Конец мрачности
Я перевёл дыхание и мельком оценил реакцию армии на мои слова. В глазах бойцов я видел решимость. Воины хмурились, иногда кивали, с силой сжимая рукояти оружия. Что бывшие крестьяне, что бывшие аристократы выражали свои эмоции практически одинаково. Ну ещё бы, всё-таки мы действительно в одной лодке. Те, кто не переметнулся на сторону Рюгуса, мыслят в едином направлении и разделяют одни и те же цели.
Хотя, конечно, были люди, реагирующие иначе. Те, кто больше других уверен в собственных и в моих силах. Мои близкие и дорогие сердцу соратники и моя… хех… возлюбленная женщина.
Берг смотрел в мою сторону с удивительным спокойствием на лице. Сейчас и не поверишь, что этот человек когда-то дар речи терял при появлении Старика и падал тому в ножки. Мара… ну, эта в своём репертуаре, лыбится и показывает мне большой палец – не самый распространённый жест, к слову, в Зуртейне. Её некромант тоже не выбивается из привычного амплуа – даже не смотрит на меня, скрестив на груди руки и уставившись под ноги. А вот Тиара, наоборот, не отрывает от меня глаза. В её взгляде читается одновременно гордость, любовь и безграничная вера. Удивительное дело… Пусть супруга и не любит вспоминать наше знакомство и причины свадьбы, несмотря на совсем уж неромантическое начало, мы смогли сильно прикипеть друг к другу. Засыпая вчера рядом с разомлевшей женой, я поймал себя на мысли, что всегда хотел такую женщину – ту, которая будет поддерживать меня в любой ситуации. Ту, которая за меня любому горло порвёт.
Ну а я – за неё…
Едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Негоже перед бойцами слюни пускать, глядя на свою жену.
Я быстро отвернулся, сохранив максимально суровое выражение лица, и продолжил свою пламенную речь:
– Я не могу вам пообещать, что после сегодняшней битвы война закончится. Нет. Пусть я и верю в нашу непременную победу сегодня, после неё война всё ещё продолжится. Однако переломный момент наступит! А это значит, что победив сегодня, мы очень сильно приблизим победу в самой войне! Помните об этом! Помните и не дайте врагу и шанса!!! – я вскинул тришулу в воздух и закричал. – За жизнь!!! За наши семьи!!! За Зуртейн!!!
– ДА-А-А-А-А!!! – поддержал меня хор нескольких тысяч глоток.
– В БОЙ!!! – развернув Веллу мордой к врагу, заревел я.
И разгорячённая волна воинов рванула вперёд, топча ногами бесконечное море белых нарциссов.
Рюгусовцы тоже бросились в бой, ведомые долговязым мужчиной с жидкими усами и кудрями – герцогом Оруэльским, Жальвином Клюни. Этот Адепт Рюгуса, как и прежде, не выглядел могучим бойцом и суровым правителем. Однако, как и прежде, таковым и являлся. Обманчивая внешность Клюни не могла сбить меня с толку. Я прекрасно понимал, что перед нами «номер три» среди Последователей Рюгуса, а значит, и «номер три» среди всех наших врагов-людей.
Показательно, что армию противника в этом сражении возглавил именно Клюни. Рюгус в самом деле понимает, что сегодня нас ожидает далеко не рядовое сражение. И из-за этого его понимания я чувствую лёгкое напряжение. Ладно Бон, он нужен Богу Контроля на крыше Зуртарна, но где Уна? Почему, понимая значимость битвы, ты прячешь её и не выпускаешь на передовую? Почему войско возглавляет номер три, а не номер два? Сейчас-то маски сброшены, и явно все прихвостни Рюгуса знают, насколько сильна и значима для Бога Контроля эта чертовка.
Да уж… если бы я размышлял вслух, Тиара могла бы и заревновать. А ведь дело не в том, что я соскучился по Уне. Просто её отсутствие наталкивает меня на весьма скверную мысль – Рюгус раскусил наш план и предпринял контрмеры.
Но даже если я и прав, это ничего не меняет. Не станем же мы отступать только потому, что враг подготовился лучше, чем мы думали?
Выставив перед собой тришулу, я выстрелил лучом скопленной энергии. Целился, разумеется, во вражеского лидера – было б неплохо прикончить его первым же ударом.
Однако «номер три» в команде Рюгуса был не лыком шит. Я не видел его уровень, а это значило, что передо мной достойный противник, которого Покровитель под самую завязку заполнил энергией Зуртарна.
Клюни отпустил поводья своей лошади и спрятался за щитом, вмиг покрывшимся лиловым песком. Три энергетических луча ударили в щит и тут же выбили седока из седла, однако Жальвин без труда приземлился на ноги. Оттолкнувшись от земли, он одним прыжком настиг своего скакуна и вновь оказался в седле.
Забавный способ блокировки, ничего не скажешь. Если бы мы оба стояли на земле, и я атаковал его таким же способом, Клюни пришлось бы, по сути, мериться со мной силой – сдерживать луч, пока тот не исчезнет. Сейчас же герцог Оруэльский лишь несколько мгновений контактировал с лучом, а затем, отправившись в полёт, ушёл с линии атаки.
Расстояние между двумя армиями стремительно сокращалось – кавалеристы обеих сторон, будто обезумевшие от разлуки влюблённые, неслись навстречу друг другу. Нам нужно войти в это сражение, уже имея неоспоримое преимущество. Эх… пусть я и родился в другом мире, но рыцарское благородство, воспетое в земных легендах да сказках и не всегда встречающееся в мрачном Зуртейне, мне не чуждо. Поэтому я в первую очередь атаковал седока, ведь лошадь ни в чем не виновата. Но…
Взмахнув тришулой, я выпустил очередную порцию скопленной энергии. На сей раз сорвавшиеся с зубьев оружия лучи слились в единый фиолетовый серп. Огромный горизонтальный сгусток энергии устремился к противнику, несясь в полуметре над землёй. Рюгусовцы попытались остановить его своими способностями, но не смогли. Хорошенько ослабили, замедлили, но не уничтожили.
Как минимум полсотни лошадей, бегущих в первом ряду, с жалобным ржаньем начали падать, придавливая своими тушами ноги седоков, а то и полностью погребая под собой несчастных хозяев. Лошади других рядов не успевали остановиться, пытались перепрыгнуть… падали…
Со стороны может показаться, что устраивать кучу-малу – моя любимая тактика, однако это не так. Признаю, приём действенный, но довольно жестокий.
Далеко не все лошади, которых задела моя атака, умерли сразу же. Многие из них выжили, вскочили на ноги, в полном исступлении понеслись куда глаза глядят, тем самым лишь подливая масла в костёр общего безумия, пугая и сбивая с бега ещё больше других коней.
– Эй, что это? – услышал я удивлённый голос позади себя.
– Куда ты?!
– Эй!
Глянул через плечо. Лошади, волки и пумы – «транспорт» уже моих всадников – начали вытворять какую-то ерунду: останавливаться, брыкаться, вертеться на месте, а то и вовсе разворачиваться и нестись против потока.
Я знал, что происходит. Сам чувствовал, как энергия Контроля подбиралась к Велле, но я без труда смог защитить свою собаку.
Враг ответил нашим же методом. Правда, размах всё равно был гораздо меньше, а Тиара и Берг быстро помогли «обезумевшим» животным избавиться от Контроля.
Я попытался отыскать глазами Клюни, однако сделать это в общем бедламе было довольно сложно. А между тем, командиры отрядов армии Рюгуса отчасти смогли вернуть контроль над ситуацией. Пусть многие бойцы врага корчились на земле, большинство смогло успокоить лошадей и перегруппироваться.
И продолжить натиск.
Наши армии столкнулись.
Честно говоря, думал, что на бой со мной и моей «фантастической четвёркой» сперва выйдут бойцы со Стихийными Аватарами или Отблески (если таковые вообще остались в стане врага). Однако против нас оказались вполне себе обычные солдаты высокого уровня. Разметать их не составило труда.
– Муж мой, их лучшие воины избегают битвы с нами, – отметила очевидное Тиара. – Пока есть время, нужно разобраться с ними.
– Боюсь, времени у нас уже нет, – ответил я, почувствовав, что одновременно в нескольких точках недалеко от нас концентрируется огромное количество чужой энергии. – Приготовьтесь!
Первой из вражеских богов появилась Аэрида и вместо приветствия выпустила в мою сторону зелёную энергетическую стрелу, которую тут же сбила стрела Берга.
– С твоими силами меня так просто не убить, – не сдержавшись, поддел я Богиню Охоты.