Ошибочка вышла

Северус оценивающе оглядел капусту:
— Не поместится.
— А ты её не очень большой сделай. Скажем, что она ещё не выросла. Да, и наколдуй Гарри нормальное растение, должен же он получить пятёрку за свои старания.
— Угу…
Через секунду капуста вместе с горшком исчезла в безразмерном кармане пальто, а тетрадь Дадли превратилась в замечательный упругий кочан пекинской капусты, листы которого весело обгрызала созданная из пенала Гарри морская свинка.
  
— Фините Инкантатем. Конфундус.
Директор и учительница отмерли и глупо завертели головами.
— Мисс Темпль, — голос Петунии звенел от возмущения, — как же можно так детей пугать?! Да, животное забралось в пакет и случайно попало в школу, мы примчались сразу же как только обнаружили пропажу. Так ведь безобидный же грызун, а не крокодил! А вы истерику устроили, учеников из класса выгнали. Гарри до слёз довели! Как вам вообще пришло в голову, что кочан капусты может что-то съесть?!
Директор сердито нахмурился, сверля подозрительным взглядом подчинённую:
— Вы меня что, из-за этого от важных дел оторвали?
— Она съела мою ручку! — возмутилась учительница.
— Вы сильно в неё ткнули, и она защищалась, — насупился Гарри.
— Это неслыханно! Просто неслыханно, — разнервничался директор, бросавший косые взгляды на Северуса, похоже предыдущей встречи с «мистером Снейпом» он не позабыл. Тот в ответ холодно улыбнулся и приподнял бровь. — Ваша обязанность учить детей! В том числе и гуманному обращению с животными!
— Вот-вот, — поддакнула Петуния. — А если после вашего возмутительного примера дети начнут тыкать в своих домашних питомцев чем ни попадя?!
Мисс Темпль побагровела от гнева, но возражать и доказывать, что никакого животного здесь не было и в помине, не решилась. В конце концов сейчас морская свинка действительно имелась, а настаивать, что растение может что-то съесть — прямой путь в психиатрическую клинику…
— Да-да, именно возмутительно! — закивал директор. — У нашей школы прекрасная репутация, и демонстрировать детям жестокое обращение с животными совершенно недопустимо!
— А ещё она хотела нашего ребёнка вместе с растением и животным на опыты сдать! — мстительно нажаловалась Петуния.
Директор, затравленно взглянув на ехидную усмешку Снейпа, рванул ворот рубашки, словно ему вдруг сделалось невероятно душно, и разразился новыми гневными речами.
Дав директору всласть поорать на подчинённую, Северус, холодно процедив: «Довольно. Мы отправляемся домой. Надеюсь, ничего подобного более не повторится», мягко подтолкнул жену к выходу. Он увидел достаточно, чтобы не сомневаться, что размышления на тему: «Сидело ли в капусте животное?» станет последним, что будет волновать мисс Темпль в следующие пару недель.
Из школы дети вернулись в кислом настроении, и Петуния тут же забеспокоилась:
— Мальчики, что случилось? Возникли проблемы? Вас кто-то обидел?
— Да нет, — проворчал Дадли, — наоборот, всем ужасно понравился устроенный училкой переполох и морская свинка, которая умеет лопать пластик.
— Тогда, почему вы такие недовольные?
— Будешь тут недовольным, — вздохнул Гарри. — Наши одноклассники рассказали об этом другим ребятам, и теперь нам в школе прохода не дают. Все спрашивают, сможем ли мы ещё принести свинку в школу, чтобы она съела дневники и, по возможности, учительские журналы…
— Ну а вы чего ждали? Вырастили «монстра», явили его миру, теперь наслаждайтесь славой, — усмехнулся Северус и тут же поинтересовался: — А поздравлять-то меня сегодня будут?
— Конечно! Капуста уже у тебя, так что поздравляем! Сейчас принесём открытку и пойдём есть торт!
Капусту вместо того, чтобы разделать на ингредиенты, решили оставить в качестве домашнего питомца. Хоть это и был подарок для Северуса, дети и Петуния прониклись к ней симпатией. Петуния таскала ей куски бекона и бифштексов, мальчишки делились печеньем и конфетами. Северус посмеивался, но время от времени закупал флоббер-червей и лягушачьей печени чуть больше, чем требовалось.
После каникул дни понеслись с какой-то невероятной скоростью. Петуния под руководством Майка поспешно освежала в памяти школьную программу, едва успевая приготовить обед и помочь мальчикам с уроками. До вступительных экзаменов оставалось всего несколько месяцев, а откладывать поступление в университет на следующий год ей не хотелось.
К выбору будущей профессии Петуния подошла крайне ответственно и выбрала факультет экономики, справедливо рассудив, что уметь грамотно распоряжаться деньгами одинаково полезно и в маггловском, и в волшебном мире. Особенно в волшебном. Впервые расспросив Северуса и Люциуса о Гринготтсе, она просто ушам своим не поверила. Гринготтс, гордо именуемый банком, по сути своей был простым складом драгоценностей, при котором гоблины выполняли роль не банкиров, а охранников. Всё, что они умели — это менять фунты на галлеоны, охранять сейфы и гордиться своим «невмешательством» в дела волшебников. Инвестиции, проценты, рента — похоже они о подобных вещах даже не слышали! Сокровища лежали в сейфах мёртвым грузом, и каждый, кто желал заработать на собственном капитале, должен был сам вертеться, как умеет. Петуния хотела «уметь» хорошо. Северус вне всяких сомнений был не просто талантлив, а гениален во многих областях, но эффективно распоряжаться деньгами так и не научился. У Люциуса дела с финансами обстояли куда лучше, и он явно имел врождённый нюх на прибыль, но, несмотря на прикладываемые усилия, продолжал плохо ориентироваться в маггловском бизнесе. Так, например, он искренне не понимал, зачем покупать акции чужих компаний, и почему магглы вообще стремятся поделиться частью своего бизнеса с совершенно посторонними людьми? Для волшебников, по её наблюдениям, вообще существовало только «здесь и сейчас», то есть обмен товара на деньги и ничего более. Кредиты, рассроченные платежи, акции, долгосрочные инвестиции, лизинг, аренда, оптовые скидки были для них терминами странными и не вполне понятными. А вот для Петунии замужество за Верноном, как оказалось, не прошло бесследно, и она уже сейчас, без всякого образования, могла точно сказать, как можно сэкономить на налогах, на чём получить хорошую скидку, и где просто взять в аренду то, что Малфой собирался покупать за полную стоимость. Майк был хорошо приспособлен к маггловскому бизнесу, но на нём и так лежали все обязанности по строительству, и разбираться ещё и с финансовой стороной у него не было ни сил, ни времени, а между тем дела у новой фирмы потихоньку пошли в гору.
С тех пор как строительство бассейна было завершено, Малфой-менор стал местом намного более оживлённым. Люциус и Нарцисса то и дело приглашали гостей и устраивали вечеринки, вовсю подталкивая знакомых к решению вслед за ними обзавестись модной новинкой. Первый в волшебной Британии бассейн был построен с размахом. Малфои, и без того привыкшие выбирать всё самое лучшее, превзошли сами себя, прекрасно понимая, что от того, насколько впечатляющим выйдет образец, напрямую будет зависеть успех начатого дела. Гости относились к идее с интересом и, раз попробовав непривычные развлечения, с удовольствием делились впечатлениями со знакомыми. Правда, и здесь без курьёзных происшествий не обходилось. Так Гордиан Эйвери, не пожелавший надеть плавки, съехал по серпантину в традиционной мантии и, в результате, плюхнулся в бассейн кулём, причём подол мантии у него почему-то оказался на голове, а на обозрении друзей очутился голый филей. Нижнее бельё многие из представителей старых семей не жаловали. Неизвестно как, но об этом случае прознали очень многие, и впоследствии все желающие опробовать непривычное развлечение безропотно влезали в придуманные Нарциссой рекламные образцы плавок и купальников, потихоньку привыкая не только к новому досугу, но и к новой моде. Разнообразием развлечений волшебный мир своих обитателей не баловал, стоит ли удивляться, что вскоре на компанию «Magicae aquae» обрушился шквал заказов.
  
Северус работал как проклятый и не менее ста раз на день поминал Мордреда, Моргану и противоестественные связи гриндилоу с дементорами. Люциуса Малфоя он тоже костерил постоянно, ведь именно из-за его интриг вместе с желанной работой над созданием заклинаний на него обрушилась лавина хорошо оплачиваемых, но совершенно нежеланных в данный момент заказов на зелья. Понимая, что имя нужно делать, пока возможность сама идёт в руки, Северус крутился, как белка в колесе, стараясь успеть всё на свете.