Любовь не для меня!

— Да. — Она встряхнулась. — Если позволишь.
— Выбери одно из своих великолепных платьев. Мы идем обедать.
Кэрри знала, что миссис Вэллз отпустили на ночь, но ей казалось, что нет никакой необходимости выходить из дома. Она попросту не хотела выходить! Она хотела, надев свою пижаму в серую и белую полоску, свернуться калачиком в кровати и постараться представить, будто ничего не произошло.
  
— Может быть, я сама приготовлю что-нибудь? — предложила. Кэрри.
— И что же — несколько устриц, прежде чем снова пустить в ход свои чары?
Он принялся собирать остатки их одежды, предоставив Кэрри любоваться его атлетической фигурой и мускулистой спиной со следами, оставленными ее ногтями. Она неосознанно протянула руку, чтобы коснуться Майкла, но он повернулся и заметил робкий жест. Кэрри отдернула руку так, словно ее застали за похищением сладостей.
— Вряд ли стоит делать это. Кроме того, приглашение давнее.
— Приглашение? — Он хочет, чтобы она пошла с ним в чей-то дом и ела — так, словно ничего не случилось? — Но меня наверняка не ждут.
— Если я приду с другой женщиной за два дня до нашей свадьбы, это будет выглядеть немного странно. — Майкл поднял ее брюки. — Боюсь, я испортил твой новый костюм.
— Пустяки. — Она не собиралась надевать его. — Я не лучше поступила с твоей кожей.
Кэрри прикоснулась к зигзагообразной царапине на его плече.
— Не смей! — воскликнул Майкл, уворачиваясь. Челюсти его сердито сжались. — Едва увидев тебя впервые, я понял: за этой напускной холодностью скрывается динамит. Теперь мне ясно, почему Клейтон считает, что от тебя трудно оторваться. Ты сыграла отличный спектакль, но, по крайней мере, причина поспешной свадьбы теперь скорее факт, чем фантазия.
Он не догадался! В охватившем их пламени страсти он не заметил, что она девственница.
— Гарри и я…
— Это не имеет никакого значения, — прервал ее Майкл. — Девственницы, дорогая, смертельно скучны. Кем бы ты ни была, ты, несомненно, не из их числа…
Новости о грядущей свадьбе обогнали их. Хотя мирное жужжание застольной беседы не прерывалось ни на миг, Кэрри чувствовала, что постоянно привлекает любопытные взгляды и вызывает множество догадок. Ее это не волновало. Она, казалось, онемела. Кэрри еще удавалось вяло отвечать на вопросы, но проявлять какую-либо заинтересованность она была не в силах. Да уж, ее не назовешь идеальным гостем.
Когда обедающие стали подниматься из-за стола, она сумела увильнуть от обсуждения новой пьесы, которую не смотрела и смотреть не собиралась. Кэрри извинилась и направилась в дамскую комнату. Однако та же идея посетила и других. Дверь была приоткрыта, и, когда Кэрри уже хотела войти, она услышала голоса.
— Не могу поверить! Блистательный Майкл О’Берри наконец попался на крючок!
— И понимаю почему. Она хороша собой… Такая свежая.
— Немного вялая.
— Он тоже. Эта парочка похожа на контуженных. Ты заметила, как старательно они избегали смотреть друг на друга? Голову даю на отсечение — голубки только что из постели…
— И собираются туда вернуться. Я слышала, как Майкл сказал Марку, что они уйдут пораньше, поскольку ему завтра лететь в Нью-Йорк… — Последовал снисходительный смешок.
Кэрри влетела обратно в гостиную, прежде чем сплетницы смогли обнаружить, что их подслушивали. Верный своему слову, Майкл вскоре извинился перед хозяевами, и они ушли.
— Как ты можешь так поступать? — раздраженно спросила Кэрри, когда они ехали домой.
— Как поступать, Кэролайн?
— Уходить раньше всех! Все подумают, что нам не терпится вернуться в постель.
— Они подумают так в любом случае. А ты показалась мне… разбитой, и я решил, что тебе стоит немного передохнуть.
— Возможно, ты прав, — сдержанно заметила Кэрри. — Слишком много всего для одного дня. — Она повернулась к окну и, не отрываясь, глядела в него, пока машина не подъехала к дому.
Как только за ними закрылась входная дверь, Кэрри быстро пошла через кухню, решив подняться и запереться в своей комнате.
— Кэролайн, подожди… — Когда она попыталась убежать, Майкл схватил ее за руку. — Подожди, — потребовал он.
— Чего ты хочешь, Майкл? — Голос ее дрожал, а ноги подкашивались.
— Я хочу сказать, что я…
Кэрри вздрогнула и отпрянула от своего спутника.
— Нет! — Не обращая внимания на его встревоженный вид, она продолжила: — Не смей говорить мне, что сожалеешь! — Кэрри вырвала свою руку. — Ты слышишь?
— Слышу, Кэролайн. — Он отступил на шаг и провел пальцами по волосам. — Я просто хотел, чтобы ты знала: завтра я лечу в Нью-Йорк и не увижу тебя до четверга. Вот и… все.
На мгновение Кэрри замерла. А затем отвернулась и взлетела по изящному изгибу лестницы наверх, не оглядываясь, преследуют ее или нет. Кэрри ворвалась в комнату и захлопнула дверь, зная, что дверь в свое сердце она закрыть так и не успела.
— Кэрри?
Она неохотно открыла глаза — у нее было никаких оснований радоваться наступившему дню.
— Кэрри, вставай, дорогая.
Девушка обернулась, моргая.
— Джулия? Что ты здесь делаешь?
— Майкл позвонил мне чуть ли не на рассвете и попросил приехать. Ты поживешь в моей квартире до четверга.
— В этом нет необходимости, — сказала она. — А потом, ты нужна отцу.
— Он приезжает днем. Вот — я принесла тебе чаю. Пей, а я пока отыщу какую-нибудь соль для ванной. — Кэрри отчаянно покраснела, и Джулия прикоснулась к ее щеке. — Я же просила его быть нежным. Но девственницы вроде тебя — большая редкость в наши дни…
— Он не знал.
— Не знал? Но как он вообще мог сомневаться?! — Джулия покачала головой. — Мужчины — такие идиоты! Хочешь, я ему скажу?
— Нет, — быстро произнесла Кэрри, и плечи ее испуганно приподнялись. — Он говорит, что девственницы смертельно скучны.
— А сейчас? — Джулия рассмеялась. — Майкл нашел тебя скучной? — поддразнила она.
— Он сказал, что у меня много недостатков, но скуки я не вызываю.
— Не так уж он и безголов. О, дорогая, ты не представляешь, как я счастлива! Я знала, что вы созданы друг для друга.
— Ты знала?
— Да. Как только я впервые увидела тебя, то поняла, что ты станешь идеальной женой для Майкла. Хотя, должна признаться, считала, что моему брату потребуется намного больше времени, чтобы осознать это. Мужчины, как правило, очень туго соображают, ты не находишь?
— Некоторые, безусловно, — ответила Кэрри, внезапно вспомнив о том, какое зло эта женщина причинила ее отцу.
— Ты на меня сердишься? — Джулия встала и направилась к окну, откуда повернулась тем прекрасно отрепетированным движением, которое уже стало ее визитной карточкой. — И правильно. Наверное, я не должна была так поступать, но, поскольку вреда от этого никакого… О, Кэрри! Все так замечательно! — И Кэрри, к своему удивлению, заметила блеснувшие в глазах Джулии слезы. Спектакль был великолепен!
Кэрри выбралась из кровати, стараясь не обращать внимания на боль, и накинула поверх пижамы халат.
— А как ты поступила, Джулия? — спросила она.
— Добавила немного — самую капельку — лжи. — У нее был такой виноватый вид, что если бы Кэрри знала свою мачеху чуть хуже, то рассмеялась бы. — Вынужденно. Майклу слишком хорошо известна моя склонность к сватовству. — Кэрри отступила на шаг. — О, Кэрри! Не смотри на меня с таким неодобрением! Ему нужно немедленно жениться, иначе он закончит, как наш отец, — найдет себе слишком молодую, и слишком поздно…
— Скажи мне, что ты сделала, Джулия! — настаивала Кэрри. Пусть эта женщина громко заявит о содеянном. Пусть признается.
— Разве это имеет сейчас какое-нибудь значение?
— Не могу судить до тех пор, пока не узнаю.
  
Джулия пожала плечами. Не так, как остальные, а едва заметным неуверенным движением.
— Я сказала ему, что с тобой бывает… сложно.
— Сложно?
— Ну, возможно, выразилась несколько сильнее, но, когда я впервые предложила Майклу, чтобы ты пожила у него неделю-другую до нашего возвращения, он отнесся к этому с та-а-аким подозрением…