Владыка Нового Мира 2 (СИ)

С каждым моим новым ударом ослабевшая Хозяйка пятилась назад, а болото, — её личное убежище, — сотрясалось в такт жирным щекам богини. Кажется, ещё вот-вот и убью…
Но! Есть мысль. Всё-таки я не совсем конченный, и когда передо мной стоит выбор: предать чью-то душу небытию или отправить на перерождение, я завсегда выберу второй вариант. Получится или не получится — не имею ни малейшего понятия. Сработает ли переправа на божестве? Я на собственном фуникулёре никогда не катался и не собираюсь, потому что мало ли что…
  
Короче! Попробовать в любом случае стоит.
Перехватив весло двумя руками, я упёрся гребной лопастью в грудь Хозяйки и начал толкать её в сторону пропасти. Рывок, рывок, ещё один и…
— Какого чёрта⁈ — заорала болотная дрянь, когда её задние ноги сорвались в пропасть.
Дальше были визги, писки, проклятия, отчаянные попытки балансировать или хотя бы утянуть меня вслед за собой, но итог был уже предрешён…
* * *
Реальность встретила меня очередной канонадой взрывов. Сэр Додерик дорвался до новой игрушки и явно не собирался останавливаться. Вот он, должно быть, удивится чуть позже; когда узнает какие у меня на него планы.
— Болото пухом, — сказал я, напитал весло энергией как только мог и со всей дури приложил им о деревянное изваяние Хозяйки.
Старая потемневшая деревяшка треснула, и будто полено под топором развалилось надвое. Всё. Нету больше ни Хозяйки, ни Кривого Зуба. Я перелез обратно на стоянку и оценил происходящее вокруг.
Разящее Весло унижало и доминировало. А надо бы, чтобы просто доминировало.
— Стоять! — тормознул я пробегавшего мимо гоблина в оранжевой каске.
В одной руке у него была обагрённая кровью стамеска, а в другой факел. Факел я у товарища отобрал и велел ему привести ко мне вождя. Затем обернулся, кинул факел в гору валежника вокруг разломанного божка и не без удовольствия начал наблюдать за тем, как разгорается огонь. Костёр получится на загляденье.
— Владыка? — Жабыч подоспел уже спустя минуту.
— Заканчивайте резню, — сказал я. — Скажи своим, чтобы по возможности брали пленных. Как обычно, детей и женщин не трогаем.
— Понял, Владыка.
— И ещё. Персонально тебе задание, — я обернулся к Жабычу. — Нужно найти гоблинёнка по имени Игорь. Пора бы уже выполнить обещанное…
Раннее утро
Дом Менделя
Утро субботы всегда было связано у Вадима Евграфовича с нервозностью. Даже если он ничего не натворил накануне, — и даже если не пил вообще! — само состояние похмелья через сложную систему наработанных рефлексов было неизменно связано со стыдобушкой. Ну а уж если для стыдобушки действительно был повод…
— Пятёрочка, — пробубнил себе под нос Вадим Евграфович, сплюнул струйку воды и продолжил влипать в угол, на батарею шампуней, гелей и прочей уходной чепухи.
Горячий душ барабанил ему по затылку. Спина уже покраснела и аж чесалась от стерильности, но смыть с себя позор так и не получалось. Да, вчера Вадим Евграфович действительно отличился.
— Пятёрочка…
По всей видимости, наконец-то прошло достаточно времени, чтобы барон окончательно выкинул из головы авантюру с Младшими, обыск гвардейцев и таинственного Харона. На этой почве у Вадима Евграфовича, что называется, отлегло. Нервы успокоились, жизнь заиграла прежними красками, и Благородие явно позволил себе лишнего. А потом ещё немного сверху. И ещё.
Но апогеем стал их с друзьями ночной поход в пивной паб. Ворвавшись в заведение, Вадим Евграфович с порога налетел на официантку, которая разом несла к столику шесть кружек пенного. Пиво, понятное дело, расплескалось. Официантка облилась, Мендель тоже уделался с ног до головы, и дело вроде бы житейское. Не он первый, кто случайно толкает официанта и не он последний. Но то, что случилось после…
— Ох…
Вместо того чтобы просто извиниться, Вадим Евграфович пропел: «Пятёрочка вы! Ру! Ча! Ет!», — а затем сунул официантке в декольте пятитысячную купюру. А вот оценила ли она? Смеялись ли его спутники над изысканной остро́той барона или над ним самим? А хотя какая разница⁈ Он же аристократ! Барон! Такое поведение недостойно его статуса!
— О-хо-хох, — ещё раз вздохнул Мендель и выключил воду.
Пора возвращаться в мир, даже если он тебя презирает. Вадим Евграфович вытерся, оделся в чистое и вышел из своей комнаты. Теперь его путь лежал на кухню, где домработница по обыкновению приготовила плотный субботний завтрак — бекон, яйца и драники. Однако проходя мимо холла барон вдруг услышал знакомый голос:
— Хреново выглядишь, Мендель.
— Как⁈ — Вадим Евграфович вытаращил глаза на незваного гостя. — Как ты сюда попал⁈
— Через дверь, — ответил Харон и шагнул ему навстречу. — Настала пора вернуть должок. Надеюсь, ты собран…
— Погоди… Что⁈ Куда⁈
Харон довольно грубо взял Его Благородие под локоть, вывел на улицу, а дальше жизнь превратилась в какой-то сюр. Прямо у его крыльца стояло одно из тех болотных чудищ, о которых последнее время говорил весь город.
— Так это ты Харламов⁈
— Ой-ой-ой! — плеснул руками Харон. — Меня раскрыли, — а затем достал из кармана флакончик с прозрачной жидкостью и пару раз пшикнул Менделю прямо в лицо.
— Что это такое⁈
— Залезай.
— На вот ЭТО⁈
— Да.
— Но…
— Залезай!
Будучи аристократом далеко не в первом поколении, Вадим Евграфович конечно же имел навыки верховой езды. Однако залезать на чешуйчатого оленя всё равно было страшно. Но! Не подчиниться Харону ещё страшней.
— Куда мы едем?
— На срочный вызов, — ответил Харламов.
И понеслась дорога верхом на оленегаторе через весь Новый Сад к Трассе. Лучшая часть пути, потому что дальше:
— Одень вот это на голову, — Харон протянул ему холщовый мешок. — И не подглядывай.
И непонятно: то ли хорошо, что Вадим Евграфович не успел позавтракать, а то ли наоборот плохо. Обливаясь холодным потом, Его Благородие скакал непонятно куда и непонятно зачем. Его мутило. Его трясло. Ему было настолько плохо, что он даже сумел простить себя за выходку с пятёрочкой.
Но вот, тряска наконец-то закончилось, Харламов сдёрнул мешок с его головы и…
— А-ААА!!! — заорал Мендель.
Вокруг были гоблины. Очень много гоблинов…
  
Глава 4
 
Объясниться с Менделем обязательно стоит. Но потом. Сейчас же, когда барон достаточно насмотрелся на полуразрушенный форт Разящего Весла, толпу пленных гоблинов Зуба и армию моих красавчиков, я проводил его в сруб. Сруб… чёрт возьми, как бы наладить каменное зодчество? Несолидно Владыке сидеть в грёбаной избе. Да и потом, у меня нет причин не верить Хозяйке насчёт костяных бабуинов. Опасность же? Опасность.
Так что нам нужна крепость! А мне если и не дворец, то хотя бы храм какой-нибудь.
— Ему совсем плохо, — я указал на Игоря. — Поэтому мне пришлось привезти тебя сюда, уж извиняй. Побоялся, что малой может не пережить дорогу.
Мендель поправил очки, пробурчал себе под нос о том, что сам едва не отъехал по пути, — Его Благородие весьма отчётливо благоухал свежим перегаром, — и двинулся к трону.
А маленький гоблинёнок тем временем свернулся калачиком на сидушке. И выглядел он действительно неважно. По всей видимости ту энергию, которая предназначалась на его чудесное исцеление, Хозяйка слила на червя. Либо же я неправильно прочитал её план, не суть…
Из-за болезненной худобы глаза Игорька казались непропорционально большими. Вот только потухшими и безразличными; в них не читалось вообще ничего. С самого момента «эвакуации» малой не проронил ни слова. То ли не имел на это сил, то ли вообще пребывал в забытье. Ах, да! Ещё момент: цвет кожи у него был очень интересный. Тёмно-синие гоблины мне до сих пор не встречались, а этот что оттенком, что фактурой напоминал ягоду голубики. Избранный, блин. Для чего избранный? Кем избранный? Ладно, посмотрим.