Любовь не для меня!

— Зачем останавливаться на трех? Пусть проклятых ярусов будет столько, сколько взбредет вам в голову. — Он с силой прижал Кэрри к себе и крепко поцеловал в губы, прежде чем окончательно отпустить ее. — Увидимся позже, — грубовато бросил он и вышел из комнаты.
Мгновение она молчала, а затем, выпрямившись, увидела в столовой миссис Вэллз. Этот поцелуй явно предназначался для ее глаз.
  
— Буду ждать с нетерпением, — проворковала она вдогонку, с трудом выдавив из себя слабую улыбку.
Неужели Майкл и впрямь думает, будто поцелуй убедит миссис Вэллз в том, что они влюбленная пара? Если бы они жили в маленьком домике без прислуги, им, возможно, и удалось бы обмануть окружающих, но попытка скрыть истинное положение вещей от домоправительницы успехом не увенчается. Кэрри упала на стул. Она вдруг стала осознавать весь ужас того, во что ввязалась.
— Как вы собираетесь провести остаток дня? — холодно спросил Майкл, когда они вышли от регистратора. Он держался очень официально, очень вежливо. Вот на что она обречена в ближайшие месяцы, подавленно думала Кэрри, которая скорее предпочла бы скандалы и оскорбления. По крайней мере, борясь с Майклом, она чувствовала себя живой.
— Я хотела походить по магазинам, чтобы купить себе приданое, — вызывающе молвила она.
Однако Майкл предпочел не реагировать на провокации и открыл перед ней дверь машины, ничуть не изменившись в лице.
— В таком случае оставляю вас на попечение Вэллза. Джулия нещадно его эксплуатировала, поэтому он знает, куда лучше направиться за покупками. Заедете за мной около четырех.
— Майкл, — окликнула Кэрри, когда ее будущий супруг уже шагал по тротуару в сторону галереи.
Он обернулся.
— Что?
— Я хотела знать, — хрипловато произнесла Кэрри, отлично сознавая, что Вэллз слышит каждое слово, — какие ночные рубашки вы предпочитаете? Черные кружевные? Белые шелковые? Или вы считаете наиболее подходящим алый цвет?
— Не беспокойся обо мне, дорогая, — протянул он. — Лично я предпочитаю спать голым.
И ледяная улыбка снова напомнила о том, что любая попытка смутить его — обоюдоострое оружие.
Пит Вэллз и впрямь оказался кладезем ценной информации. Кэрри пересела к нему на переднее сиденье и после недолгого обсуждения определила первый пункт назначения — парикмахерский салон, где седовласый мастер, ловко орудуя ножницами, с быстротой молнии укоротил ей волосы на фут.
— Пожалуйте, графиня, — с мягким смешком сказал он, когда закончил. — Что вы об этом думаете?
Кэрри робко подняла руку к голове. Ее белокурые волосы, достигавшие теперь только плеч, стали волнистыми, чего, похоже, от них никак нельзя было ожидать. Искусная стрижка придала им пышность, добиться которой Кэрри, при всех своих стараниях, ни разу не смогла.
Она порывисто вздохнула, с трудом веря, что столь чудесное преображение возможно. Затем улыбка медленно озарила все ее лицо.
— Мне очень нравится. Спасибо.
Выйдя из салона, Кэрри направилась получать урок косметического искусства, а затем обследовала целую вереницу магазинчиков.
Она покинула последний, неся в сумке свое старое платье. Теперь на Кэрри были широкие брюки и в тон им жакет из тонкой кремовой шерсти поверх свободной шелковой блузы цвета очень сухого хереса, перекликавшегося с искорками в ее волосах.
Кэрри взглянула на часы. Было три тридцать, — слишком поздно, чтобы успеть куда-нибудь еще, — поэтому она велела Вэллзу ехать прямо к галерее. Смотрительница — великолепная блондинка — вышла ей навстречу.
— Могу я чем-нибудь помочь, мадам?
— Мистер О’Берри здесь?
Кэрри испытала некоторое удовольствие, поняв, что девушка никак не может решить, кто же она такая — потенциальный клиент или подружка Майкла. До сегодняшнего дня, подумала она, ее нельзя было бы принять ни за ту, ни за другую.
— Мистер О’Берри сейчас занят, — осторожно сказала смотрительница. — Вы подождете, пока он освободится, или мне доложить о вашем приходе?
— Нет, не нужно. Он просил заехать за ним в четыре.
— А, правильно! — Девушка расслабилась и улыбнулась более открыто. — Я скажу ему, что вы здесь. — Она двинулась к телефону.
— Нет, не беспокойте его. Я приехала раньше времени и пока взгляну на картины, если не помешаю.
— К сожалению, верхняя галерея на этой неделе закрыта — ее переоборудуют для новой выставки, но можно осмотреть первый этаж. Приготовить вам кофе?
Отказавшись, Кэрри направилась в нижнее помещение галереи. Оно было сплошь белым, и картины выделялись на стенах словно восклицания — яркие сверкающие всплески цвета и изображений. Переходя от холста к холсту, Кэрри забыла обо всем на свете.
— Похоже, живопись вас загипнотизировала. Рассказать об этом художнике? Внизу его полотен гораздо больше, и, если угодно, можете их посмотреть.
Кэрри слышала, как Майкл спускался по лестнице, на ходу обещая своему компаньону позавтракать с ним в ближайшее время, а затем шаги в ее сторону по дубовому паркету, когда он заметил прелестную посетительницу.
— Вы приглашаете в подвал всех молодых женщин, которые наведываются к вам в галерею, Майкл? — Она обернулась с насмешливой улыбкой. — Предупреждаю — отныне это следует прекратить… — Но изумление, расширившее его глаза и покрывшее скулы темным румянцем, заставило Кэрри замолчать.
— Прекратить?
Изучающий мужской взгляд, не пропустивший ни одной детали ее нового облика, внезапно потух. Если она хотела сохранить преимущество над Майклом, нельзя было упускать этого первого момента ничем не прикрытого изумления.
— …раз уж мы решили пожениться, — закончила Кэрри. Она старалась сохранять шутливый тон, но голос ее сильно дрожал.
— Следовательно, мне предстоит сохранять вам верность?
— Боюсь, буду вынуждена настаивать на этом, — сказала Кэрри и попыталась издать светский смешок, но под проницательным взглядом Майкла он превратился в слабый хрип. — Уверена, вы ожидаете от меня того же, — как-то неубедительно добавила она.
— Пока вы будете жить со мной в качестве жены, я рассчитываю на вашу абсолютную честность, — подтвердил он и, схватив Кэрри за запястье, повел ее к двери.
— Куда мы идем?
— В подвал, дорогая. Поскольку у нас есть в запасе несколько минут, хочу, чтобы вы точно знали, что происходит, когда я кого-нибудь привожу туда. Независимо от того, насколько молоды и привлекательны мои гостьи.
Спустившись по лестнице, они миновали подсобное помещение, где двое рабочих распаковывали картины. Они подняли взгляд, кивнули и продолжили работу.
— Несколько минут в запасе перед чем? — спросила Кэрри, спеша сменить тему.
— Перед встречей с моим адвокатом. — Увидев нахмуренные брови Кэрри, он заметил: — Пустые формальности. Не стоит беспокоиться. — Майкл включил лампы под потолком, и прохладное подвальное помещение наполнилось светом. — Как видите, — насмешливо произнес он, — ни кровати, ни дивана. Только пара позолоченных скрипучих стульев для клиентов. Ничего, что помогло бы соблазнить хорошенькую посетительницу.
Но Кэрри уже напрочь забыла о своих подшучиваниях. Она с любопытством смотрела на длинные стеллажи.
— Здесь сотни картин! — зачарованно воскликнула она.
— Довольно много, — согласился Майкл. — Не все сделки заключаются наверху.
Чувствуя ее искреннюю заинтересованность, он достал один из холстов.
— Что вы думаете об этом? Художник молод, но с тех пор, как я увидел его работы на студенческой выставке, он приносит свои картины мне. Он уже становится известным. В будущем году я устрою ему персональную выставку, и тогда за этими полотнами выстроится очередь.
  
— Вы обладаете таким могуществом?
Майкл не ответил.
— Это одна из его работ?
— Вам нравится?
— Она прекрасна!
— Да. Я испытываю большое искушение приобрести ее для себя, прежде чем она станет слишком дорогой. У вас есть чутье, — заметил Майкл и задвинул картину на место. — Вы когда-нибудь участвовали в аукционах?