Любовь не для меня!

И Кэрри сдалась, переоделась, добавив для полноты картины лихую соломенную шляпку и натянув на ходу белые кружевные перчатки: переодеваться так переодеваться! Она стремглав выскочила на лестницу, но, когда Майкл обернулся, замедлила шаг и, словно у нее в запасе была целая вечность, лениво сошла вниз. Лицо Майкла было в тени, и, даже если бы ее это интересовало, она не смогла бы рассмотреть его выражения.
  
— А сейчас мы пойдем и попрощаемся с Джулией и Томом, — твердо произнес он.
— Поступи мы так или иначе, они вряд ли это заметят, — проговорила Кэрри с нескрываемой горечью.
— А вы бы хотели, чтобы было иначе? — В его словах звучал упрек, и щеки Кэрри покрылись красными пятнами. — Но если бы Гарри Клейтон бросился в ваши объятия, вместо того чтобы, испортив совершенный сценарий, явиться со своей молодой женой, вы были бы в состоянии заметить больше?
— Как вам удается быть таким невыносимым?
— Это потребовало от меня многих лет практики.
— Не скромничайте, мистер, — горячо заметила Кэрри. — У вас просто врожденный талант.
Он приподнял брови.
— Осторожнее, мисс Сладость, вы показываете коготки!
Она стиснула зубы, решив не поддаваться на явное поползновение вывести ее из себя. Почему он относится к ней с такой неприязнью? Даже если Джулия сказала ему, что Кэрри хочет помешать свадьбе, неужели он не знает, что представляет собой его сестра? Кэрри в этом не виновата, так почему же она у него вызывает такую злобу?
Но в одном он прав. Отец почти не разговаривал с Кэрри после ее попытки открыть ему глаза, и она едва ли смогла бы еще больше ухудшить их отношения. И в этом не было его вины. Как и во многом другом…
Поэтому бедняжка глубоко вздохнула и взяла себя в руки, сознавая, что, с тех пор как появился Гарри со своей женой, ее жалкий вид наводит всех на печальные размышления. Все головы наверняка повернутся ей вслед, когда они будут пересекать лужайку. Уж лучше улыбаться. Майкл взял ее руку и покрепче сжал — на случай если спутница попытается вырваться.
— Даже не думайте о том, чтобы устроить сцену, Кэролайн. Иначе обещаю уложить вас на колени и как следует отшлепать.
Она изумленно посмотрела на него. Неужели Майкл полагает, что она бросится на траву, колотя по ней пятками, словно избалованный ребенок, потерявший куклу?
— Мне лишь хочется покончить со всем этим, — сказала она. — Как можно скорее.
Однако Майкл, похоже, спешить не собирался. Он останавливался перед каждым новым знакомым и, с чувством пожимая руки, подолгу прощался. Кэрри смогла воочию убедиться, как велико его обаяние. К тому моменту, когда они подошли к отцу, она успела стать объектом множества догадок. Ибо каждый желал узнать, как случилось, что маленькая Кэрри Ховард уходит со свадьбы рука об руку с человеком, за счастье быть с которым любая другая женщина отдала бы все на свете.
  
2
 
Том Ховард обернулся к дочери.
— Вот ты где, Кэрри. Вы уже уезжаете? — в легком замешательстве произнес он.
Кэрри очень хотелось обнять отца и сказать, как она счастлива за него, но ложь застряла у нее в горле. Господи, если бы только она не слышала того разговора!
— Майкл объяснил мне, почему отменяется медовый месяц, — холодно сказала она и быстро отвернулась, увидев болезненный укор в его глазах. — Если бы ты сообщила мне раньше, Джулия, я успела бы все для вас приготовить. — Она слегка пожала плечами. — Впрочем, в холодильнике достаточно еды. Голодать вам не придется.
— Джулия припасла целую корзину деликатесов… — Том взял жену за руку и ободряюще пожал ее. — Она просто удивительная!
— Удивительная! — с тоской согласилась Кэрри.
Долгие, трудные пять лет она поддерживала отца и всячески помогала ему, пока в конце черного туннеля депрессии не забрезжил свет, и он не смог снова жить и работать, как прежде. А Джулии было достаточно поднять телефонную трубку и заказать еду в дорогом ресторане — и она уже удивительная! Впрочем, Джулия скоро поймет, что жизнь здесь вовсе не ложе из роз, как она, возможно, себе представляла.
Между тем объект ее размышлений спокойно беседовал с Майклом.
— Я знаю, остается много вопросов.
— Не волнуйся. Просто забудь обо всем, кроме себя и Тома. — Майкл поймал скептический взгляд голубых глаз Кэрри и выпрямился. — Мы едем? — резко спросил он.
— Если вы закончили, — пробормотала она и неохотно подчинилась ритуалу целования щек.
— Кэрри… — Джулия заколебалась, словно собираясь сказать что-то важное, но лишь покачала головой. — Ничего. Просто… желаю тебе хорошенько повеселиться. У тебя было не так-то много развлечений…
Развлечения! Это слово насмешкой звенело в ее ушах, пока они шли обратно к дому.
— Майкл… — Оклик сестры заставил его обернуться.
— Идите в машину, Кэролайн. Я присоединюсь к вам через минуту.
Кэрри направилась к роскошному «даймлеру», блестевшему серебром под щедрым летним солнцем, но не остановилась около него, а продолжала идти, пока не оказалась в прохладной тени гаража. Ее машина стояла в дальнем конце. Забравшись, она вставила ключ зажигания и повернула его. Мотор послушно заурчал, но тут же заглох. Кэрри попробовала снова. Ужас охватил ее. Она дрожала, и пальцы соскользнули с ключа, когда она попыталась в третий раз стронуть машину с места.
Дверца рядом с ней открылась, и Кэрри откинулась на сиденье, смирившись с поражением.
— Что вы сделали? — спросила она.
— Я предугадываю все ваши действия. — Майкл облокотился на крышу ее «мини-купера». — Боюсь, ваш автомобиль неисправен.
Секунду она с недоумением смотрела на него.
— Как вы узнали?
— Вы соврали, говоря о своем багаже. А поскольку вы собирались удрать, вполне естественно было поискать его здесь. Я уже перенес вещи в свою машину. — Он отступил назад, храня непроницаемый вид. — Так мы едем?
— У меня совсем другие планы. Я намерена провести несколько дней у подруги, чтобы разобраться в себе. И вполне способна сама вести машину.
— Вздор! — отрезал он. — Вы не в том состоянии, чтобы садиться за руль.
— Я прекрасно себя чувствую.
— В самом деле? — Он схватил ее за запястье. — Да вас трясет, Кэролайн. И, кстати, сколько бокалов шампанского вы выпили?
— Я не считала! — огрызнулась Кэрри.
— Именно. Потому, что вам это было ни к чему. Вы предполагали, что машину будет вести Гарри Клейтон.
Будь проклят этот человек! Почему он все время оказывается прав?
Подойдя к машине Майкла, она бросила последний долгий взгляд на сад и на тех людей, которых знала всю свою жизнь — друзей, родственников… А потом увидела Гарри. Словно почувствовав на себе взгляд Кэрри, он обернулся и уставился на нее. Лесли, заметив это, тоже посмотрела на Кэрри и слегка нахмурила брови. Естественно, все происходящее не ускользнуло от внимания Майкла.
— Садитесь и пристегните ремень, Кэролайн, — резко сказал он.
Она молча послушалась и, откинувшись на сиденье, закрыла глаза.
— И снимите шляпу, в бардачке есть шарф.
Неужели у нее не будет ни минуты покоя, чтобы оплакать все, что она покидает? По-видимому, нет. Заметив, что Кэрри не подчинилась немедленно, Майкл наклонился и, сняв с нее шляпу, забросил на заднее сиденье. Затем открыл бардачок и вручил ей длинный шифоновый шарф. Кэрри смотрела на перчатки, не желая обнаружить свою слабость, но он, взяв ее за подбородок, развернул лицом к себе. Она смущенно заморгала, но было слишком поздно. Мгновение он наблюдал, как слезы струятся по ее щекам, а затем нетерпеливым жестом смахнул их подушечками пальцев. Майкл накинул шарф на голову Кэрри так умело, что у нее не осталось сомнений: он проделывал это сотни раз.
  
— Сколько вам лет, Кэролайн? — спросил Майкл, притягивая ее голову к своей груди, чтобы завязать шарф сзади на шее.
— Двадцать один, — глухо проговорила Кэрри в лацкан пиджака. Она слышала размеренные удары его сердца.
— Так много?
Ирония в его уверенном голосе вызвала внезапную вспышку злобы и заставила ее расстаться с обманчивым уютом широкого мужского плеча. Она поборола настоятельное желание дать пощечину сидящему рядом человеку, но только потому, что ни капли не сомневалась: он ответит ей тем же.