Такие лжецы, как мы (ЛП)

Каллум мягко смеется.
— Милая маленькая попка. Теперь используй свои слова и манеры. Я не дам тебе то, что ты хочешь, пока не попросишь об этом вежливо.
Как он так со мной поступает?
Как он может подчинить меня своей воле, используя лишь грязные разговоры и сильные пальцы?
Какое-то время я борюсь с собой, но потом решаюсь и шепчу: — Пожалуйста, Каллум, я хочу, чтобы ты трахнул меня в задницу.
  
Каллум наклоняется, берет мою челюсть в руку и поворачивает лицом к себе. Заглядывая мне в глаза, он говорит хриплым голосом: — Хорошая девочка. Ты мой идеальный питомец, и я обожаю тебя.
Он нежно целует меня, затем отпускает мое лицо и выпрямляется. Держа одну руку на моей пояснице, он переливает что-то в другую руку из маленького металлического контейнера в нише на стене.
— Органическое кокосовое масло, — объясняет он, размазывая его по моей попке. Затем медленно вводит в меня указательный палец. Когда я стону и вздрагиваю, он шепчет: — Черт возьми, женщина.
Он добавляет еще один палец и одобрительно мычит, когда я задыхаюсь и выгибаю спину.
Мое лицо горит, сердце колотится, а тело дрожит. Глаза закрываются.
Каллум осторожно вводит и выводит пальцы из моей попки в течение нескольких мгновений, пока клитор не начинает пульсировать, а соски не начинают болеть. Я не могу больше терпеть и свешиваю голову, упираясь лбом в руки, пока горячая вода стекает по спине и ногам, а внутри меня все дрожит.
— Пожалуйста, — умоляю я прерывающимся шепотом. — Ты мне нужен.
Выдохнув со стоном, он говорит: — Боже, детка, я так долго ждал, когда ты это скажешь.
Он сменяет пальцы на налитую головку своего члена и медленно вводит его в меня.
Я кричу.
Каллум скользит рукой между моих ног и поглаживает клитор, начиная нежно входить и выходить из попки, пока он пальцами ласкает киску. Я широко раскрываюсь вокруг него, задыхаясь от удовольствия, которое проходит по грани боли.
И когда он начинает проникать все глубже, произнося хвалебные слова и грязные ругательства, я отпускаю все колебания, стеснения и страхи и полностью отдаюсь ему.
Я всхлипываю с его именем.
Он стонет, обхватывает мои бедра и наваливается еще сильнее.
— Приготовься принять это, детка. Приготовься принять все.
Я испытываю оргазм, когда эти слова эхом отдаются в моих ушах, а наши совместные крики наслаждения отражаются от стен душевой.
После этого я нахожусь в таком оцепенении, что Каллум вытирает меня полотенцем и укладывает обратно в постель.
Он натягивает на меня одеяло и целует в лоб.
— Я распоряжусь, чтобы прислали еду. А пока отдыхай.
Муж делает паузу, гладя рукой мои влажные волосы. И если я еще раз застану тебя без кольца, дорогая, тебе не поздоровится.
Каллум смотрит мне в глаза, чтобы предупреждение дошло до меня, и я понимаю, что он настроен серьезно. Затем он поворачивается и голым направляется в ванную комнату, насвистывая песню из «Розовой пантеры».
Я буду злиться на него позже. Сейчас я слишком вымотана.
Не знаю, сколько времени я дремала, но, когда просыпаюсь, на письменном столе меня ждет поднос с едой и чашка кофе, а также бриллиантовое кольцо на фарфоровом блюде.
Там же лежит рукописная записка от Каллума.
Я хочу привязать твои ноги к кровати, связать руки над головой,
укусить за шею и зарыть свой член в твое великолепное тело.
Оглядывая пустую спальню, я вслух задаюсь вопросом: — Какие витамины принимает этот человек?
Он оставил черный шелковый халат на стуле у письменного стола. Я надеваю его, завязываю пояс на талии и зеваю. Отпив глоток кофе, я с удивлением обнаруживаю, что он горячий.
Должно быть, его только что доставили.
Осматриваю потолок над кроватью, размышляя, нет ли там камеры, но он чистый.
Я спорю с собой, стоит ли мне завтракать, но решаю, что сейчас у меня нет сил на борьбу. Мое тело болит и ноет, а мозг превратился в творог. Я расскажу о своих предпочтениях в еде лорду поместья, когда увижу его в следующий раз.
Покончив с яйцами-пашот и тостами с маслом, я босиком пробираюсь по коридору в гостевую спальню. Одеваюсь, закручиваю волосы в пучок и беру с комода сумочку. Спустившись вниз, я застаю Арло на кухне с шеф-поваром, грузным пожилым мужчиной с приветливым загорелым лицом.
— Доброе утро, миссис МакКорд, — говорит Арло, поднимая глаза от газеты. Он сидит на табурете у большого острова с чашкой черного кофе, но встает, когда я вхожу.
— Пожалуйста, не вставай. Я не королевская особа.
— Здесь — да.
Смутившись, я отмахиваюсь от него.
— И тебе доброго утра. И я уже просила тебя называть меня Эмери. Мы не должны придерживаться формальностей.
Я поворачиваюсь к шеф-повару и улыбаюсь: — Привет.
— Доброе утро, миссис МакКорд. Я Дэниел. Рад познакомиться с вами. Как вам завтрак?
Он кажется таким искренним и добрым. Я не хочу ранить его чувства, рассказывая, что подумывала выбросить его еду в окно, поэтому улыбаюсь и говорю, что все было замечательно.
Смотря с облегчением, он улыбается.
— Приятно слышать. Если у вас есть какие-то диетические ограничения или пожелания, просто дайте мне знать.
— Обязательно, спасибо. Арло, ты видел Каллума?
— Да, он только что уехал в офис.
Почему я разочарована?
— И где же это?
— «Уилшир Гранд» в центре города. McCord Media занимает десять верхних этажей здания.
— Понятно. — Я неловко замираю на мгновение, осознавая, как странно, что я понятия не имею, где работает мой муж, и не зная, что еще сказать. — Ну, я пошла в магазин. Хорошего дня, ребята.
Арло говорит: — Я пойду за вами в гараж. Вам понадобятся ключи от той машины, на которой вы хотели бы поехать сегодня.
Я глажу свою сумочку.
— У меня здесь ключи. Я беру свой VW.
Когда Арло колеблется, глядя на меня исподлобья, у меня замирает сердце.
— Что?
— Боюсь, мистер МакКорд распорядился утилизировать его.
— Что?
— Да. Думаю, он посчитал, что вам небезопасно водить эту машину и приказал убрать ее с территории сегодня рано утром.
Я стою с колотящимся сердцем и скрученным от неверия желудком.
— Но это была моя машина! Он не имел права так поступать! Он не может так поступать!
Шеф-повар вежливо извиняется и исчезает за дверью кладовки.
Арло тихо говорит: — Простите, миссис МакКорд, но дело уже сделано.
Я хочу вырвать все свои волосы. Хочу ломать вещи и кричать. Но вместо этого закрываю глаза и глубоко дышу через нос, напоминая себе, что Арло ни в чем не виноват. Если я устрою срыв на его глазах, это ничего не решит.
Открыв глаза, говорю: — Арло, ты мне нравишься. Но если ты еще раз назовешь меня миссис МакКорд, мне придется изменить свое мнение.
Выхожу из кухни, дыша огнем. Когда добираюсь до гаража, то прищуриваюсь и осматриваю ряды роскошных спортивных автомобилей, прикидывая, какой из них будет веселее всего помять.
Арло подходит ко мне и протягивает связку ключей. Он небрежно говорит: — Этот черный Bentley — один из его любимых... Эмери.
Мы смотрим друг на друга.
Я беру ключи и одариваю его невеселой улыбкой.
— Думаю, мы с тобой отлично поладим.
Когда я выезжаю с проезжей части и резко поворачиваю на улицу, то задеваю бордюр.
Я никогда не думала, что звук бетона, разрушающего дорогие алюминиевые обода, может быть таким приятным.
  
Когда подъезжаю к магазину, Сабина уже ждет меня на улице. Я паркуюсь, надеясь, что в мое отсутствие Bentley не подвергнется вандализму.