Слеза (ЛП)
Оригинальное название: «Teardrop» by Lauren Kate,
Название на русском: Лорен Кейт, «Слеза»
Серия: Слеза #1
Переводчики: Елена Кравченко (пролог и 1 глава), Марина Иванова (с 2 главы)
Редактор: Юлия Цветкова
Вычитка: Диана Литаш
Обложка: Екатерина Белобородова
Оформитель: Юлия Цветкова
Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!
Пожалуйста, уважайте чужой труд!
Внимание!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
Пролог
Все происходило вот так:
Печальный закат цвета янтаря. Ленивое небо заволокло сыростью. Одинокий автомобиль катится по мосту Севен Майлс в направлении аэропорта Майами, к рейсу, которого не будет. К востоку от Кис в водах поднимается неуправляемая волна, превращаясь в монстра, который, согласно вечерним новостям, поставит в тупик океанографов. В конце моста движение тормозят люди в одежде строителей, возводящие временное препятствие.
О нем: В сотне ярдах к западу от моста находится мальчик в похищенной рыболовной лодке. Якорь спущен. Он не сводит взгляда с последней машины, которой позволили проехать. Он здесь уже около часа, ожидает, чтобы увидеть больше, наблюдает за предстоящей трагедией, дабы убедиться, что в этот раз все пройдет как по маслу.
Люди, выдававшие себя за строителей, именуются Хранителями Истины. Мальчик в лодке тоже был Хранителем Истины, самым младшим в семье. Машина на мосту, цвета шампанского Крайслер К, с пробегом двести тысяч, и приклеенным с помощью клейкой ленты зеркалом заднего вида. Водитель — рыжеволосая женщина-археолог, мать.
Пассажиром была её семнадцатилетняя дочь из Нью Иберии, штат Луизиана, средоточие планов Хранителей Истины. Мать и дочь погибнут через несколько минут, если мальчик ничего не перепутал.
Его зовут Эндер, и он вспотел.
Он влюблен в девушку из машины. Однако здесь и сейчас, в ласковом тепле поздней Флоридской весны, в то время как по небу цвета темного опала, голубые цапли гоняются за белыми, а его окружает неподвижная вода, Эндер должен сделать выбор: выполнить свои семейные обязательства или нет.
Этот выбор был проще, чем следующий: спасти мир или спасти девушку.
Машина пересекла отметку — первую из семи милей длинного моста, ведущего в город Маратон в центральной части Флорида-Кис. Волна, вызванная Хранителями Истины, была нацелена на отметку в четыре мили, где-то сразу после середины моста. Что угодно, от незначительного понижения температуры до скорости ветра или текстуры поверхности морского дна могло повлиять на движение волны. Хранители Истины должны быть готовы среагировать. Они могут сделать следующее: поднять волну в океане используя древнее дыхание, затем направить чудовище в определенное место как граммофонную иголку на пластинку в проигрывателе, высвобождая адскую мелодию. И при этом выйти сухими из воды. Никто не сможет выдвинуть обвинение в преступлении, о котором никто не знает.
Умение вызывать волну было частью магии, дарованной Хранителям Истины Зефиром. Это не было господством над водой, а скорее способностью управлять ветром, чьи порывы оказывали огромное влияние на океан. Эндер вырос, почитая Зефира как божество, хотя его происхождение было окутано тайной. Зефир зародился в то время и в том месте, о котором старейшины Хранителей Истины больше не упоминают.
Месяцами они говорили только о своем убеждении, что правильной скорости ветра вместе с подходящей силы водой будет достаточно, чтобы погубить ту самую девушку.
Ограничение скорости здесь 35 миль в час. Крайслер ехал 60 миль в час. Эндер вытер пот с бровей.
Машина была наполнена бледно-голубым светом. Стоя в лодке, Эндер не мог различить их лиц. Он видел только волосы на головах, темные окружности на подголовниках. Он представил себе девушку с телефоном, которая печатает сообщения своей подруге, о том, как проводит с матерью отпуск, как планирует увидеться с соседкой, той, с россыпью веснушек на щеках, или мальчиком, с которым раньше проводила время, и которого Эндер не выносил.
Целую неделю он наблюдал, как она читает на пляже «Старик и море», одну и ту же книгу в потрепанной мягкой обложке. Он смотрел, как она немного агрессивно переворачивает страницы, будто ей невыносимо скучно. Осенью она шла в выпускной класс. Он знал, что она записалась на три продвинутых курса. Как-то раз он стоял в проходе в продуктовом магазине и через полку с хлопьями слушал, как она рассказывала об этом отцу. Он знал, как сильно она не любила вычисления.
Эндер в школу не ходил. Он изучал девушку. Хранители Истины заставили его следить за ней. Теперь он знал о ней все.
Она любила орехи пекан и ясные ночи, когда на небе были видны звезды. Когда она сидела за обеденным столом, у неё была ужасная осанка. Но когда она бежала, то как будто летала. Она выщипывала брови украшенными камнями щипчиками. Каждый год на Хэллоуин она надевала старый костюм Клеопатры, доставшийся от матери. Все, что ела, она поливала соусом Табаско, пробегала милю почти за шесть минут, и едва ли умея, играла на бабушкиной гитаре Гибсон, зато вкладывала в это душу. Ногти и стены в спальне она разукрашивала в горошек. Она мечтала уехать из дельты реки в крупный город наподобие Далласа или Мемфиса, где могла бы исполнять песни в открытом микрофоне и темноте клубов. Она любила мать с яростной и неприкрытой страстью, которой Эндер завидовал, и которую силился понять. Она носила майки зимой, на пляж надевала толстовки, она боялась высоты, при этом обожала американские горки, и не собиралась выходить замуж. Она никогда не плакала. Смеясь, прикрывала глаза.
Он знал о ней все. Он мог ответить «на отлично» на любой сложный вопрос о ней. Он наблюдал за ней с самого её рождения в високосный день (29 февраля). Все Хранители Истины наблюдали.
Она стала его жизнью.
Но он должен её убить.
Дочь и мать опустили стекла в машине. Хранителям Истины это не понравилось бы. Он был уверен, что один из его дядей должен был испортить механизм, пока они играли в кункен (карточная игра) в кафе с голубым навесом.
Однажды Эндер видел, как мать починила регулятор напряжения в машине с севшим аккумулятором и снова её завела, а дочь меняла колесо на обочине в сорокоградусную жару и почти не вспотела. Эти женщины умели все. Тем более их нужно было убить, сказали бы его дяди, одновременно наблюдая за ним и решая, сможет ли он защитить свою ветвь Хранителей Истины. Но ничего в девушке не пугало Эндера, а наоборот все больше очаровывало его.
Из обоих окон высунулись загорелые предплечья, когда они пересекли отметку в две мили. Запястья обеих двигались в такт музыке, которая играла по радио, Эндер хотел бы ее услышать.
Он хотел бы знать, как пахнет соль на её коже. Мысль о том, чтобы приблизиться к ней и вдохнуть её запах накрыла его волной головокружительного удовольствия, а потом накатила тошнота.
Одно было известно наверняка: им никогда не быть вместе.
Он опустился коленями на скамью, под его весом лодка покачнулась, разрушая отражение восходящей луны. Затем она снова покачнулась, вызывая волнения в водной глади.
Волна нарастала.
Все что он мог делать — наблюдать. Его семья ясно дала это понять. Волна нахлынет, машина перельется вместе с ней через мост, как цветок переливается за край фонтана. Их утянет глубоко на дно. Все будет кончено.