Десять поцелуев, чтобы влюбиться (СИ)
На мужчин мама больше не посмотрела. Доучилась заочно, получила крутую работу в элитной школе, сама дочку на ноги подняла.
Конечно, семья моего биологического папаши пыталась помогать, присылали деньги и бесконечные подарки.
«Подачки», как я люблю их называть.
Мама у меня гордая, ни копейки не взяла и не подпустила никого близко, даже на миллиметр. И я такая же.
Воспитывала меня в строгости. Подготовительные занятия аж с пяти лет, факультативы, репетиторы, потом ещё и гимназия. Ничего бесполезного — вроде танцев, музыки, рисования и роликов. И дружить с богачами категорически нельзя, ибо они попользуются и вышвырнут на улицу. Только бабушка спасала. Я просто обожала ездить к ней на каникулы.
Разумеется, выращенная в клетке, бунтовала, протестовала и требовала свободы. Трудный подросток со всеми вытекающими. Даже поступление на журфак держала в секрете до последнего. Рассказала только после того, как подала документы.
Скандалище был!
— Мам, ты прекрасно знаешь, что я каждый божий день хожу в парк кататься, — ответила, как можно спокойнее. — И танцы у меня три раза в неделю. Может быть, хочешь запретить?
— Нет, конечно. Ты уже взрослая, совершеннолетняя. Своя голова есть… надеюсь. Мария, только про учёбу не забывай. Четвёртый курс, диплом. Нужно думать о будущем.
— Всё под контролем, не переживай.
— О, кстати об этом! — всплеснула она руками. — Я же нашла тебе преподавателя для подготовки к вступительным экзаменам.
Эм… что? К каким ещё экзаменам?
— Мам!
— Маша, не спорь! — вырвала из своего ежедневника листочек с номером мобильного телефона и протянула его мне. — Вот, это Антон Михайлович, он любезно согласился поднатаскать тебя по профилирующим предметам, чтобы без проблем поступить в магистратуру.
Куда блин?!
— Маша, второе высшее нужно обязательно. Можно и не педагогическое, хотя бы…
И как прикажете разговаривать с ней, когда банально хочется взять и придушить голыми руками? Ладно, шучу. Маму я люблю.
— Мамуль, повторю снова — ни в какую магистратуру я не собираюсь. После универа иду работать по специальности.
Родительница со всей дури опустила чашку на кухонный стол, так что всё содержимое расплескалось в разные стороны.
— Сказано, значит пойдёшь. Нос мне воротит! — её голос поднялся на несколько октав выше. — Журналистика — это не профессия.
Заладила. Старую песню о главном. Сил моих больше нет. Надо перебираться жить в общежитие, пока мы друг друга не поубивали. Правда в моём случае только в платное. Я же не иногородняя.
— Сама звони своему Михалычу, — огрызнулась и потопала в коридор, стараясь при этом произвести как можно больше шума. — И в магистратуру иди, если тебе так надо и всё остальное!
— Маша, немедленно вернись! — мгновенно донеслось вдогонку. — Маша, ты меня слышишь?
Ага, сейчас.
Схватила сумку с роликами, сунула ноги в любимые кеды и вылетела на лестничную клетку, словно ошпаренная.
Сколько же можно решать, что я буду делать, а что нет? Как жить, чем заниматься, во что одеваться и с кем дружить? Неужели не понимает, что тупо перекрывает мне весь кислород?
Принялась остервенело жать на кнопку лифта и, когда он приехал, просто без раздумий шагнула в кабину.
— Чего надулась, будто мышь на крупу? — услышала голос своего заклятого врага. — С матерью проблемы?
— Да ты экстрасенс, Сотня.
Впрочем, вид Димы тоже оставлял желать лучшего. Обычно он болтает. Много. Чтобы его заткнуть, надо очень сильно постараться. А тут молча нажал на стрелочку первого этажа и уставился в свой телефон.
— Савельева, а ты в пижаме что ли? — рассмеялся издевательски. — Заучку из дома выгнали?
Да что же не так в моей одежде? Обыкновенные лосины. Правда розовые, с белыми пони. Ну так это для танцев… они удобные, тянутся, движений не сковывают. Да и кофта хорошая — просторная, мягкая, однотонная. Или всё дело в плюшевых ушках на капюшоне?
— У меня занятия по танцам, понял? — первая вышла из лифта и сбежала вниз по лестнице.
— Ты? — не отстаёт ни на шаг Сотников. Прилип, как банный лист! — Танцуешь?
— И? — недоуменно приподняла правую бровь. — Запрещено законом?
— Да нет. Просто в школе ты сидела на скамейке, даже с примитивным бегом не справлялась. Почему тогда не пошла в чирлидеры, м-м-м?
Вот делать мне больше нечего. Задницей в труселях перед кучей тупых качков трясти.
Свят-свят!
Глава 3 — Загадочный преследователь
Маша
— Хорошо двигаешься, Савельева. Пара выпадов мимо, но очень даже ничего.
Очень даже ничего…
Не знаю, что меня бесит больше. У-у-у, ненавижу гада!
Так бы и подошла, врезала как следует по смазливой физиономии, чтобы спесь сбить. А то больно счастливый и довольный ходит. Непорядок.
Занятие по танцам уже подошло к концу, когда к нам с девчонками подрулил один наглый и грубый мажор. Ему не говорили, что подсматривать за другими людьми некрасиво? Дурной тон. Явно родители допустили пробел в воспитании любимого и единственного сыночка.
Настя и Дина вовсю на него поглядывали, красноречиво намекая, что их статус — в активном поиске. Дебилов на свою голову!
— Что ты здесь делаешь, можно узнать? — развернулась и послала Сотникову самый свой ненавидящий взгляд. — Маньяк недоделанный.
— Я маньяк? — Дима притворно прижал руки к груди. — Машенька, ну ты чего? Познакомь лучше со своими прекрасными подругами.
Глаза мигом захотелось закатить. Подката тупее просто сложно придумать.
— Хорошо, — расплылась в обманчивой улыбке. — Настя, Дина, представляю вам Диму Сотникова — меняет зазноб, словно перчатки, при живой-то девушке.
— У него есть девушка? — в голос протянули девчонки и тут же испарились. Так-то!
И ни на секунду не соврала. У Сотни имелась реальная дама сердца, наша общая однокурсница Регина Филатова. Ну как сердца? Вы поняли.
Не известно, на что там купился Сотников, но, очевидно, парням как раз такие и нравятся. Фальшивые куклы с накладными ресницами и искусственным смехом. Эмоциями, размером со спичечную головку, полным отсутствием мозгов и чувства юмора. Зато задница, как орех.
Вообще у Димы и Регины странные отношения. Иначе говоря, свободные. Он гуляет с другими девочками, она вешается на каждого красивого мальчика. А иногда Филатова и Сотников спят вместе. Ну просто нереальная история любви, романтика прёт через край.
— Жестокая женщина! — притворно простонал Дима и заглянул через моё плечо, но девчонок уже и след простыл. Чёртов бабник, и юбки мимо не пропустит. — Между прочим, я только с бокса, в соседнем зале занимался. Или у тебя мания преследования, заучка?
Скоро у меня на это слово аллергия начнется, ей богу.
В соседнем зале, значит. Логично. А не видела его здесь раньше, потому что мажор только-только переехал в наш район. Ладно, по полочкам, убедили. Детектив Маша раскрыла дело. Но всё это не отменяет того факта, что он наблюдает за тем, как я танцую. Нет, конечно, не я! Дина и Настя.
Сама себя успокоила и молча развернулась, направляясь в раздевалку. К счастью, Сотникова и след простыл. Я уже думала, что он следом пойдет, Дон Жуан фигов.
Пока переодевалась, выслушала от девчонок кучу вздохов и ахов. Горячий парень! Глаза как море, рост метр девяносто и вообще такой мачо. Ага, мачо… мачо-фигачо!
Вот дурынды.
Проверила свой телефон и из спортивного центра направилась прямиком в парк. Мама звонила раз десять, ещё пришла пара сообщений от Миры, моей лучшей подруги. Прислала фотки с отдыха. Хорошо ей там, булки под солнцем жарит, ни то что вот это всё.
Домой совсем не хотелось возвращаться.
С другой стороны, ну не на улице же мне ночевать? Подумаешь, с мамой поссорилась. С кем не бывает.
У нас бывает и очень-очень часто. Уровень гармонии опустился ниже плинтуса.
Назад добиралась дольше обычного, слушала любимую музыку, то и дело останавливалась, чтобы купить кофе или мороженое. Дорога в общей сложности заняла около трёх часов.