Заложница

 
Анюта Соколова
 
Заложница
 
Я помню, как маленькая ходила с отцом к Источнику. Ничем не примечательное место посреди поля – те же травы, тот же тёплый ветер, так же плывут по небу белые кучерявые облачка.
– Запомни, Вáлери, – строго произносит отец, – здесь спрятана великая сила. Никому, ни при каких обстоятельствах ты не должна открывать её расположение – только собственным детям, когда они у тебя появятся. Даже если тебя будут пытать – прими мученическую смерть, но сохрани тайну.
Для меня семилетней пытки – это что-то отстранённое, неопределённое и пугающее, но я серьёзно киваю головой в кудряшках. Слова «честь», «долг», «ответственность» я слышу с первой минуты рождения. Я привыкла к этим понятиям, они стали неотъемлемой частью моего мира.
– Хорошо, папа, – торжественно обещаю я. – Умру, но не выдам!
Утро своего двадцатого дня рождения я встречаю с восторгом и предвкушением. Ройм гостит у нас в замке! Пусть он приехал к брату, это такие мелочи! Главное, он проведёт у нас две недели, я могу открыто любоваться его совершенным лицом, великолепной фигурой и ослепительной улыбкой! Рóймэр Лэн Гэри – самый красивый мужчина на свете, благородный и бесстрашный. В свои юные годы он уже успел отличиться в стычках с рэвранцами и получил награду за доблесть из рук самого Азиáйра Третьего. Вокруг него, наверное, вьются все красавицы Арвэра, но лишь на мне он женится!
– Госпожа Валери, – пеняет мне Айха, моя няня, – леди не пристало так явно показывать свою заинтересованность молодым человеком. Берите пример достойного поведения с вашей сестры: лёгкий поклон, полуулыбка, грация походки и сдержанность чувств – вот то, что ценят лорды. Вы же вертитесь, как щенок при виде хозяина, разве что хвостиком не виляете!
– Ларе положено так себя вести, – отмахиваюсь я, – она старая! Ей двадцать восемь лет!
– Леди Ларэда в самом цветущем возрасте, – укоризненно качает головой Айха. – Вашей матушке было тридцать, когда она вышла замуж за лорда Лэн Бэрг и поселилась в Бэргри. А вы, Валери, никак не хотите повзрослеть!
– Было бы о чём переживать! – придирчиво осматриваю себя в зеркале: светлая, почти белая кожа, россыпь едва заметных веснушек, золотисто-рыжие кудрявые волосы и серо-голубые огромные глаза. – Постареть я всегда успею… Айха, мне надеть бледно-голубое или лазоревое?
– Да любое выбирайте, – улыбаясь, женщина вмиг теряет свою суровость, – вам всё к лицу. Жаль, батюшка вас сейчас не видит: копия леди Эрзэлы… Она сияла в замке, словно солнечный лучик в пасмурный день. Ни господин Вэрэйн, ни госпожа Ларэда этого света не унаследовали. Северная кровь Бэргов всё вытеснила.
Бросаю на себя последний критический взгляд и остаюсь довольна. Пусть я не такая высокая, как Вэр, и не столь изящна, как Лара, выгляжу я ничуть не хуже! За эти две недели я должна сделать всё, чтобы Ройм попросил моей руки!
Брат заглядывает ко мне первый. С каждым годом он всё больше напоминает папу – сероглазый, русоволосый, статный и широкоплечий, с горделивой осанкой и манерами истинного лорда. Азиайр Третий уже намекал ему, что пора присматривать подходящую невесту, но Вэр отшучивается: пока у него две незамужних сестрёнки под опекой, на других девушек заглядываться некогда.
– Валери! – восхищённо выдыхает он. – Выглядишь просто ослепительно! И как похожа на маму!
Поверю ему на слово: он, в отличие от меня, её видел. Целых двенадцать лет, или с какого там возраста появляется память? Себя я помню лет с трёх, брат тогда был длинным, вихрастым, смешливым мальчишкой. Это после смерти отца он разом возмужал и посуровел. Станешь серьёзным, когда на тебя двадцатилетнего сваливается управление и родовым замком, и землями, и две маленькие сестрички в довесок. Хорошо, что к этому времени Вэрэйн окончил военное училище Зайры, а Ларэда даже подростком была особой ответственной и сознательной. Шалить так, как я, она себе никогда не позволяла.
 
– С днём рождения, сестрёнка, – красивая шкатулочка переходит в мои руки. Не выдерживаю, заглядываю и с визгом висну у брата на шее. Брошь в виде птицы, так приглянувшаяся мне при посещении выставки известного столичного художника, которую мастер наотрез отказывался продавать. Боюсь и думать, чего стоило Вэру его уговорить!
– А где Роймэр? – кручу я головой. – Он не хочет меня поздравить?!
– Они с Ларой уже в столовой. Тебя ждёт сюрприз. Идём скорее.
Не иду – лечу, окрылённая. Подарок от Ройма! Самого лучшего мужчины на свете! Может, это помолвочное кольцо?! Или его нельзя дарить на день рождения? С подобными вопросами нужно обращаться к сестре, она точно скажет, что, как и когда следует преподносить, чтобы соблюсти все нормы этикета.
Столовая вся утопает в цветах – мне повезло родиться в середине лета. Ещё один пышный букет сестра держит в руках, но я смотрю не на неё. Моё внимание всецело принадлежит Ройму. Лорд Лэн Гэри высоченный, как и мой брат, но такой яркий по сравнению с ним – загорелый синеглазый шатен с ровными бровями и густыми тёмными ресницами. Не беда, что кроме собственной доблести он пока ничем не обладает, своё состояние он непременно добудет на службе Арвэру!
– Валери, поздравляем! – прижимает меня к груди Лара, вручая цветы. – Носи на здоровье!
Коробочку, перевязанную шёлковой лентой, протягивает мне Ройм. Сердце ёкает. Неужели и правда кольцо?!
– Пусть сбудутся все ваши сокровенные желания, леди Валери, – мой идеал дарит мне лучезарную улыбку. – И как замечательно, что именно в этот чудесный день я получил право называть вас своей сестрой.
Непонимающе смотрю на него. Сестрой? О чём он? Чтобы не создавать неловкой паузы, открываю подарок. Серьги, очень красивые и, несомненно, дорогие. Камни в цвет глаз – я не очень разбираюсь, топазы или аквамарины.
– Тебе нравится? – взволнованно спрашивает Лара.
– Очень. Большое спасибо!
– Это от нас двоих с лордом Гэри, – довольно расцветает сестра. – Мы вместе их выбирали! Надеюсь, ты наденешь их на свадьбу!
– Свадьбу? – машинально повторяю за ней. – Чью?
– Нашу, – Ройм обнимает Ларэду за плечи. – Я попросил руки вашей сестры, Валери, и получил согласие. Мы поженимся через две недели здесь, в Бэргри. Теперь у меня появится очаровательная младшая сестричка, о которой я всегда мечтал.
Они поженятся?.. Лара и мой Ройм?.. Это шутка? Или дурной сон?
Однажды мне приснилось, что наш замок рушится, стены моей комнаты медленно сползают в чёрную бездонную пропасть. Тогда я кричала так, что перебудила всех слуг.
Сейчас я впиваюсь ногтями в свою ладонь под букетом, чтобы не заорать.
– Валери, вы не рады? – тревожится Ройм. – Вам не нужен второй старший брат?
Нет, лорд Лэн Гэри. Не нужен…
Ты мечтал о младшей сестричке – а я жила тобой с того момента, как увидела три года назад. Я стащила у брата снимок, где вы стоите обнявшись на фоне здания училища – более позднего мне было не раздобыть. Каждую ночь я украдкой целовала это изображение, представляя, что касаюсь твоих губ. Заливаясь румянцем, воображала нас в постели. Ждала твоих редких визитов, как праздников. Мечтала о нашем будущем. Я…
– Я очень рада за вас, лорд Роймэр.
– Папа, что значит «леди»?
– То, что ты должна быть на порядок выше остальных, Валери. Достойнее, милосерднее, нравственнее. Не оскорблять тех, кто ниже тебя по положению: ты можешь дать пощёчину равной, но бить подчинённого не имеешь права. Обладать безупречным вкусом: я говорю не об одежде или украшениях. Ты обязана отличать дурное от хорошего и подделку от оригинала, независимо от того, вещи перед тобой или люди. И в любой ситуации сохранять лицо. Никогда не впадать в истерику или гнев, какая бы боль тебя ни душила.
– А если я не смогу?
– Тогда ты опозоришь наш род. У тебя нет выбора, Валери.