Временная жена (ЛП)

— Да, вижу, — признается она, и этого достаточно для меня. Это все, о чем я могу просить.
Остальное я должен доказать ей сам. Я совсем не похож на Мигеля. У моей бабушки было много недостатков, но она позаботилась, чтобы мы не выросли избалованными и надменными. Мы все трудились ради того, что у нас есть, и это дало нам все необходимые навыки, чтобы справиться с чем угодно.
  
Валентина держит меня за руку, когда мы поднимаемся в ее спальню, и все вокруг кажется новым. Дверь закрывается за нами, и я остаюсь стоять, смотря на ее кровать, чувствуя, как мое сердце разрывается.
Я хочу настоящего счастья, а ты никогда не сможешь мне его дать, Лука.
Сейчас это правда как никогда. Она нашла меня только из жалости? Почувствовала себя обязанной?
— Пожалуйста, не делай этого, — шепчет она, и я смотрю на нее, чувствуя, как сердце сжимается от боли. — Не будь таким разбитым, Лука.
Я нежно обхватываю ее лицо ладонями и тихо вздыхаю.
— Сейчас твой шанс, — говорю я. — Если я действительно не делаю тебя счастливой, сейчас самое время уйти. Мне нечего тебе предложить, Валентина. Я никогда не буду держать на тебя зла и не стану тебя удерживать. Последнее, чего я хочу — это тянуть тебя за собой на дно.
Она качает головой и сжимает мои руки.
— Я же уже сказала, да? Я больше никогда тебя не отпущу, как бы эгоистично это ни звучало. Я не скажу тебе, что я не боюсь, или что мне стало намного лучше, потому что это неправда. Мои страхи все еще мучают меня, и я не могу гарантировать, что не скажу чего-нибудь такого, что расстроит тебя. Когда дела пойдут плохо, я, возможно, снова буду отталкивать тебя, и, возможно, скажу то, о чем потом пожалею. Ты позволишь мне держаться за тебя, несмотря на это? Если я обещаю работать над собой, ты останешься рядом со мной?
Сердце замирает, и я касаюсь лбом ее лба.
— Ничего из того, что ты сделаешь или скажешь, не заставит меня уйти, Валентина. Ты — любовь всей моей жизни. Ты — лучшее, что когда-либо со мной случалось. Когда я женился на тебе, я принял все твои стороны. И хорошие, и плохие, и даже те, что сводят меня с ума. Я хотел не только твоего идеального «я». Я хочу тебя всю, целиком, любимая.
Ее руки обвивают меня, и она крепко прижимается ко мне.
— У нас все будет хорошо, правда?
— Да, — шепчу я, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. — Мы сделаем то, что умеем лучше всего, Валентина. Мы будем сражаться. За нас и за будущее, которое мы можем создать.
Глава 65
Валентина
— Что случилось? — спрашивает Лука, когда я захожу в спальню, не отрывая глаз от телефона. Он сидит за моим столом, но тут же встает и делает пару шагов навстречу. Я на секунду колеблюсь, но он протягивает ко мне руку и улыбается.
— Очередной отказ?
— Ага, — вздыхаю я, переплетая наши пальцы. Это уже выбивает из колеи. Прошло три недели с тех пор, как он переехал ко мне, и я уже сбилась со счета, сколько отказов получила. С моими-то навыками это вообще невозможно. — Точно так же было, когда я в прошлый раз пыталась найти новую работу, — бурчу я, недовольно щурясь.
Лука виновато улыбается, потирая затылок.
— Прости, — пробормотал он. — Ты же никогда мне этого не простишь, да? Я не должен был вносить тебя в черный список, малышка. Но что мне оставалось? Ты так хотела уйти от меня, а я никогда бы этого не позволил.
Я скрещиваю руки на груди и смотрю на него с вызовом.
— Ты вроде как извиняешься, но вообще не звучишь раскаявшимся, Лука.
Он усмехается и проводит рукой по волосам.
— Признаю, это полный отстой, детка. Буквально никто из моих знакомых не отвечает на звонки, все мои резюме моментально отклоняют. Нас конкретно внесли в черный список, и это дерьмовый опыт. В каком-то смысле, это могло бы стать для меня идеальной кармой за то, что я сделал с тобой, да?
Я раздраженно пихаю его пальцем в живот.
— Это все еще не извинение.
— Я сожалею, что причинил тебе боль, — его взгляд становится серьезным. — Но я никогда не извинюсь за то, что сделал все возможное, чтобы ты осталась со мной. Это было немного психованно и определенно токсично? Конечно. Сделал бы я это снова? Без единого сомнения. Как я могу жалеть о том, что в итоге привело меня к тебе? Каждый шаг, который мы сделали за последние несколько лет, вел нас друг к другу. Если бы я мог вернуться в прошлое, я бы снова пошел на все, чтобы ты стала моей.
— Ты неисправим.
— Я просто тебя люблю, — возражает он. — Безвозвратно, безумно, безусловно люблю тебя.
— Как мне на тебя злиться, если ты говоришь такое?
— Никак, детка, — пробормотал он, притягивая меня к себе, его руки ложатся мне на талию. — Но если мне нужно еще немного задобрить тебя, я великодушно предлагаю в жертву свое тело.
Я заливаюсь смехом, и это удивляет меня саму. Я так давно не смеялась так искренне. Последние несколько недель были непростыми, и горе все еще преследует меня, накрывая волнами, перемежающимися с самобичеванием и страхом. Но именно это меня поддерживает. Терпение Луки, его любовь.
— Ну-ка, подробнее, — шепчу я, лукаво улыбаясь. — Как именно ты собираешься умасливать меня?
Лука смеется, подхватывает меня на руки, и я удивленно всхлипываю, машинально обхватывая его бедрами. Он прижимает меня к стене.
— Ну, для начала, я должен тебя поцеловать.
Его губы едва касаются моих, он смакует этот момент, медленно стирая с моего лица улыбку, разжигая во мне желание. Я уже извиваюсь в его руках.
— А потом? — выдыхаю я, не отрываясь от его губ.
Он усмехается и разворачивается, опуская меня на край кровати так, что мои ноги остаются на полу.
— А потом я уложу тебя в постель, — говорит он, его голос звучит низко и многозначительно.
— Да — выдыхаю я. — И зачем?
Лука смеется, задирая мое платье.
— Чтобы снять с тебя вот это.
Он медленно стягивает с меня трусики, и я тихонько смеюсь. Он делает меня такой безумно счастливой, что это кажется нереальным.
— Хочешь узнать, что будет дальше? — спрашивает он, опускаясь передо мной на колени.
— Да… — стону я, когда он касается губами моего бедра.
— А потом я попробую твою киску на вкус. Буду трахать тебя языком, пока ты не забудешь, почему вообще на меня злилась.
Я резко вздыхаю, когда чувствую его язык на себе. Лука берет мои ноги и закидывает их себе на плечи, его руки сжимаются на моих бедрах, удерживая меня на месте, пока он делает ровно то, что обещал. Его язык снова и снова скользит по моему клитору, и уже через пару минут он доводит меня до грани. В том, как он касается меня, есть что-то особенное. Будь он нежен или груб, в каждом движении его рук — преданность.
— Пожалуйста… — шепчу я, но он лишь усмехается и отстраняется.
— Лука! — возмущенно вскрикиваю я. Он подвел меня к самой черте и оставил, вся горящая, извивающаяся от потребности. — Это не извинение. Это пытка!
Но он только ухмыляется, медленно расстегивает джинсы, не отводя от меня взгляда, и достает свой член. Боже, я никогда не устану от этого зрелища. То, как он смотрит на меня, его рука, обхватывающая себя, свет, играющий на его обручальном кольце. Это заставляет мое сердце биться так, как не билось ни для кого другого.
Лука хватает меня за ноги, перекидывает их через плечо и медленно, дразняще вдавливает головку в меня.
— Детка — бормочет он. — Я обожаю доводить тебя языком, но сегодня я хочу, чтобы эта горячая киска сжимала меня крепко. Нет ничего лучше, чем кончать вместе с тобой.
Я сцепляю лодыжки у него за шеей, и он толкается глубже, входя в меня медленно, но неумолимо. Его взгляд прикован к моему, пока он двигается, держа меня под таким углом, что я едва могу выдержать это удовольствие. Лука знает, что долго я не продержусь, когда он уже довел меня до края, но я стараюсь, потому что хочу, чтобы он насладился каждой секундой так же сильно, как и я.
  
— Твоя киска просто божественна, детка… — его голос хриплый, пропитанный страстью. — Сжимает меня, как чертовы тиски. Блядь. Это лучшее, что есть в этом мире.