Нам здесь (не) жить (СИ)
Однако новости о грядущей Волне Бедствия заставили меня скорректировать планы. В лучшую сторону, причём лучшую для всех — и для меня, и для Ре-Эстиза. Во-первых, твари Волны годятся на жертвоприношение не в меньшей степени, чем горожане. Во-вторых, пока герои Э-Рантеля будут заняты борьбой с Волнами, им будет не до меня и моего маленького гешефта. В-третьих, при некоторой ловкости рук я даже смогу выставить себя спасителем в глазах крестьян и аристократов. Вы сражаетесь с Волнами, я сражаюсь с Волнами — так какие ко мне вообще претензии? Я превратился в лича? Так это чтобы лучше сражаться с Волнами! Каждый использует те методы, которые ему доступны, у меня они вот такие. Зуранон? Не знаю никакого Зуранона, я тихий исследователь-одиночка.
Блестящий план… который пошёл василиску под хвост из-за одного долбаного взмаха мечом одного долбаного паладина! Я не знаю, КЕМ надо быть, чтобы остановить Волну с одного удара, мне даже думать о такой силе страшно. И не мне одному — руководство Зуранона тоже на головах ходит вторые сутки кряду. Мне они явно предназначили роль жертвенной пешки в разведке боем — я должен умереть, выманив этого неведомого воителя на себя, чтобы старшие личи могли к нему нормально присмотреться и выработать план.
Они понимают, что я с таким подходом согласен не буду. Я не какой-то обычный культист-фанатик. У меня есть цель, и пока она не достигнута, по-настоящему умирать я не имею права. Стать нежитью — да. Окончательно исчезнуть из этого мира — нет.
Поэтому руководители культа будут всячески преуменьшать опасность неведомого рыцаря, а я — наоборот, преувеличивать. Вот только преуменьшить силу, по сути, бога, не впав в откровенную и заметную невооружённым глазом ложь, будет нелегко. А вот у меня есть железобетонный повод шарахаться от любой тени.
Вот только как бы втолковать сложившийся клубок проблем Клементине? Эта маньячка не желает ничего слышать о мирном или хотя бы менее кровавом решении проблем! Она примкнула ко мне с единственной целью — убить как можно больше людей. При этом просто убить её саму я не могу себе сейчас позволить. Во-первых, успех не гарантирован, во-вторых, даже при успехе я потрачу на бой с ней слишком много ресурсов, и в-третьих, других столь могущественных союзников у меня нет. Жертвовать ею и значительной частью своих культистов в преддверии возможного конфликта со старшими братьями было бы слишком расточительно.
Так что когда она сунула мне в руки Корону Мудрости и потребовала указать ей адрес Энфирии Барела, я с трудом удержался, чтобы не выругаться — хотя не использовал нецензурную лексику уже лет двадцать, полагая её недостойной образа старшего некроманта. Талант Энфирии по-настоящему уникален, я следил за ним с момента рождения и имел весьма обширные планы на использование этого молодого человека уже после моего превращения в лича. Да, само превращение использование Короны сделает куда более быстрым и безопасным, но после этого Энфирия уже не будет пригоден ни для чего другого!
— Думаю, этот талант нам стоит придержать для более ценного трофея, — я покачал головой с сомнением и рассказал ей об инциденте с остановкой Волны. — Такое можно проделать только с помощью чрезвычайно могущественных артефактов, вероятно, божественных. А такие артефакты кому попало в руки не даются. Если мы сможем их захватить и заставить работать, то окажемся на одном уровне с Зураноном и Чёрным Писанием. По чистой силе на одном уровне, конечно, не по опыту… но и этого будет достаточно, чтобы к нам отнеслись серьёзно, а не списывали в местечковой драке.
Клементина облизнулась.
— Умеешь ты искушать, старик… Но для этого паладина надо сначала выманить, а потом победить, не так ли?
— В точку. Выманить его проще всего как раз ложной «Спиралью смерти». Если он ещё здесь, то не сможет не среагировать, когда все остальные средства защиты города окажутся бесполезны. У них у всех пунктик на защите от нежити, сильнее они ненавидят только демонов, и то не факт. Что до победить… конечно, в открытом бою мы все такому воину не противники, даже вместе взятые. Не строй гримасы, ты сама это понимаешь. Это враг уровня КАПИТАНА Чёрного Писания, а не девятого места. Но если связать его боем при помощи магии и костяных драконов, у тебя будет шанс украсть нужный предмет и быстро отступить. Я же симулирую свою гибель и объявлюсь где-нибудь через месяц в другом государстве.
— Очень опасно, но… может сработать, — кивнула воительница. — Я могу привлечь ещё один козырь, о котором не знаешь ни ты, ни он… Но что ты будешь делать, если мертвяки нападут на город, а паладин так и не объявится? Разве не лучше на этот случай держать под рукой Корону с носителем, чтобы если что быстро превратить ложную «Спираль смерти» в настоящую?
— Вот что, — решил я, поразмыслив пару минут, — сыграем в доброго и злого инквизиторов. Ты украдёшь Энфирию, но украдёшь осторожно. Посторонних можешь потрошить хоть десятками, если они окажутся на дороге, но его родню и друзей не трогай — максимум обезвредишь лёгкими ранами… Знаю, знаю, что тебе это против шерсти, но так надо, ставки слишком высоки. Дашь ему понять, что ты работаешь на Зуранон — я дам тебе пару культистов в сопровождение, для правдоподобия — но ни слова лично обо мне. Спрячь мальчишку где-то в безопасном месте и держи под охраной. Если нападение на город пройдёт успешно и без неожиданностей — в последний момент наденем на него Корону, она понадобится после третьей фазы «Спирали», к тому времени в Э-Рантеле будут одни мертвецы. Если же этот проклятый паладин всё-таки объявится, и нам удастся завладеть его артефактами — я явлюсь лично в роли спасителя. Прогоню тебя, отругаю культистов за ненужную жестокость и попрошу его о помощи — в том числе и против Зуранона.
Клементина поморщилась.
— Слишком скучно… но ради таких блестяшек я могу потерпеть. Только чур сидеть с пленником будут твои зануды! Я хочу быть в городе, когда начнётся самое интересное! Пока зомби жрут мирняк, я буду искать и убивать высокоранговых авантюристов. Согласись, разве не круто? Так и мне будет веселее, и тебе легче взять город!
— Пожалуй, — с деланной неохотой согласился я, внутренне сдерживая ликование. Всё шло как нельзя лучше!
В следующую секунду Корона Мудрости исчезла из моих рук.
* * *Ко стыду своему, я даже не сразу понял, что вообще произошло. К моей чести — Клементина тоже. Я подумал, что имею дело с каким-то невероятно ловким и умелым вором, а она — что использована какая-то магия, возможно, вложенная в Корону Мудрости заранее, как раз на такой случай. Потому что в СВОЕЙ области каждый из нас был уверен в невозможности подобного. Я не ощутил ни малейшего колебания магии, а она — никаких следов постороннего присутствия или использования боевых приёмов. Только суммировав впечатления, мы поняли, что случилось что-то действительно невозможное.
Естественно мы тут же перекрыли все выходы и очень тщательно обшарили каждый уголок базы. Естественно, это ничего не дало — в плане поисков пропажи и нарушителя. Бесценный артефакт Суршаны как будто просто… растворился в воздухе.
Зато мы нашли кое-что другое. Прикреплённую к платью Клементины (!) адамантовой булавкой (!) записку на священном языке Теократии (!!!):
НЕ ИГРАЙТЕ С ВЛАДЫКОЙ ТАЧМИ.
* * *— И что ты собираешься с этим всем делать? — спросила Клементина на следующий день, немного успокоившись, для чего ей потребовалось прирезать десяток каких-то невезучих авантюристов.
— Вещи собирать, — ворчливо, но правдиво ответил я. — Кто бы это ни устроил, мне с ним не тягаться, а намёк предельно ясен.
Эвакуировать костяных драконов, все гробы с готовыми к поднятию скелетами и зомби, и главное сокровище — гроб матери, через пару границ будет непросто. Но я справлюсь, плох тот некромант, у которого нет резервных путей отхода.
— Значит, ты боишься гнева этого паладина и тех, кто с ним связан? А гнева своих наставников не боишься?