее аура одновременно нервная и нетерпеливая.
— Привет, Кай. Э-э, я тут приглашаю людей к себе, завтра вечером. Будет небольшая вечеринка… — Она кусает губу и округляет глаза. Она действительно очень привлекательная.
Я перебираю все возможные отмазки, но при этом понимаю, что остальные члены группы не поймут, если я не приду.
— Прости, но я в эти выходные уже договорился о встрече со старым другом в Санта-Барбаре.
— О! — Она улыбается, но ее аура темнеет от разочарования. — Ничего страшного. Повеселись там.
— Да, и ты тоже.
Теперь мне надо позвонить Блейку и предупредить его. Он уже не один месяц пытается зазвать меня к себе, но я не хотел, чтобы он узнал, что я не работаю. Ну что ж, сейчас или никогда.
— Чувак. Братюня. Компадре. Кончай дурить. — Мы с Блейком сидим возле бара под широким зонтом из соломы, посреди многолюдного пляжа, где я за последний час успел мягко отвергнуть трех девушек. Блейк смотрит на меня с недоумением. А я поглядываю на небо, выискивая шептунов.
— Не парься из-за этого, — говорю я.
Его взгляд опускается к моему бокалу с водой и возвращается к лицу.
— Еще как буду. Не стоит, мужик. Тебе ничего никому не надо доказывать.
— Надо, и много чего. Самому себе.
Он прикрывает глаза и качает головой. Я не жду от него понимания.
К нам направляется горячая блондинка, у нее километровые ноги и крошечные черные шортики. За ней идет свита намарафеченных красоток. Блейк ловит мой взгляд и поворачивается в ту сторону.
— Ах, привет, детка! — говорит он. Блондинка улыбается и, встав у него между ног, обвивает руками шею и целует его.
Она — девушка с обложки. Несколько мужчин поглядывают на Блейка с завистью.
— Как тут мой мужчинка? — спрашивает девушка, прижавшись ко лбу Блейка.
— Гораздо лучше, ведь ты пришла.
Она оборачивается ко мне и подмигивает, взмахнув своими длиннющими ресницами.
— Ой, да, — говорит Блейк. — Это мой старый друг — Кайден. А это моя девушка, Мишель, а это ее ДжейДружки: Джессика, Джейми и Джен.
Девушка? Очевидно не у одного меня есть секреты.
Мы пожимаем руки и я говорю:
— Приятно познакомиться, Мишель.
Ее глаза увеличиваются из-за моего акцента, а подружки делают шажок ближе, впившись в меня взглядами, их ауры вспыхивают красным. Я пожимаю руку каждой ДжейДружке и сажусь обратно.
— Эй, — говорит Блейк, так как Мишель слишком долго смотрит на меня. — Не смотри так на него. Он гей.
Я пытаюсь сдержать ухмылку.
— Ох, — говорит Мишель, глядя на меня уже иначе.
 
— Шучу, — произносит Блейк. — Он би. Иногда мы зажигаем вместе.
Она морщится, осознав, что он ее просто дразнит, а затем хлопает его по плечу. Ее подружки смеются и улыбаются мне.
— Погодите, — говорит подружка Джейми, уперев руку в бедро. — Так ты гей или не гей?
— Он станет для тебя тем, кем ты захочешь, — уверяет ее Блейк. — Натуралом, геем, би, да хоть трансом. Мой корешок все может. А еще ему нравится наблюдать. Так что, девчонки, можете прямо сейчас устроить ему шоу.
Я продолжаю невозмутимо наблюдать за происходящим, пока девушки смеются над шалостями Блейка и ударяют его своими сумочками.
— Девочки, какие планы на вечер? — спрашивает Блейк.
— Мы собирались сходить в кино, — говорит Мишель. — Хотите с нами?
— Не сегодня. Я прокачу Кая на своей яхте.
Лицо Мишель озаряется воодушевлением.
— Я тоже хочу!
— В смысле, мы поплывем удочки закидывать, — идет он на попятную. — Рыбачить.
— Фу, забудь. Развлекайтесь.
Блейк подмигивает мне. Они с Мишель снова целуются и вся эта свита уходит, по пути бросая в мою сторону недвусмысленные взгляды.
— У тебя девушка, — говорю я.
— А ты не работаешь, — отзывается он.
Мы оглядываемся, проверяя, не подслушивают ли нас, после чего Блейк закидывается стопками рома.
— Слушай, — говорит он. — Мне пришлось. Причем просто отношений мало. Надо сорвать для себя самую крутую партию. Трофейная жена и все такое.
— Дерьмово, — шепчу я.
— Ага. Никому ни слова.
— Конечно.
Мы снова осматриваемся, два параноика. Как же я мечтаю о возможности спокойно поговорить, не боясь того, что у стен есть уши. Я пью свою воду и обдумываю ситуацию.
— Нам надо изучить жесты, — говорю я.
— Ты про язык жестов? — Блейк фыркает. — Нас вычислят. Они поймут, что мы что-то скрываем от них.
— Черта с два. Будем общаться на нем, только убедившись, что они не увидят.
Он обдумывает и кивает.
— Да, ты прав. Я передам Джин, а она уже остальным. Надеюсь, он не сложный. У всех нас не так много свободного времени.
У меня много. А в последние дни особенно.
В итоге я задерживаюсь в Санта-Барбаре надолго — все, чтобы держаться подальше от другой Анны и помочь Блейку отдохнуть от Мишель. Раньше у меня никогда не было настоящего лучшего друга — того, с кем можно быть собой, настоящим. Да и наши отцы только рады, что мы "работаем" вместе, так что комбо вышло блестящим.
Много времени у нас ушло на изучение языка жестов и попытки говорить на нем друг с другом. К тому же пришлось перерыть весь интернет в поисках всех матерных слов. Блейк посвятил близняшек в нашу задумку и они тоже воодушевились. Теперь, когда они работают стюардессами, они часто бывают вдали от своего отца и могут безопасно практиковаться.
Ничто не предвещало беды, вплоть до одного осеннего дня, когда мне позвонила Марна.
— Алло? — кричит она. — Что это за шум?
— Музыка. — Я растягиваюсь на кровати, подперев голову рукой. На всю комнату звучит "Rage Against the Machine": Микрофон взрывается, круша стереотипы…
— Тебя ни черта не слышно!
При помощи пульта дистанционного управления я выключаю музыку.
— Серьезно, Кай. Ты так оглохнешь. — Она вздыхает, когда я ничего не отвечаю на это. — Ладно, ты один?
— Да. А ты?
— Со мной только Джин. Отец на севере.
У нее взволнованный голос, мне становится не по себе.
— Что-то случилось?
— Да так.
Я сажусь, но что бы там ни было, по телефону она не расскажет. У меня начинает колотиться сердце.
— Все живы-здоровы? — спрашиваю я.
 
— Да… просто у нас только что были гости. Думаю, ты и сам скоро все услышишь.
Гости. Ей до смерти хочется рассказать — я понимаю это по ее голосу.
— "А"? — спрашиваю.
— Мм-хм.
Что-то не так, и это касается Анны. Я вскакиваю на ноги и начинаю ходить по комнате.