Нам здесь (не) жить (СИ)

— Келарт, давай в казармы. Я останусь при Её Величестве. Паладинами там командует Густав, он знает, что делать. Ты проследи, чтобы жрецы вовремя собрались и наложили все нужные благословения. Сбор на площади через двадцать минут.
Первое правило любого паладина — не знаешь, кто виноват, матери жреца — не ошибёшься. С одной стороны, сражаться без их благословений, изгнаний и призывов… ну, не то чтобы совсем невозможно, мы и сами всё это умеем, но в сотню раз сложнее — точно. С другой — о военной дисциплине у них ну очень странные понятия, и всё, что можно испортить под вражеским огнём, они испортят. Вовремя мобилизовать своих жрецов и расположить их на поле боя таким образом, чтобы они, с одной стороны, могли кастовать непосредственную поддержку, а с другой — не оказались в гуще сечи, где их мгновенно зарубят — целое искусство.
  
Гораздо удобнее с клериками — то есть жрецами, обученными искусству боя. Они немного слабее в святой магии, чем «чистые» жрецы, но по крайней мере понимают в тактике и знают, что такое стоять насмерть. Но наладить стабильное обучение клериков за двести лет так и не удалось — это таланты-одиночки, никто не знает, от чего зависит их появление.
Вот и сейчас, глядя как неуклюже и медленно сестра побежала в сторону казарм, мне захотелось на неё наорать. Она же налегке, без доспехов, любой паладин в такой одежде двигался бы минимум вдвое быстрее!
Я успокоила себя, напомнив, что сестра точно так же мысленно материт меня во время любых переговоров — стереотипный паладин столь же неуклюж в политике, как и стереотипный жрец на поле боя, и я не была исключением.
Пока что никакого врага рядом не было видно, но я всё равно постаралась встать ближе к Калке с наиболее вероятного направления атаки. Даже если твари Волны появятся позже, у нас где-то в городе бродит истинный вампир, да и дворяне, недовольные Святой Королевой, могут счесть, что это удобный момент для покушения. Ко мне подбежала оруженосец Нейа Бараха и я велела ей высматривать возможных стрелков на крышах и в закоулках — мечник из ней так себе, но глаза у этой девки непревзойдённые.
А потом я оказалась в полной темноте.
* * *
Тьма сгустилась примерно за полсекунды — будто кто-то выключил магический светильник, только на улице был день. Очертания предметов погасли и исчезли. Это была не просто темнота, как ночью, а абсолютный, непроглядный мрак. Я не могла рассмотреть даже собственных рук.
— Лайт! — услышала я заклинание Святой Королевы, но ничего не произошло. Ни малейшая искорка света не пробила эту тьму. Испуганные крики доносились со всех концов площади, похоже, тьма накрыла не только нас двоих.
— Диспел Мэджик! — тоже никакого эффекта.
— Вы не то кастуете, — голос раздался почти над ухом и я инстинктивно рубанула туда, потому что узнала его. Проклятый вампир ещё и поиздеваться пришёл — во мраке мы были перед ним совершенно беспомощны!
Клинок встретил только пустоту — он без труда уклонился как от моего слепого удара, так и от выстрела Нейи.
— Это не магическая тьма и не заклинание ослепления, — продолжал Меконгава как ни в чём не бывало. — Это физический эффект. Свет этих зелёных звёзд выжигает сетчатку. Соответственно, противостоять ему можно только исцеляющими заклинаниями и зельями.
— Масс Хилинг Ворд! — послушно произнесла Калка. Я готова была выть от отчаяния… но тут мрак действительно стал рассеиваться и к своему великому удивлению я снова увидела площадь и в панике мечущихся по ней людей.
Почему он сказал правду?! Даже если он в самом деле боится этого паладина — Волна была самым удобным поводом всё списать. Он мог сожрать меня, сделать куда более ужасные вещи с Калкой — ослепшие, мы бы не представляли для него никакой угрозы. А потом просто сказать, что это сделали твари Волны, а он спешил на помощь, но не успел. Свидетелей, способных это опровергнуть, не осталось бы.
Святую Королеву, однако, волновали совсем другие вещи:
— Вы хотите сказать, что сейчас ослепли все, кто видели этот зелёный дождь? Во всём городе?!
— Да. И поскольку звездопад продолжается, через пять минут вы ослепнете снова и понадобится ещё одно исцеляющее заклинание.
Я нервно сглотнула. В мирное время это бы вообще не было проблемой — за два-три дня можно вернуть зрение всем. Но прямо сейчас — у нас нет такого количества жрецов и паладинов, большая часть горожан останется совершенно беспомощной до конца сражения, и когда появятся твари Волны… для них это будет просто накрытый стол! Хорошо ещё, если мы успеем вовремя излечивать всех солдат!
— Мне нужно подняться на верхнюю башню дворца, — решительно сказала Калка. — Я по крайней мере смогу предупредить всех о том, что случилось и как реагировать в этой ситуации. Иначе в панике горожане могут покалечить друг друга.
— И паладины и жрецы должны знать, как с этим бороться, — кивнула я.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — кивнул монстр.
Прежде, чем я или Королева успели запротестовать, он выпустил пару огромных крыльев летучей мыши, подхватил Калку на руки и в несколько взмахов перенёс её на вершину башни. Несмотря на нестерпимое желание его убить, вызванное этим зрелищем, я не могла не признать, что так действительно быстрее, чем подниматься по лестнице.
Голос Святой Королевы, доносящийся во все концы города через Трубу Вещания, поразительным образом успокоил горожан. Все замерли, прислушиваясь к ней, ужас на лицах постепенно сменился пониманием и умеренным здоровым испугом. Конечно, им было страшно, но по крайней мере, неизвестность исчезла, а она пугает больше всего. Когда Калка разъяснила, что эта травма вполне лечится одним заклинанием, и что необходимые медицинские услуги будут предоставлены всем за счёт государства, некоторые и вовсе с облегчением вздохнули. Перетерпеть пару часов или даже дней темноты — не самое страшное испытание. Правда, оставался вопрос, кто или что в этой темноте может встретиться…
Жрецы и паладины тут же взялись за работу, исцеляя друг друга, чтобы как можно скорее вернуться в боевую готовность. Доносившиеся с разных сторон радостные возгласы прозревших, когда магия работала, ещё больше подбодрили народ.
Но в то же самое время между зелёными звёздами стали заметны тёмные пятна, которые, свободно проходя сквозь щит, приземлялись на городских улицах. Некоторые появились прямо на площади, где я всё ещё ждала подхода своей роты. Я ничего подобного в жизни не видела. Высокие, тощие тёмно-зелёные монстры, на трёх коротких ногах, исходящих из одного основания, с вытянутой головой без следов глаз или рта… Или… погодите-ка… Это же были растения! Нас атаковали ходячие растения?!
То, что сначала показалось мне головой, на самом деле представляло собой бутон единственного огромного цветка. «Ноги» на самом деле были корнями, а длинные худые туловища — это стебли.
Ни одно из растительных чудовищ не пошло ко мне — зато все активно двинулись в сторону ближайших горожан, которых на площади оставалось немало. Я не собиралась ждать и смотреть, каким образом они нападут, не имея ни зубов, ни когтей. Будь они хоть растения, хоть камни — мой долг защищать от них людей! Полсекунды, чтобы прикинуть траекторию от ближайшего к самому дальнему — и я сорвалась с места.
Взмах мечом без особого труда рассёк травянистый стебель, снеся растению «голову». Однако оно продолжало целенаправленно ковылять к избранной жертве, будто не заметив, что стало короче. Пришлось срезать его ещё раз, у самого корневища. Только после этого оно замерло.
  
Со вторым монстром я была умнее, и чтобы не тратить времени, ударила сразу в нижнюю часть, у корня. Как оказалось — зря. Срезанный стебель упал в мою сторону, и из цветка мне прямо в лицо выстрелило что-то длинное, гибкое, похожее на кнут. Лицо загорелось нестерпимой болью и я поняла, что снова ничего не вижу. Закружилась голова, меня всю затрясло. Я поспешно применила на себя исцеление от яда. Угадала — хлыст растения был ядовитым, так что святая сила помогла. Но если бы я ошиблась и это было проклятие — я бы не успела использовать исцеление вторично, эффект был очень быстрым. Впрочем, он так же быстро и прошёл.