Вероника. Исповедь влюблённой

К назначенному времени Вероника, слегка покусывая губы от волнения, во всеоружии и с нетерпением ждала гостя. Когда раздался звонок в дверь, она выдохнула три раза и пошла открывать. Каково же было её удивление, когда она увидела совсем другого Гошу.
Желанный гость был свежевыбрит, благоухал дорогим парфюмом и был одет так же элегантно, как при их первой встрече в аэропорту. В руках парень держал бутылку красного вина и пакет винограда. Под мышкой был зажат букет жёлтых роз.
  
Приняв дары от гостя, возникшего на пороге её дома, Вероника поцеловала Георгия и шепнула ему на ушко:
— Мы вместе — красота, а она спасёт мир.
— Что, что? — с приятной хрипотцой в голосе переспросил Гоша.
— Ничего, это я о своём, о женском, — кокетливо отшутилась Вероника.
Они направились в гостиную. На празднично сервированном столе рядом с посудой, бокалами и приборами лежала тетрадь со стихами.
— Давай договоримся, Вероника. Ты читаешь стихотворение, потом мы делаем глоток вина и целуемся. Согласна?
— Да! Поехали! — прямо как Юрий Гагарин, ответила Вероника, окончательно теряя притяжение Земли от романтического предложения.
 
 
Голубые тюльпаны на зелёной траве
 
В сновиденьях мне даришь — улыбаюсь тебе.
 
Голубыми ментами в них плывут облака.
 
И душа уплывает под крылом ветерка.
 
Белым облаком счастья, как фата надо мной.
 
Чудный сон, не кончайся, стань любовью земной.
 
 
Стихов было немного, и. когда Вероника прочитала их все, оказалось, что вино кончилось. Гоша взял Веронику на руки и понёс в спальню. Толкнув дверь ногой, он онемел от неожиданности.
За окном уже была ночь, но свечи, зажжённые Вероникой заранее, как светлячки, приглашали разделить вместе с ними этот первый таинственный красивый танец любви. Тихая музыка дополняла любовную прелюдию. Гоша и Вероника упали в шелковый рай поцелуев, обрывков признаний, мурашек по коже и ощущения великого момента их неслучайной встречи.
Полураздетая. Вероника чувствовала себя богиней наслаждения для своего героя. Они сошлись, как два пазла. Гоша оценил чулочки и эротическое бельё своей соблазнительницы. А Вероника задыхалась от запаха любви в спальне и бархата их кожи. Они спасали мир. Как два гурмана, они несмело открывались друг для друга.
За окном уже поднималась утренняя зорька, когда, обессиленные страстью, возбуждённые от откровения своих тел и утолённые в своих желаниях, Гоша и Вероника в переплетении ног и рук предались сну, чтобы через четыре часа проснуться, выпить кофе и проститься до следующей встречи.
Эти встречи двух романтиков стали повторяться с завидной регулярностью. Вероника растворялась в Гоше, беспечно распахивая ему свою душу. Он был более сдержан и не мешал ей любить его. Ведь известно: что женщина принимает за любовь, мужчина обозначает страстью и хорошим сексом. Они никуда не ходили, постель была территорией их встреч. Гормональный всплеск ошеломлял обоих, и они мало разговаривали.
Вероника была поглощена укрощением темпераментного партнёра, который, как выяснилось позднее, был моложе её на девять лет. Внешне эта разница была незаметна, и поэтому Веронику она не тревожила. Замуж она за него не собиралась, планов на будущее не строила. Да и Гоша при встречах довольно часто говорил о том, что никто никому ничего не должен. Они как будто заключили устный договор об отношениях, где оба наслаждались моментом «здесь и сейчас». Оба очерчивали свои границы.
Постепенно любовники стали все чаще задавать вопросы друг другу. Пришло время более глубокого знакомства.
Гоша рассказал Веронике, что переживает сложный момент в своей жизни. На него завели уголовное дело, и он находится в ожидании суда. Вероника не подала виду, что эта информация её очень расстроила. Гоша рассказал, что вступился за женщину, которой не выплатили зарплату, и она обратилась за помощью. Он пообещал помочь, но дело приняло неожиданно серьёзный оборот, когда ответчик после встречи подал заявление в полицию на Георгия о вымогательстве.
— Вероника, ты будешь навешать меня в тюрьме, если меня посадят? — целуя, спросил Гоша.
Вероника, глядя на своего возлюбленного, как на защитника слабых и обманутых, прижалась к нему и. ни минуты не раздумывая, выдохнула слабым голосом:
— Да!
В тот момент она отождествляла Гошу с Робин Гудом. Связанная этим обещанием, она чувствовала себя спасительницей и даже в какой-то мере избранной, любимой и единственной женщиной своего героя.
Теперь, находясь в больнице, Вероника вспоминала об этом с сожалением и болью. Потому что события последующих дней развивались не по её сценарию. Она начинала осознавать, что Гоша её использовал и думал в первую очередь о себе. Девушка была его тайной подругой, удобной во всех отношениях. У неё имелась машина, что было очень ему выгодно — на своей он не ездил. По его звонку Вероника срывалась и мчалась за ним на любой конец города. У неё была квартира, их гнёздышко, где они встречались по ночам, когда Вероника, уложив детей, ждала своего героя-любовника. Гоша не дарил ей подарков, рассказывая при этом, как много денег уходит на адвокатов. Но он всегда приходил с джентльменским набором — цветы, вино, фрукты и белый шоколад. Он не дарил ей духи и украшения, не баловал дорогой косметикой или другими знаками внимания.
Но это не расстраивало её. В голове крутилась песенка Волка из мультфильма её детства: «Лучший мой подарочек — это ты». Иногда он пропадал надолго, не объясняя причины своего отсутствия. Вероника, как верная собака, ждала его, не устраивая разборок, когда он возвращался. Она влюблялась в него, ожидая ответных чувств. Их страсть не уменьшалась, а только разгоралась от свидания к свиданию…
Они получили бы «Оскара», если бы их постельные сцены прокрутили с экрана. Микки Рурк в знаменитом фильме «Девять с половиной недель» проигрывал как изощрённый любовник Гоше. Он пил шампанское из туфельки Вероники, заставлял её тело замирать от прикосновения к нему кусочком льда. Рай и ад поглощали любителей острых ощущений. Запретный плод сладок, и они оба вкушали его.
Только два раза они провели вне дома Вероники. Как-то раз отправились по делам в Даугавпилс. Так совпало, что эта поездка была важна обоим. Гоша решал проблемы с людьми из криминального мира, а Вероника — со своими партнёрами. Потом они вкусно и весело отобедали в закрытом от лишних глаз маленьком зале ресторана.
Вторая поездка стала большой неожиданностью для неё. Была почти что полночь, когда они встретились, и Вероника думала, что они поедут к ней домой, как обычно. Но Гоша предложил отправиться в Юрмалу.
Было на редкость жаркое прибалтийское лето. Запах ночи, когда они мчались в сторону моря, запомнился Веронике навсегда. Асфальт, накалённый за день от пекла, остывал, как хлеб, только что вынутый из печи. Всё это обостряло обоняние двух романтиков, мешая залах гудрона с запахом ментоловых сигарет, которые они без конца курили в машине.
Дорога была свободная, и влюблённые добрались до места за пятнадцать минут. Когда Вероника стала парковать машину у частного двухэтажного домика недалеко от железнодорожной станции, неожиданно появилась полицейская машина. Из неё вышли стражи порядка, которые сидели в засаде и явно ждали тех, кто проедет под запрещающий знак к ночному заведению. И как говорят в Одессе: «И они-таки дождались!»
— Я не могу светиться. Вероника, — тихо прошептал Гоша. — Разберись с ними сама. Деньги у меня есть, откупайся.
— Вот ещё! Ты меня плохо знаешь, дорогой, — самоуверенно ответила девушка, открывая дверцу машины.
Тогда ещё можно было выходить из авто, если тебя тормозила полиция. Выход Вероники из машины был более чем эффектным, он был просто феерическим. В фирменной мини-юбке, с загорелыми ногами на высоких каблуках, в предельно открытой белой майке, с улыбкой на лице девушка направилась к полицейским. Они были в замешательстве. Девушка вела себя так непринуждённо, вся так светилась радостью, что казалось, она весь день искала их и наконец-то нашла.