Владыка Нового Мира 2 (СИ)

Гвардия ведь теперь — это что? В мирное время городская стража, ни больше и ни меньше. А за глубинную и лично мою безопасность отвечает семья Голубицких. За безопасность, да ещё за политтехнологии.
Эдакий аналог Тайной Канцелярии из графского рода получился.
Слишком много рычагов в одни руки? Возможно. И если бы не наш с графом разговор на болоте, я бы столько плюшек ему одному не насыпал. Но надо ведь мне хоть кому-то доверять, верно? И Андрей на данный момент — лучший из возможных вариантов.
  
Дальше: министр транспорта и логистики, которого в Новом Саду отродясь не было. Кто? Удальцов. Я же обещал ему место и обещание своё сдержал. Женёк пока что обживается в новой роли и не везде справляется самостоятельно, но главное, что специфика работы ему ясна, а начинать нужно с малого.
Оленегаторы отныне в полном его распоряжении. Сделать Новый Сад главным транспортным хабом Иномирья не получится из-за неудачного расположения, но развить всю эту тему не просто можно, а нужно.
Так…
Батяня ещё. Тоже вошёл в новое правительство.
— Я хочу построить самый могущественный флот, что только видела Нерка! — сказал он мне как-то раз, ворвавшись в кабинет.
А я ему сказал:
— Пошёл в жопу.
Потому что строительство речного флота, — будь то военного или рыболовецкого, — последнее из того, что меня сейчас волнует. И задействовал я мохнатого в другом.
Как назвать его должность до сих пор не придумал, но занимается он в основном тем, что светит лицом и одним своим присутствием рядом как бы намекает, что Владыка топит за равенство всех рас и народов. Инклюзивность продавливает, короче говоря. Только правильную, без плясок бородатых баб и тампонов в мужских сортирах.
С другими городами мы до сих пор не контактировали, и чтобы Батяня хоть что-то делал, ему было поручено открыть музей этнического разнообразия Иномирья. Открытие, кстати, сегодня, сразу после царской грибалки.
Елизавета Евграфовна, душа моя сисястенькая, тоже при делах. Как-то раз за ужином прорвало её узнать обо мне побольше. И на вопрос: «Харон, а что ты любишь?» — чёрт дёрнул меня пафосно ответить, мол, справедливость люблю.
Лиза запомнила. Лиза затаила. А потом начала проявлять нездоровый интерес к судебной системе.
Да, скрывать кумовство от посторонних глаз я даже не планировал. Но и назначить её главной судьёй города — так себе решение, которое могло бы вылиться в кучу комичных и не очень ситуаций. Поэтому она у нас пока что обучается. Торчит в судах денно-нощно. Оценивает качество работы судий, и если вдруг что не так устраивает кипишь, к которому подключается совет. Но в скором времени… ладно, спешу.
Портак, Шамурская, Розочка и Додя отвечают за интеграцию гоблинов в человеческое общество и наоборот. Налаживают коммуникации между Новым Садом и Большим Стояном — торговлю, производство, обмен опытом…
Итого: СМИ под контролем, транспорт под контролем, духовенство, суды и городская стража тоже под контролем. Кто диктатор? Харитон Христофорович диктатор.
Но!
До сих пор слишком многое осталось без пристального внимания. Образование, медицина, внешние связи, ТЭЦ и прочее, прочее, прочее. Оказалось, что сфер влияния гораздо больше, чем есть у меня проверенных людей…
Ещё и стеклянный завод отжать не удалось. В таком случае я сделал бы именно то, в чём обвинял «беглого» князя.
— Ваше Сиятельство, — кивнул я Анне Петровне.
— Ваше Владычество.
Конечно же, Садовникова с детьми вернулась в город. А куда же ей ещё деться? Точно так же, как и других аристократов Нового Сада, её нигде не ждали. Вот и вернулись благородные господа, как побитые собаки, уточняя на пороге: а можно ли вообще войти?
Можно…
Всё-таки город не гоблинская стоянка. Столько бытовых и деловых хитросплетений в нём, что просто так перехватить управление вообще надо всем невозможно. Это либо надо снести всё к чёртовой матери и отстраивать заново, — а народ таким потрясениям рад не будет, — либо же попытаться ужиться.
И вот, собственное говоря: грибалка.
Первый мой шаг навстречу «старой» аристократии.
Так вот. Посередь образцово-чистой поляны, которую подготовили к визиту высоких гостей гоблины, стояли накрытые столы. Обед на чистом воздухе. Перемена блюд так уж и быть, а вот алкоголя по минимуму, ибо нехрен. Это я сегодня веселюсь и отдыхаю, а они «на ковёр» пришли всякие неприятности слушать.
Изрядно помотавшиеся по лесам по прихоти Владыки, дворяне расселись по местам. Нагуляли аппетит и уже приступили к трапезе, всеми силами пытаясь выдать её за неспешную.
По правую руку от меня сидела Лиза, по правую Андрей. Остальные члены моей «команды» где-то рядом, за тем же столом.
Светило солнышко. Орали лесные птицы. В сырой насквозь чаще леса от дыхания валил пар.
Но общий настрой несмотря на всю эту внешнюю благодать был напряжённый. Всё-таки с нами на прогулку выдвинулся Гордеев с кучей своих ребят и боевики Голубицких полным составом. И обладая даже зачатками паранойи, можно было сложить два и два: сейчас начнётся «кровавая свадьба». Сейчас я зловеще расхохочусь, скажу что-нибудь едкое, а следом мои люди начнут вырезать всех подряд, в то время как сам я смотрю на это всё и прихлёбываю винишко.
Ну… что ж? Удивлю.
Сперва я дал аристократам время немного насытиться, а затем начал:
— Господа! — я встал с места. — Знаменательный день! Сегодня я собрал вас всех с тем, чтобы объявить о рождении Империи. Предвосхищая вопрос: «Какой?», сразу же отвечу — просто Империи. А в будущем единственной Империи Иномирья. Андрей Семёнович уже разработал документ, в котором закреплены все основные положения и законы. У каждого из вас под стулом закреплена…
— Не закреплена, — прошептал Голубицкий. — Не успели.
— … НЕ закреплена копия этого документа. Но в скором времени все вы получите её для обязательного ознакомления.
По глазам я видел, как с коллективных плеч упал камень. Но посмотрим, что будет дальше.
— А теперь давайте поговорим начистоту, — продолжил я. — Хочу донести до вас мысль. Не зашифрованную, без намёков и полутонов. Итак! Вас в городе не любят. Простой народ видел и знает, что при первой же опасности вы бежали прочь.
Тут я сделал небольшую паузу. И сразу же после неё начал первый сегодняшний стресс-тест:
— Сергей Игнатьевич!
— Да, Ваше Владычество.
Дворяне замерли.
— Проверьте всех присутствующих на наличие видео и звукозаписывающей техники.
Дворяне отмерли. Покачались на эмоциональных качелях и добровольно сдали в руки гвардии все свои телефоны. На всякий, потому что говорить я и впрямь собирался довольно откровенно. И вот теперь можно продолжать:
— Поступок ваш был, мягко говоря, паскудным, — сказал я. — И народ теперь просто не понимает, кто вы, зачем и почему. Чем вы отличаетесь от обычного зажиточного мещанина, и к чему вообще все эти громкие чины и титулы? В свою очередь, я хотел бы получить от народа максимальную поддержку. Особенно учитывая, что добиваться её не надо, ведь меня-то он и так любит…
Елизавета Евграфовна, — к этому времени уже почти что человеческая ипостась самой Справедливости, — скрестила руки на груди и обвела собравшихся брезгливым взглядом.
— И что мне делать? Отнять и поделить?
Опускаем качелю.
— Это плохая затея.
Поднимаем качелю.
— Но и ничего не делать по поводу вашего предательства я тоже не могу. Поэтому поступим так: с сегодняшнего дня все титулы, которые вы получили при Российской Империи будут аннулированы.
Вниз.
— Однако всё нажитое имущество останется за вами.
Вверх.
— Ну… это в том случае, если вы собираетесь остаться в городе, конечно, — с тем я начал прогуливаться вдоль столов. — На смену устаревшей системе придёт новая. Для простоты, названия останутся теми же, просто с приставкой «имперский». От младшего к старшему: имперский дворянин, имперский барон, имперский граф, имперский князь…
  
«И хрен кто из вас за красивые глазки доберётся хотя бы до графа», — подумал я про себя и улыбнулся.