Чужой наследник 5 (СИ)

— Рот захлопни, девка. И пошла отсюда. А то мы по дороге и тебя прихватим.
— Как ты меня назвал, козел? — Упс. Появился говорок Качалки. Сейчас что-то будет.
От Оксаны дохнуло льдом. Вокруг нее появилось радужное свечение, а в руке у нее возник прозрачный клинок.
— Алмаз! — менталист отшатнулся, схватив товарища за рукав. Тот было попытался двинуться в сторону Оксаны, но чуть не напоролся на клинок, возникший в руке Августовича, как по волшебству.
  
— Бунт! Всех сгною на рудниках. На Тайную Службу императора рот разинули, слизни?
— Пока то, что вы сотрудник этой уважаемой организации, — лишь ваши слова. — Невозмутимо проговорил Карл Августович, убирая клинок. — Вы не предъявили документов, да и, Оксана Фроловна права, вам необходимо предписание. Так что ваши действия мы можем квалифицировать как обыкновенный бандитизм.
— Вот удостоверение. — Менталист показал Августовичу и Оксане карточку, которая засветилась под его пальцами.
— А предписание? — спросила Оксана. Грани она погасила, но ее аура пульсировала в тревожном ритме.
— Не захватили. Зато мы захватили с собой штурмовую группу. И если вы продолжите свои нелепые попытки сопротивления, она окажется здесь меньше, чем за минуту.
— То есть вы приперлись без предписания о задержании. Но почему-то хотите, чтобы я пошел с вами? — Лениво спросил я. — Даже готовы штурмовую группу здесь положить. А в чем я обвиняюсь-то? Просто интересно. — Понятно, что если бы не Знаменский, я бы себя так не вел. Но, имея такой козырь в кармане, можно и понаглеть.
— В государственной измене, Строгов. И в убийстве сотрудников Тайной Службы. — Что характерно, опять ответил менталист. Сдается мне упырь, который с ним пришел, такой же сотрудник ТС, как я аметист.
— Сильно! — Я покосился в угол. Ну пора уже устроить выход из-за печки, господин Знаменский!
— Так все. Мне надоело. — Упырь вытащил комм.
— Достаточно. — Веско прозвучало из угла, в котором материализовался аудитор. — Узнаешь?
Сапфир снова схватил вампира за рукав, не давая набрать код. Еще и ментальную оплеуху ему добавил.
— Да, ваше высокопревосходительство. Но мне неясно, на каком основании вы вмешиваетесь в процедуру задержания.
— Ух ты, как заговорил. Основания вспомнил. Процедуру! С процедурой-то накладка вышла.
— Ну все! Я не знаю, кто этот урод, но мне это надоело. Я зову парней. — Сказал вампир.
И в следующий миг рухнул на колени. Он застонал, и из глаз и ушей его потекла кровь. Я находился сбоку, но даже мне стало не по себе и захотелось сползти из кресла на пол. Знаменский просто и незатейливо обрушил на упыря свою ауру магистра. Менталист отшатнулся и осел. Оксана вздрогнула и побледнела, ее защита была пробита. По лицу Августовича скатилась крупная капля пота. А ведь никто из них не был объектом воздействия.
Сила есть Сила. Магистр есть магистр.
— Что ты сказал, ночная тварь? Думаешь, меня можно обмануть фальшивым удостоверением? — обманчиво ласково спросил упыря аудитор.
— Ваше высок… — Прохрипел менталист. Давление ауры резко исчезло.
— Эр Строгов является ключевым свидетелем по делу, которое я веду, как имперский аудитор, по высочайшему повелению. — Как не в чем ни бывало Знаменский прошел к креслу и сел в него, поставив трость между ногами. Вот мое предписание, ознакомься. — Он протянул документ сапфиру. — Пока идет следствие, по указанному делу у него иммунитет. Никакие приказы об аресте, кроме, разумеется, прямых распоряжений Его Величества, не имеют силы. Это ясно?
Менталист пожирал глазами, протянутую ему бумагу.
— Я спросил. Это. Ясно? — Знаменский снова надавил аурой, и нам всем опять поплохело.
— Да, ваше высокопревосходительство. Предельно. — Процедил сапфир.
— Завтра я посещу ваше ведомство. И пусть Александр Сергеевич приготовит подробные пояснения. В чем обвиняют молодого человека. И какие этим обвинениям есть подтверждения. Я во всем разберусь. А теперь забирай эту падаль и выметайся. Твое незаконное поведение при аресте будет отмечено в деле.
Злобно зыркая на нас, но не смея поднять глаз на Знаменского, неудачливый шпик волоком вытащил упыря из моего кабинета. Тот так и не пришел в себя. И в ближайшее время не придет, несмотря на все вампирские штучки. Там так ауру перекрутило, что ты! Дай Сила за неделю бедолажка восстановится.
— Карл Августович. — сказал я. — У нас есть алкоголь? Приличный?
— У Арчибальда Андреевича есть бар. Я посмотрю?
— Вы что-нибудь будете, Арнольд Николаевич?
— Вообще-то, мы еще не закончили опрос. — Ответил он. Потом глянул на часы у меня над головой. — Но если у вас найдется бокал красного сухого вина, я уже не откажусь.
— А мне стакан Шустовского. Попросите Гаврилу принести? У Арчи точно есть.
— Я сам принесу, Олег Витальевич. Ваш слуга, кажется, потерял сознание в коридоре. Я разберусь.
— Оксан, иди спать. У меня еще дела с господином аудитором.
— Хорошо, милый. Что это было, ты мне потом расскажешь?
— Да, конечно.
Когда она вышла, аудитор пробормотал:
— Алмаз с потенциалом магистра. А по документам твоя невеста вроде бы адепт на грани мастера?
Я напрягся. Не было печали, зерг!
— Впрочем, к делу это отношения точно не имеет. А в твои дела с кланами мне лезть не с руки. Но ты проныра, Олег. — Он погрозил мне пальцем.
Хорошо, если этим символическим жестом все и ограничится.
 Глава 6 
 Первый день 
Зевая, я слушал выступление проректора по дисциплинарной работе Политеха. Вчерашний напряженный день, продолжавшаяся до глубокой ночи беседа с аудитором, и несколько скользящих воздействий его ауры привели к тому, что я не выспался. Наверное, впервые за три месяца присутствия в новом мире.
Толпу первогодок согнали на просторную внутреннюю площадку позади главного корпуса. На асфальте кто-то прочертил мелом огромные квадраты с названиями факультетов, а внутри разбил их на места для групп. На моем факультете оказалось три группы, навскидку около тридцати человек каждая. Почти все сопляки и соплячки от пятнадцати до девятнадцати лет. Где-то семь из десяти человек ограненные. В основном ученики или адепты. Очень много топазов, но попадаются и другие камни. Пока что не видел ни одного аметиста или алмаза. Впереди каждой группы стоял взрослый — видимо, контролер, или как у них это называется.
Проректор начал свою речь с того, что мы все теперь взрослые и никто с нами цацкаться не будет. И почти сразу перешел к правилам внутреннего распорядка. Не затевать конфликтов, не использовать магию без разрешения преподавателей. Два предупреждения за нарушения дисциплины, отчисление. Носить значок университета обязательно. Мундир крайне желательно. Те, кому не по средствам портной, могут получить мундиры в общежитии. В ноябре первая сессия, в апреле вторая. Потом практика и каникулы до середины лета. Не сдал два зачета или один экзамен за время сессии — отчисление. Один зачет может быть перенесен на следующий семестр в качестве долга. Посещение занятий необязательное для всех, кроме стипендиатов. Для них непосещение — лишение стипендии. Столовая для студентов платная. Добро пожаловать в университет, помните о дисциплине, тупые ублюдки. Последние слова он не говорил вслух. Но прокричал всем своим видом.
— Сейчас не разбредаемся! К вам обратятся кураторы ваших групп и объяснят, что делать дальше. — закончил свою вдохновляющую речь главный надзиратель Политеха.
  
Наш куратор — блондинистая дама лет сорока. Короткая прическа — каре. Полноватая. Улыбчивые глаза, на щеках ямочки. Что бросается в глаза — ужасная одежда. Поверх коричневого платья какая-то зеленая кофта, чуть ли не домашней вязки. За ухом огрызок грифельного карандаша. Ограненная — топаз. Как и практически все виденные мной ограненные преподаватели. Не ограненных, кстати, тоже хватает.