Вечное утро (СИ)

Вид родной земли, разорённой, разрушенной неизвестным противником, заставлял драконессу ощущать почти физическую боль. Двигаясь медленнее, она оглядывала всё чаще встречающихся мертвецов, надеясь, что раны некоторых могут быть не совсем смертельными — запасённой энергии хватило бы на лечение, восстановление тела, если бы только отыскать хоть кого-то, в ком теплилась бы жизнь…
Рарека подошла к краю площадки и присмотрелась к городу внимательнее. Увиденное повергло в ужас и шок ещё глубже. На пепелище, среди руин и развороченных улиц играли дети. Детёныши антов, маленькие сородичи Рареки, качались на колокольной верёвке, смеясь под адскую какофонию. В растоптанных огородах мохнатые дракончики играли в салки вслепую, нахлобучив на головы вёдра и выеденные тыквы, другие гонялись за птенцами в загонах и ловили их в мешки.
Кто это были — дети убитых или дети завоевателей, пришедшие вместе с родителями и теперь наслаждавшиеся последствиями их победы? Почему они так радуются, когда вокруг разруха и мёртвые тела?
Пугаться незнакомки, подлетевшей к ним, драконята не спешили. Один из них, заметив Рареку, коротко взрыкнул и тут же два или три детёныша покрепче оставили игры и с интересом стали рассматривать драконессу.
— Что здесь произошло? — слетела она к ним с единственным вопросом, который крутился у неё в голове.
— Ничего, матушка, всё в порядке! — ответили ей невинным тоном, словно озорные хулиганы, перепрятавшие конфеты, чтоб иметь к ним доступ без разрешения. — Никто не убился, а играть нам разрешили…
— Ну, Зацепка с Царапкой стали мертвечину есть, — одна из девочек сняла бадью с головы, — но они же почти не прирученные, как мы им прикажем?..
По говору юнцов Рарека поняла две вещи. Первое — это почти наверняка дети антов, значит, скорее всего напали с севера… Второе — что рядом бродят какие-то твари, поскольку вряд ли «Зацепкой» и «Царапкой» могли называться драконы. Битвы на арене против тварей из иных миров научили самку с вниманием относится к деталям, и она быстро повернулась, разыскивая взглядом «неприрученных» существ.
Девочка быстро выдала «виноватых», показав хвостом на главную площадь, где трупик домашнего бреха обгладывали двое собачьих породы крупнее… Наверное, со взрослого дракона ростом. Уурры, четвероногие хищники, мускулистые и с волнистыми узорами на шерсти… Они и в самом деле считались дикими и вообще не поддающимися дрессировке, в отличии от их собратьев брехов.
— Девиц, может, отвадишь их, пока не вертались старшие и не навернули нам по самые праздники? — мальчик с крапчатой шерстью предложил с неожиданной бойкостью. — А то нам за ними следить наказали, а мы… Если б не перуница, кто бы нам доверил?
— Сначала вы скажите, что здесь произошло, — велела самка, оценив расстояние и решив, что даже в случае нападения она успеет взвиться в воздух. А детёнышей, похоже, почти прирученные уурры не трогали.
Дети переглянулись и состроили скучающие физиономии, отчитываясь как перед учителем:
— Вы, взрослые, решили, что наступило «Утро новой эпохи». Наш Светлый Предок Перун объявил войну за отвоевание наших исконных территорий. Анты никогда не нападают, но защищают земли, отнятые лживыми демиургами [здесь — теократические правители Светлых, обитающие в ином слое этой реальности] и врагами в прошлом, например, весь материк Хардол. И кто больше всего защитит, тому дадут высокую варну и у него будет всё в этой жизни, и земля, и достаток, и честь, а в следующей он вознесётся до мощного духа, а кто навоюет мало, тот пойдёт в варну слуг и всё отдаст храбрым защитникам Родины, и будет у них работать. Вот, мы и воюем, видишь, всех тут победили! Нас здесь оставили жить, а остальные полетели южнее, другие города брать.
У Рареки слегка закружилась голова. Вот тебе и возвращение на родные земли… Как оказалось, Антея пододвинулась куда ближе, поглотив город Светлых и перебив всех его обитателей ради бредовой идеи, которая куда больше подошла бы корпорациям Ардина. Но эту проблему пока никак нельзя было решить, а помощи со зверями дети всё ещё ждали. В конце концов, несмышлёные потомки не виноваты в ошибках родителей, и, кажется, даже не полностью принимают их поступки.
 
— Убивать их не надо, так полагаю… — ещё раз посмотрела Рарека на двух зверей, что объелись и с ленивым раздражением стали оглядываться, будто ища, к чему ещё прицепиться.
— Они же наши, значит, даже нельзя, — заключила девочка.
— Нужно их где-нибудь запереть… — Рарека беглым взглядом осмотрела руины, ища хоть что-нибудь, что сгодилось бы на роль западни для уурров. Требовались крепкие стены и наличие хотя бы подобия двери… Или вон тот карниз, который держится на честном слове и может завалить выход из дома, на первый взгляд, кажущегося вполне целым. Погром они в доме устроят, но… с этого никто не спросит.
— Взлетайте на ту крышу и по моему крику ломайте навес, — Рарека показала носом на нужное строение. Дети охотно включились в новую игру — их появилось на крыше, кажется, даже больше, чем было тех, с кем Рарека разговаривала. Сама Рарека вышла на площадь, ощущая себя на гладиаторской арене под взглядами злых зверей и множества зрителей.
Хотя уурры были сыты и ленивы, появление неизвестной самки произвело на них должное действие — они вытянули шеи, оскалились и стали медленно подниматься с земли, разминая мышцы, словно готовясь преступить к наскучившему, но обязательному делу.
— Вот самим же не хочется… — Рарека покачала головой, глядя на них. — Вас-то какой Перун заставляет?
— Ну и богохульство! — воскликнули с восхищением с крыши. — Мне б за такое мама бы ухо отгрызла!
Ууры, наконец, среагировали на наглую соседку по территории. Но вместо того, чтобы бежать напролом, разбежались врассыпную, собираясь внезапно выпрыгнуть из застройки и взять в тиски. Рарека воспользовалась мгновением, юркнула в дом и стала искать лестницу к взлётной площадке на крыше.
Внутри дом выглядел гораздо хуже, чем снаружи — обломки встречались под лапами, что-то осыпалось с потолка, да и рычание уурров заставляло спешить и ошибаться. Лестница оказалась поломанной, Рарека раскрыла крылья и подлетела в воздух, затем приземлилась на уцелевшую ступеньку… И едва устояла на ней, так как она с треском переломилась и задняя лапа Рареки, царапаясь об дерево, оказалась внутри лестницы.
Треск и невольный крик послужили достаточным сигналом, чтобы дети обрушили потолок сеней, но один из хищников уже ворвался в дом — второго погребло под завалами, впрочем, не сильно ему повредив, только больше взбесив. Второй, ещё более злой за собрата, заверел погромче того и кинулся на Рареку, собираясь выдрать её из лестницы пастью. Крылатая ещё думала, как извернуться, чтобы отбиться, когда из дальней комнаты показалась другая мохнатая драконесса. Не антейка — слишком короткая шерсть и слишком хаотичные узоры на шкуре. Выглянув из-за двери, она сначала отпугнула зверя энергетическим огнём, запущенным ему в морду, а потом подбежала к Рареке, выдрала зацепившую её доску и подтолкнула наверх, сама за ней последовав.
Не тратя время на благодарность — да и опасности они ещё не избежали — Рарека выскочила на взлётный балкон, слегка накренившийся, но, к счастью, выдержавший вес двух драконесс. Расправив крылья, обе самки взвились в воздух и направились к крыше ближайшего дома, в то время как за их спиной рушилось дерево, так как детёныши продолжали баррикадировать вход в дом. От одного уурра они точно на время избавились…
— А почему вы город захватили, но бросили? — внезапно спросила спасительница, накапливая новый заряд сияющей оранжевым энергии в ладонях.
 
— Чего?! — Рарека не могла так быстро перестраиваться с драки на диалог.
— Зачем антам город, если они им не пользуются? Куда улетели все ваши, кроме птенцов?
Мощность заряда всё возрастала, и Рарека поняла, что самка ещё не выбрала для него цели. На месте мишени в любой момент могла оказаться она сама, потому нужно было отвечать, и срочно!