Королева разрушенных империй (ЛП)

— Если он коснется тебя крыльями, я оторву вторую руку сам. И крылья тоже.
Мы идем в напряженной тишине. Из Совета только Имани осмеливается подойти, подавая Алоросу воду. Остальные демоны наблюдают с любопытством и подозрением.
— Как ты попал сюда? Как нашел нас?
— Коул, — морщится он, когда Эдия прижимает пропитанный моей кровью лоскут к ране. — Он объяснил, как вас найти в случае беды. Я не думал… — его взгляд падает на пол.
  
— Говоришь, они сдержаны пока?
— Да.
— Надолго?
— На день, если не закроем последние порталы в Доме Шабарра. Я закрыл два перед ранением. Они идут за камнем Судьбы Душ. Атакуют Дом Эсагила, на пути к зиккурату. Камень там, в нижнем уровне.
— Им нужен бессмертный, способный взять его. У них есть такой?
— Возможно. Среди них был аптекарь Лазарь из Совета Гильгамеша. У него есть доступ в наш мир. Вы его знаете?
Ашен качает головой.
— Нет, но это не значит, что у него нет доступа. Возможно, прежнее руководство даровало ему права.
Алорос кивает, затем снова опускает взгляд. Его сердце бьется чаще. Он сглатывает.
— Перед моим уходом враг двинулся к вратам Дома Добродетелей. Мы думаем, это отвлекающий маневр, — голос дрожит. — Дома Эсагила и Борсиппы сражаются, чтобы удержать их от Дома Добродетелей. Там слабая защита. Много душ детей. Если враг прорвется, они погибнут навеки.
Тишина. Алорос опускает голову, зажмурив глаза. Ашен смотрит на меня, его губы сжаты.
Запах слез Алороса смешивается с кровью. Он поднимает глаза — в них отчаяние, словно он пытается вытащить мою душу одним лишь взглядом. Не разрывая зрительного контакта, он снимает с шеи массивную цепь с золотым шестигранным кулоном, украшенным лазуритом и рубинами.
— Ключ к скрытым порталам Царства Света.
Я снимаю свой квадратный кулон, держа оба в руках. Они идеально совмещаются — выемки в кулоне Царства Теней созданы для камней шестигранника.
— Давно, прежде чем большинство из нас существовало, наши миры не были врагами. Мы были частями целого. Теперь нам нужна ваша помощь. Мы просим милости Царства Теней.
Я сжимаю кулоны в ладонях.
— И мы поможем, — говорю я. Никто не спорит, но я вижу настороженность в их глазах. Смотрю в душу Алороса, как он смотрел в мою. — Мы будем сражаться за Царство Света.
ГЛАВА 31
— Я вполне способна одеться для боя сама, — говорю я, пока Ашен стоит на коленях передо мной у кровати в нашей оранжерее, что в доме на краю утеса. Мои руки лежат на его плечах, я балансирую на одной ноге, а другую опираю на его согнутую ногу. Его пальцы медленно скользят по моей коже, пока он натягивает первую штанину кожаных брюк на мою икру. Его татуировки светятся мягким светом.
— Знаю. Но так веселее.
— Вообще-то, веселее, когда ты меня раздеваешь.
Ашен улыбается, не отрывая глаз от своей работы.
— Я и это планирую, — говорит он, целуя мое колено. — После победы.
— Если мы победим.
Еще один поцелуй ласкает мою кожу, на этот раз на внутренней стороне бедра, сопровождаемый шепотом на шумерском.
— Kianga gasan, — произносит он, и эти слова согреты теплом его души. Следующий поцелуй, затем еще один, каждый чуть выше, а кожа следует за жаром его губ. — Мы победим, — говорит он.
Тишина затягивается, пока Ашен продвигается выше по моей ноге, его движения полны огня и благоговения. Он не торопится, словно за пределами этой комнаты мира не существует. Но он есть. И на этот раз меня преследует не прошлое. А будущее.
— А если мы не победим? — шепчу я, но Ашен продолжает поклоняться моей коже, невозмутимый. — А если проиграем? А если Царство Света падет?
— Не падет, вампирша, — отвечает он между поцелуями. — Ты слишком упряма, чтобы проиграть.
— А если мы умрем там? Мы воскреснем здесь?
На этот раз Ашен замирает. Его глаза встречаются с моими, а ладонь согревает мое бедро. Он слегка отстраняется, изучая меня.
— Не знаю.
Черт побери. Почему этот проклятый демон не может просто солгать? Это серьезная помеха для моего запасного плана — «секс в зале воскрешения, часть вторая». Видимо, гримаса на моем лице выдает больше, чем я чувствую, потому что Ашен отпускает мою ногу и хватает меня за шею своей рукой, приковывая взглядом.
— Мы не узнаем ответ на этот вопрос, — говорит он.
— Но…
— Забудем о секс-фантазиях, — мурлыкает Ашен, приподнимаясь, чтобы оттолкнуть меня назад, забыв про брюки на моей ноге. — Мы не дадим врагу шанса. А если тебе так нравится Зал Воскрешения, вампирша, просто скажи. Я с радостью нагну тебя на алтаре и буду трахать, пока твои крики не отразятся от стен пещеры.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику. Мурашки покрывают руки.
— Грязный демон, — шиплю я, когда Ашен прижимает меня к матрасу, его губы, на которых улыбка, скользят по моей шее. Синяк расцветает под кожей, когда он впивается в мою плоть. — Мы должны готовиться к войне.
— Мы и готовимся, — говорит Ашен между поцелуями, которые спускаются к моей груди. Он закусывает мой сосок сквозь черное кружево бюстгальтера, отпускает и бросает мне похабную ухмылку. — Я устраняю отвлекающие факторы. Не хочу, чтобы ты увязла в секс-фантазиях во время битвы с Нефилимами.
Я фыркаю, но звук превращается в стон, когда его пальцы скользят по краю трусиков, касаясь клитора сквозь влажную ткань.
— А ты?
— Что «я»?
— Ты же Мастер Войны. Как мне убедиться, что ты... не отвлечешься? Ты уже знаешь, что я неравнодушна к Залу Воскрешения. Может, расскажешь мне одну из своих фантазий, чтобы она не украла твою концентрацию на поле боя?
В груди Ашена раздается низкий рык. За одно мгновение наши позиции меняются, и вот я уже сижу верхом на Жнеце, его член упирается в мои промокшие трусики. Он сжимает мою грудь, двигаясь вдоль моей промежности.
— Хочешь узнать одну из моих фантазий, жена? Тогда отодвинь трусики в сторону и введи мой член в свою киску, и я расскажу.
Моя улыбка полна озорства, когда я двигаю бедрами, дразня его. Скольжу по его твердой длине, и он стонет, его ладони становятся горячее сквозь кружево.
— Мне нравится, когда ты даешь обещания в постели, Жнец.
Ашен медленно проводит пальцем от груди вниз, к животу, затем под край трусиков, покрывая его моей влагой. Он демонстративно подносит палец к губам, задерживается, затем облизывает его и втягивает в рот. Вытаскивает медленно, его взгляд прикован к моему.
— Почти так же, как тебе нравятся мои приказы. Теперь отодвинь трусики, вампирша.
Как бы мне ни хотелось, чтобы он наполнил меня и утолил жажду, я обожаю дразнить этого мужчину.
— Я могла бы сейчас быть такой строптивой, — шепчу я с грешной ухмылкой.
— Но не будешь.
— Ты так думаешь?
Ашен качает головой, уголки его губ растягиваются в такой же озорной улыбке, когда он складывает руки под головой, будто у него куча времени. Я сильнее прижимаюсь к его члену, но, кроме учащенного сердцебиения, в нем ничего не меняется.
Я слегка отстраняюсь и смотрю на Ашена с подозрением, проводя пальцами по рельефу его пресса.
— Что ты задумал, демон?
Ашен пытается сдержать самодовольную ухмылку, но не может скрыть искры в глазах.
— Я кое-что понял, наблюдая за своей вспыльчивой и жестокой женой.
— Мне нравятся комплименты. Продолжай.
— Она не просто рада сюрпризам. Не просто любит их. Она их обожает.
Он прав. Когда они от него, я действительно люблю его сюрпризы.
— Так что, ты... подкупишь меня, чтобы я вела себя хорошо?
— Скорее, осыплю древнюю и могущественную бессмертную дарами, пока она не исполнит мое желание — то есть, хоть раз подчинится моим приказам.
  
Я кусаю губу, чтобы скрыть улыбку.
— Осыплешь, говоришь? Чем именно?
Ашен тянется к краю покрывала, сбрасывая подушки на пол, и откидывает его, открывая ряд черных коробок. Он пододвигает одну к нам, и моя улыбка расцветает, когда я вижу огромный бант и открытку с аккуратными золотыми буквами его почерка.