Калгари 88. Том 8 (СИ)
Закончив вращаться, сделала пару связующих шагов и вошла во вращение в заклоне. Вращаясь на левой ноге, правую отставила в аттитюде, наклонилась вправо, правой рукой ухватила лезвие правого конька и без всякой подготовки подняла правую ногу назад и вверх, сначала ухватившись за лезвие конька правой рукой, а потом добавив и левую руку. Сделав положенные восемь оборотов, отпустила ногу, заняла позицию стоя и сделала вращение в винте, раскрутившись до бешеной скорости, до такой, что казалось, будто на льду крутиться какой-то бешеный вал, а не человек!
Резко остановилась, исполнила два плавных пируэта и замерла лицом к судьям. Финал!
Плавно разведя руки в сторону, Арина заняла финальную позицию — правая нога чуть согнута в колене, левая отставлена назад и упирается зубцом в лёд. Руки согнуты в локтях и прикрывают лицо, словно крылья. Жар-птица опять уснула в зачарованном царстве.
На секунду воцарилась тишина, а потом зал начал вставать…
Глава 21
Первая!
Зрители были настолько поражены и восхищены прокатом Хмельницкой, что ещё до того, как она закончила кататься, начали массово вставать со своих мест, одновременно аплодируя: такое огромное впечатление произвела на них короткая программа советской фигуристки. Аплодисменты гремели не смолкая, и позже, когда музыка смолкла, переросли в настоящие овации. На лёд полетело множество подарков. Цветочные девочки выскочили из калитки, начали их быстро собирать и уносить за пределы арены.
— Браво! Молодец! Гениально! Хмель-ниц-ка-я! Хмель-ниц-ка-я! Советский Союз! Советский Союз! — кричали зрители и ещё громче хлопали в ладоши.
Левковцев стоял у калитки «Кисс-энд-Края», дожидаясь Люду, и он был там поначалу один, но тут же стали подходить коллеги по цеху и поздравлять его, пожимая руку и говоря лестные слова. Причём это были не только советские, но и зарубежные тренеры с фигуристами. Скромный провинциальный советский тренер не знал, куда деваться от нахлынувшей на него славы. Смущённо улыбался и пытался что-то отвечать по-английски. Даже руководитель федерации спустился с трибуны, прошёл целых половину круга, от противоположной стороны арены, чтобы поздравить его!
— Ну молодец, Владислав Сергеевич, — похвалил Шеховцов, крепко пожимая руку Левковцеву, и отвернулся, смахивая слезу. — Ни капли не сомневался в тебе. Это надо же, как Люда выступила. Всех смела! В одну калитку вынесла!
Конечно, что-то говорить сейчас было пока ещё преждевременно, но то, что Арина сделала очень весомый задел и шаг к победе, это было очевидно всем. Такого высокого уровня и культуры катания, сложности и хореографии, такого владения коньком и артистизма даже многоопытные зарубежные судьи пока ещё не видели на этой планете. Даже в сравнении с Линдой Флоркевич! Хмельницкая буквально потопила её своей харизмой и мастерством!
…Линда Флоркевич сидела с тренером в кисс-энд-крае и внимательно наблюдала за прокатом советской фигуристки, и с первых аккордов музыки, с первых движений Хмельницкой она поняла, что проиграет, если соперница не ошибётся. А возможно, даже если и ошибётся, и ошибка будет незначительная, судьи всё равно поставят Людмилу первой. Впрочем, когда Линда увидела, что Люда прыгнула три тройных прыжка, и два из них самые редкие и дорогие, лутц и флип, то сразу поняла, что всё пропало…
Хореография тоже произвела на канадскую фигуристку очень сильное впечатление. Такое ощущение, что с советской фигуристкой занимались лучшие балетмейстеры и хореографы мира, но стиль… Стиль советской хореографии был совсем незнаком. Похоже, Хмельницкая открыла какое-то ноу-хау. Хмельницкая накатала на очень хороший результат.
Такому высокому результату, конечно, было вполне разумное объяснение. В марте, на чемпионате мира, наступил апогей сезона. Фигурист, весь сезон накатывающий программу, шлифующий её, доводя до совершенства, где-то добавляя элемент, где-то удаляя ненужное, подходит к чемпионату мира в полном всеоружии. Где же ещё, как не здесь, этой программе нужно было грянуть? Дело только в психологической устойчивости и уверенности в себе.
Арина, краснея от смущения, поклонилась сначала в одну сторону, потом в другую, потом в третью, потом в четвёртую, неизменно вызывая восторженный рёв зрителей. Поблагодарив зрителей, покатила к выходу со льда и, остановившись у калитки, ещё раз поклонилась всем трибунам и помахала левой рукой, прижав правую руку к сердцу. Зал гремел аплодисментами не переставая.
У калитки Арину встречал счастливый Левковцев. Его лицо сияло, и Арина никогда не видела его таким счастливым.
— Молодец, Люда, нет слов просто! Всех укатала! — растроганно сказал тренер, прижал к себе Арину, поцеловал её в макушку и похлопал по спине ладонью. — Так и знал, что всё получится, что всё не напрасно. Все эти тренировки, трудности — всё прошло. Ради этого мы работаем. А мы ведь с Урала…
Левковцев говорил сумбурно и, как ему казалось, не находил нужных слов. Смущённая Арина надела чехлы на лезвия, накинула олимпийку и пошла в кисс-энд-край. Тренер за ней. На противоположной стороне арены, над судейской зоной, она увидела на трибуне Соколовскую и Малинину, что-то кричавших и махавших ей руками. Усевшись на диван, Люда стала наблюдать за залом, временами приветствуя зрителей, чем вызывала ещё больший восторг.
— Людмила Хмельницкая за прокат короткой программы получает 4.6 балла за технику и 4.6 балла за артистизм, — объявил информатор. — На данный момент она занимает первое место. Соревнования девушек в короткой программе закончены, результаты на табло. Сейчас состоится 20-минутная пауза для подготовки льда, а потом соревнования будут продолжены короткой программой юношей. Просьба не расходиться, всё ещё только начинается.
Возмущённые голоса и свист зрителей чуть не перебили объявление информатора — разъярённые трибуны были недовольны низкими, по их мнению, оценками Хмельницкой. Болельщики кричали, что судьи — жулики и что зажилили баллы талантливой фигуристке, которая может поднять зал. С одной стороны, это было так. Люда выдала прокат жизни, самый лучший с того времени, как попала в 1986 год. Она сегодня ни разу не оступилась, не совершила ни одной ошибки, прыгнула три тройных прыжка в короткой программе. Из них лутц и флип не прыгал вообще никто в мире в таком количестве в короткой программе. Судьи имели все права в конце соревнований поставить ей хотя бы пятёрки.
Однако не сделали этого. Они видели, что Хмельницкая и так намного опережает своих ближайших конкуренток, практически лишая их пути к золоту, и решили придержать ретивую советскую фигуристку. Но это была только первая причина. Вторая же причина заключалась в том, что, как Арина и опасалась, она пока ещё была ноунеймом, тёмной лошадкой на международной фигурнокатательной арене. Она ещё не заслужила право на пятёрки и шестёрки. Ведь в фигурном катании реноме складывается не из одного проката или даже одного старта: репутацию нужно нарабатывать месяцами, а то и целыми сезонами успешных выступлений, и вот тогда тебе поставят высшие баллы даже за то, что ты не совершал.
Арина была опытная фигуристка и знала правила игры. А также знала, что с судьями ни в коем случае не нужно ссориться: любое решение нужно принимать с благодарностью и надеждой на то, что в следующий раз оно будет более достойным. Поэтому Арина встала с места, двумя руками поприветствовала зрителей, вызвав снова приступ восторга и посмотрела на турнирную таблицу. Она говорила сама за себя. Первая! Уверенно лидирует!
1. Khmelnitskaya Lyudmila URS RS 4.8 SP T 4.6 A 4.6
2. Florkevich Linda CAN RS 4.7 SP T 4.5 A. 4.5
3. Malinina Tatiana URS RS 4.3 SP T 4.4 A 4.5
4. Sokolovskaya Marina URS RS 4.4 SP T 4.3 A 4.4
5. Yamaguchi Christie USA RS 4.3 SP T 4.3 A 4.3
6. Gauter Inga GDR RS 4.2 SP T 4.3 А 4.3
7. Bortz Cindy USA RS 4.0 SP T4.4 A4.4