Владыка Нового Мира 2 (СИ)
Толпа зеленокожих ублюдков теснила толпу костяных ублюдков, и явно что преуспевала. И не теснила даже, а прямо вот перемалывала. С задором и огоньком, да ещё и технично так. Но что самое удивительное — с магией!
С соседней улицы гремели взрывы. Огненные клоны в спайке с глазастым пеньком собирали на себя толпу, после чего что-то настолько быстрое, что аж невидимое, врезалось в эту толпу и оставляло после себя костяное крошево.
А вон там группа наглухо отмороженных гоблинов, вокруг которых вьются то ли пчёлы, а то ли мухи. Почему «отмороженных»? Да потому, что ведут они себя, как пьяные фанаты. Без построения, без тактики и без страха, по одному и наудачу прыгают в толпу неприятеля, но раз за разом выбираются из неё живыми. Истекают кровью, но при этом ржут.
Чёртовы берсерки, не иначе!
— И что всё это значит? — спросил Сергей Игнатьевич, хотя даже не рассчитывал услышать ответ.
Так же, как и он сам, его ребята были заворожены зрелищем.
Но дальше — ещё страньше!
Со скоростью несколько десятков метров в минуту, гоблины двигали линию соприкосновения вдоль по улице. У гвардейцев на этом представлении были лучшие места, и наблюдать за ним было одно удовольствие. Но следующий акт привёл их в неописуемый восторг.
На другой стороне улицы, точно так же прорываясь вперёд, появились люди.
— Это кто? — и опять вопрос без ответа.
Прямо перед особняком князя, бабуинов зажали с двух сторон и прессовали, прессовали, прессовали. А главная интрига — что же будет, когда люди встретятся с гоблинами. Гордеев аж дыхание затаил, но… спокойно досмотреть это шоу до конца ему не дали.
Смутно знакомый парень в чёрном плаще, который до сих пор месил бабуинов веслом наравне со всеми, вдруг остановился, отстранился от боя и поднял на Гордеева глаза. Сперва помахал рукой, а затем начал подходить ближе.
— Так это же…
— Дядь Серёжа, привет! — крикнул Харламов, стоя под окнами особняка и утирая с лица кровь. — А скинь попить⁈
Глава 19
Итак. По итогу: чем костяные бабуины отличались от безмозглых мобов из какого-нибудь кровавого слэшера? Да тем, что мёртвый моб полежит себе тихонько, затем поморгает и вежливо пропадёт, — как будто бы не хочет никого лишний раз беспокоить. Этих же уродов пришлось убирать самостоятельно.
И хорошо ещё, что в город вернулись оленегаторы. Именно благодаря им биомассу удалось разгрести до того, как она завоняла и начались нехорошие последствия в виде болезней. А так: сгрузили на телеги и вывезли к чёртовой матери подальше, в братскую могилу. Есть идея на следующий год попробовать разбить на том месте огородики. А кости — по школам распределить. На труды. Пущай детвора резьбой балуется.
Что до остального…
Главное: отныне я правитель Нового Сада.
А иначе и быть не могло. В городе не осталось никого, кто мог бы сказать что-то против. Никаких весомых сил кроме Гордеева, а Гордеев теперь за меня. Голубицкие за меня. Вомбаты, — безо всякого очарования, — за меня. Гоблины, в конце-то концов, тоже за меня. И люди, которые видели кто вытащил Новый Сад из бабуиновых лап и кому они теперь должны быть благодарны за тысячи спасённых жизней.
И получается, что силушка в моих руках такая, с какой разрозненным после глобального срача аристократикам не тягаться. А ведь кто сильнее, тот и папа.
С тех прошёл уже… месяц?
Кажется, да. Была куча интересной работы, была куча неинтересной работы, но и ту и другую нужно было выполнять как можно быстрее, а потому пахали мы круглые сутки. Сделано дохрена, ещё больше в планах, но конкретно сегодня я наконец-то впервые смог выдохнуть.
Лето подходит к концу, и надо бы застать его последние кайфы.
— Ваше Владычество, смотрите! Ещё подосиновик!
Под сосной, ага. Что ж… гоблины потрудились на славу. Вместо царской охоты, я пригласил весь цвет города на царскую грибалку. Попросил Жабыча и Портака подготовить нам живописный маршрут по лесу, но инициатива, — как это частенько бывает, — пошла с низов и вот: вдоль по всему пути нашего шествия грибов было так много, что не хватало корзин.
Не Додиных грибов! Нормальных.
Да, понятное дело, что в лес я собрался неспроста. Прошли дожди, температура упала и начался сезон. Но конкретно эти грибы выросли не здесь! Гоблины нашли их где-то там, перенесли сюда и воткнули в землю по ходу маршрута. Могло бы быть ещё палевней? Ну да. Если бы они их заранее не срывали, а срезали. И ещё траву могли бы покрасить заодно, ага.
Короче… вот.
— Смотри! — из пышного ельника выскочила Лиза. — Смотри какой хороший!
И продемонстрировала мне образцовый боровик; чистый, крепкий, ароматный. Как будто бы из мультика.
— Умничка.
Благоверная моя сегодня тоже дорвалась до природы. Оделась по случаю в спецодежду и носилась туда-сюда с энергичностью заскучавшей бордер-колли. А следом за ней в качестве носильщика грибов бедолага Евневич с корзинами. Рожа красная, из-под кепки течёт, в глазах безнадёга, и одышка ещё эта перманентная, как будто сейчас откинется. Уверен, завтра у бывшего минфина будет болеть всё тело.
М-м-мда…
Егор Григорьевич остался «при дворе». Сперва в качестве консультанта, чтобы передать дела новому министру, а потом за сговорчивость получил громкий титул начальника ЖКХ.
Согласен, по идее это чуть ли не самая благодатная почва для воровства. Но! Во-первых, ни в чём таком Евневич замечен не был и вдруг действительно не такой? А во-вторых, даже если… в руках человека, который знает, что каждый его шаг отслеживают под микроскопом, хозяйство расцветёт. Посмотрим, короче говоря.
А вот новый министр финансов — это даа-а-а-а… тот ещё махинатор. Уж чего-чего, а этого у Карякина не отнять. Вот только отныне дядь Сеня придумывал все свои многоходовки не для того, чтобы что-нибудь где-нибудь спереть, а для того, чтобы проверить — не прут ли уже.
Лучшие крысоловы, как в народе говорят, получаются из крыс, — да простит мне Арсений Михайлович такое сравнение.
— Ваше Владычество, скоро привал, — подошёл ко мне гвардеец. — В минуте ходьбы поляна, и там уже всё организовано. Прикажете топить самовар?
— Топите, — кивнул я.
Владычество, да-да, именно так.
Не, ну а что? Изображать демократию я не хочу. А принять стандартное дворянство — значит противоречить самому себе и расписаться в том, что признаю над собой власть Романова. Ведь в случае, если они с наместником договорятся и присутствие старой Российской Империи в Иномирье будет закреплено официально, то я автоматически становлюсь его подданным.
Вот и стал я Владыкой не только среди гоблинов, но и среди людей Нового Сада. Да, пафосно. Да, громко. Но главное, что мне нравится.
К другим новостям:
Гвардия под началом Гордеева собралась обратно. Само собой, через тестирование. Главный вопрос этого тестирования: где вы были, когда бабуины зашли в город? Понятное дело, что никто на себя не наговаривал. И понятное дело, что разбрасываться одарёнными кадрами никак нельзя, поэтому брали почти всех. Но с точки зрения пристыдить…
Короче, Сергей Игнатьевич там как-нибудь без меня справится. Рассудит по совести. Ведь кому как не ему на дезертиров зуб точить.
А моё дело грамотно расставить своих людей на должности. Мендель вот, например, за культуру у нас теперь ответственный. Дорвался. Во-первых, перестраивает особняк Садовникова под театр. А во-вторых, запустил газету «Новый Сад Сегодня», где в лёгкой и непринуждённой манере продавливается нужная мне повестка. А именно: Владыка — молодец, все остальные — отстой.
Но кто подбирает правильные слова для статей? Понятное дело, что не сам Вадим Евграфович. При всём уважении, не того он склада характера человека. Умный, верный, порядочный, но не такой. Не хищник.
А вот Андрей Голубицкий, как показала практика, грёбаный мегалодон. Так что ему и флаг в руки. Граф вернул себе всё то, что у него попытались отнять, и приобрёл куда больше — влияние. Всё, как и хотел, вот только не на показ.