Тайными тропами (СИ)

— Охренеть, нам улов попался вместе с Золотой Рыбкой. Прям, рыболовный трал, — проговорил прапор, стоящий неподалёку со взволнованным лицом. Он сжимал в руках дробовик, лихорадочно заряжая его патронами-коротышами.
Одуматься никто не дал, потому что со стороны привязанной овечки раздался протяжный негодующий рёв. Люди и даже мелкие духи, кроме ползающей по дозволенному ей пятачку и злобно скрипящей старухи, замолкли, пригнулись и уставились на источник рёва. То был опять дракон, но на сей раз он отскочил от угощения, как ужаленный шершнем пёс. Крылатый зверь оскалился, прижал голову к самой земле и попятился от столбика со щитом, изумрудным светодиодом и приманкой. Впрочем, шерстяной животинке уже не помочь — кучерявое тельце осталось лежать на траве изломанной игрушкой. Но погибель её была ненапрасной. Ещё раз заревев, дракон развернулся и, громко ломая ветки деревьев и кусты, отправился восвояси.
— Вот что животворящие двести двадцать делают, — проронил прапор, довольно шмыгнув носом и достав из кармана сигаретку. Затем сунул белую мятую палочку в рот и стал медленно жевать фильтр и хлопать ладонью по карманам, но, видимо, где-то впопыхах выронил спички и зажигалку.
— Да, давно надо было протянуть провод под напряжением, — согласился Дмитрий, провожая взглядом дракона. Тот быстро скрылся из вида, но треск и тихое рычание ещё долго слышались из темноты. А затем капитан поглядел на старуху. — Поймали. А что дальше?
  
Глава 24
 
Зеленая сила
 
Дмитрий сидел на складном табурете перед небольшим столиком. Распогодившееся утро играло в пятнашки яркими лучами Небесной Пары, пробивающимися через берёзовую листву, и разрывалось голосами крохотных, но очень громких птичек, прячущихся где-то в верхнем ярусе зелени. Рядом, на втором стульчике, лежала снятая средневековая куртка, и потому капитан остался в белой рубахе, похожей на солдатское нательное бельё времён второй мировой.
После ночного экшена утренняя умиротворённость казалась заслуженной наградой.
Рядом расположился Максимилиан да Вульпа, листая каталог земных товаров для местных. Иногда его брови удивлённо приподнимались, а сам баронет многозначительно издавал протяжные «о-о-о» и «у-у-у». Порой улыбался, хотя в самих товарах не было ничего непристойного. Удивление вызывали скорее качество исполнения, и это естественно, ведь между средневековыми жителями и продвинутой Землёй огромная пропасть в технологиях.
Дмитрий вздохнул и посмотрел на сгорбленную кучку старых тряпок, запертый в небольшом круге из пепла. Причём круг был снаружи дополнительно обставлен походными статуэтками божеств и обложен амулетами. И в кучке тряпья едва угадывались человеческие черты, и то лишь когда она начинала шевелиться и сухо скрипеть старческим голосом. Единственное, что было действительно живым — это блёклые, выгоревшие до цвета золы глаза, поблёскивающие из-под накинутых на голову лохмотьев капюшона. И глаза непрерывно следили за девчонкой-подобрашкой, суетящейся у костра с поставленными на него котлами.
Юную сельскую ведьмочку трясло, как при ознобе. И она боялась смотреть в сторону пленного создания.
А на столе лежала чугунная волшебная палочка. Металлический корпус был снят, и теперь на солнце блестела большая, наглухо запаянная металлическая колба вытянутой формы. На колбу были намотаны витки медной проволоки, а к одному из торцов припаяна небольшая печатная плата и большой, похожий на алюминиевый стакан конденсатор.
Дмитрий придирчиво оглядел сие изделие техномагии. Сперва казалось, что дело безнадёжное, но потом на глаза попался покрытый нагаром участок колбы, где крепился небольшой проводок. Капитан осторожно поддел провод отвёрточкой, и медная жилка задрожала, как маленькая пружинка.
— Стаканыч! — поискав взглядом товарища, закричал капитан по-русски. — Я, кажется, нашёл причину! Тут просто пайка отгорела! Тащи паяльник!
Прапор в это время доливал топливо в мерно тарахтящий генератор, стоя на подножке кареты и откинув крышку сундука, в котором и был спрятан агрегат, словно капот машины. Услышав, что зовут, молча кивнул и неторопливо завершил заливку горючки через большую пластиковую воронку.
  
В это время к Дмитрию подошла Аврора. Рыжая баронета шмыгнула носом и озадаченно проговорила:
— Это неправильная нечисть.
Капитан поднял взгляд на девушку и подыгрывая ей мягко спросил:
— Можно подробнее, моя прелесть?
Аврора тут же заулыбалась и ехидно скосилась на ухмыльнувшегося братца. А когда вернула внимание на землянина, не забыла выпятить грудь и поправить чёлку. Всё же, даже с мечом и в доспехах девушка остаётся девушкой, а не бездушной берсеркершей.
— А вот, — проворковала баронета и сняла с пояса небольшой кожаный мешочек. Зачерпнув из мешочка пепел, девушка подошла к кругу, присела, набирала в лёгкие побольше воздуха и со всей силы дунула. Пепел слетел с ладони большим серым облаком, оседая на старуху. — Идемони.
По тонкому слою на плаще твари медленно покатились зеленоватые тлеющие искры, а сама тварь зашипела и оскалилась, показав кривые и гнилые чёрно-жёлтые зубы. Но больше ничего не произошло.
Затем девушка подошла к другому кружку, в котором суетился ночной бесформенный демон. Духов-грибов решили отпустить. А зубастого загнали в отдельную ловушку.
Когда Аврора снова дунула, демон заверещал, вспыхнул белым огнём, словно его обмазали напалмом, и стал кататься по земле, пытаясь сбить пламя. Дмитрий даже вытянул шею и скривившись разглядывал происходящее. Уж слишком противно верещала тварь, которая непонятно зачем увязалась за людьми.
Минут через пять огонь погас, и тварь замерла, подрагивая и часто сопя. Впрочем, волдыри на шкуре уже стали медленно-медленно заживать.
— Посыпанная пеплом, и в круге, и под гнётом молельные фигурок, но твари всё нипочём.
— Крестиком её оприходовать. Серебряным. А лучше крещёной кувалдой, — проговорил по-русски прапор, подошедший в этот момент с паяльником. За ним следом тянулся чёрный кабель удлинителя.
— А у тебя есть?
— Откуда, командир? — усмехнулся Сизов. — Сам знаешь, что все земные религиозные символы положено оставлять на базе. Это чтоб местные на вилы не подняли, как каких-нибудь еретиков.
Дел по пайке оказалось на пять минут. И пусть кто-то скажет, что это не баронское дело. Тут главное — соблюсти важный внешний вид, словно пересчитываешь стопки золотых монет. Местные всё равно не разберутся, что к чему.
Вскоре волшебная палочка была готова.
Дмитрий даже не стал закреплять защитный корпус, прямо так подключив чугунный артефакт к тройнику удлинителя. На торце прибора загорелся жёлтый светодиод.
Когда на поляне стало подозрительно тихо, капитан огляделся. И правда, солдатки побросали работу и уставились на колдующего халумари. Один паяльник, который дымил и плавил оловянную проволоку без углей или масляной лампы, чего стоит.
Когда жёлтый огонёк сменился зелёным, Дмитрий взял палочку и прицелился в старуху, но потом передумал и направил волшебное оружие на уродливого духа. И тут его ждал сюрприз: по палочке запрыгали небольшие бело-голубые искорки, похожие на светодиодных блох. Тварь тут же оживилась, словно и не была в плену пепельной преграды.
— Интересно, — проговорил капитан, взяв со стола паяльник и осторожно поддев им электрическую блоху, а затем поглядел на монстра. По уму надо провести эксперимент, но некогда, старуха беснуется.
Кстати, об экспериментах.
— Стаканыч, — произнёс Дмитрий и достал из кармана смартфон, дабы попросить запечатлеть весь процесс на камеру. Но передумал. Прапор очень негативно относится к применению электроники в средневековье. Как бы не отчудил чего.
Подумав немного и покрутив головой, землянин остановил свой взгляд на рыжей баронете, отряхнувшей руки от пепла и доставшей фамильные пистолеты. В пистолетах наверняка заряжено серебро.
— Ро-Ро, дорогая, можно вас попросить?
Девушка тут же глянула на капитана, и во взгляде баронеты читались недоумение и готовность помочь. А такое обращение на «вы», но с ласковыми прозвищами — было нормой для местной знати, даже если те объяснились в чувствах, но находятся на людях.