Тайными тропами (СИ)

Последним обнажился длинный палаш с затейливой гардой.
Женщина картинно откинула ножны в сторону на траву, поправила боевые кожаные перчатки, которые несколько несуразно смотрелись на фоне голой женской груди, и повернулась к Авроре.
— Я возвращаю свой долг. Я готова к поединку.
— Вы что, сдурели⁈ — не выдержал расслабившийся Дмитрий, подскочив с места.
— Не мешайте, — тихо проговорил сидящий рядом с ним Максимилиан. Паниковавший, когда Аврора пошла на схватку с драконом, братец сейчас был полностью спокоен и даже расслаблен. Баронет неспешно взял тарелочку с печёным мясом и наколол кусок на небольшую серебряную вилочку.
— Ну, раз так, — неуверенно проговорил капитан и пожал плечами, но садиться на место не стал. Мало ли как развернутся события. А чтобы потом не говорили, что угрохал ценную специалистку, вытащил из кармана смартфон и начал записывать происходящее.
— Я принимаю вызов, — громко произнесла баронета-лиса, встала и извлекла из ножен свою шпагу. Девушка пафосно приподняла руку с клинком, словно земной тореадор перед быком на арене, так чтоб остриё оказалось ниже гарды, а гарда, в свою очередь, чуть выше лица, затем встала полубоком.
Взгляды двух воительниц упёрлись друг в друга. У Виолетты спокойные, а вот в зрачках Авроры поблёскивал хитрый торжествующий огонёк.
Аврора, выдержала театральную паузу, а затем сделала шаг и сделала укол. Но укол был неспешный, словно в замедленной съёмке. И нельзя не отметить, что остриё почти не дрожало, хотя шпага была отнюдь не пёрышком.
Виолетта даже не пыталась сопротивляться, когда кончик острой стали вошёл в кожу чуть ниже ключицы.
По груди побежала тонкая струйка темнеющей в тусклом свете костра крови.
— Поединок окончен, — хрипло проговорила сержантка, тут же подав своей госпоже чистое полотенце.
Аврора опустила свой клинок и замерла в ожидании, а Виолетта улыбнулась и сделал небольшой, но изящный кивок.
Дмитрий тут же почувствовал, как его осторожно взяли за локоть. Это был Максимилиан, который протягивал обшитый по краям отрез белой ткани.
— Ваша милость, будет уместно, если вы сами подадите победительнице платок.
Капитан ухмыльнулся, убрал смартфон и осторожно передал белый квадрат Авроре.
Девушка сделала глубокий кивок, вытерла остриём от крови и кинула платок в огонь.
По толпе солдаток, обсуждающих свершившийся ритуал, прокатился шепоток, и судя по киваниям, всё было сделано правильно.
А затем вдруг Виолетта быстро наклонилась к своей оставленной на траве поясной сумке, и выхватила из неё что-то небольшое.
— Ставлю золото из драконьего клада! — громко произнесла она, отошла на несколько шагов и вытянула палаш в сторону баронеты. А второй рукой подбросила вверх звонкую монету, сверкнувшую в свете костра жёлтым.
— Отвечаю боем до второй крови! Ставлю дюжина халумарских серебряников! — так же громко, с нотками веселья в голосе ответила Аврора и скинула с себя плащ, а затем принялась расстёгивать пуговицы на дублете. После дублета зажала шпагу между ног и стянула с себя рубаху, тоже оставшись топлес и в перчатках.
— Сейчас-то что? — опешил капитан, вытаращившись на обнажившуюся баронету.
— Сейчас поединок ради поединка, — ответил Максимилиан. — Сперва Виолетта отдала дань храбрости Ро-Ро, сдавшись на её милосердие. А сейчас, ваша милость, когда дело чести улажено, просто состязаются. Но я бы на вашем месте приказал вашему слуге приготовить воду и тряпки. Они в горячке боя могут пораниться больше оговорённого.
— А голыми зачем?
— Вашей милости не жалко новеньких льняных рубашек, или ваша милость ревнует? — с едва заметной долей ехидства в голосе переспросил Максимилиан.
Дмитрий тихо выругался, не став комментировать про ревность, хотя доля правды в этом была. После случая на берегу он действительно ревновал.
Капитан тихо выругался, как не подобает местным дворянам мужского полу и посмотрел на прапора:
— Стакан Стаканыч, сходи за аптечкой.
Сизов крякнул, встал и направился к карете, бросая частые и жадные взгляды на сочные молодые сисечки.
  
— Иди-иди, Стаканыч. Нечего на чужую бабу пялиться.
— Ай, командир, меня аж зависть берёт. Такая краля.
— Стаканыч!
— Молчу, ваше баронство. А то, чует моя задница, опять розги будут. На базе тоже прикажешь выпороть?
— Да иди ты.
— Да иду я, — усмехнулся прапор и захромал дальше.
В это время девушки быстрым шагом отошли от костра, и естественно, их обступили кругом все присутствующие. Разве что сестрица Стефани осталась на траве у костра, свернувшись калачиком и подложив под голову сложенный в несколько раз шерстяной плед. Монашка сильно устала и теперь сопела, провалившись в глубокий сон.
Виолетта и Аврора встали в пяти шагах друг от друга, почти одновременно отсалютовали и стали ходить по кругу, делая ложные уколы и выпады — никто не торопился бросаться первой. Но оно и понятно, это на Земле на соревнованиях по фехтованию, нужно побыстрее нанести укол, чтоб засчитали очко. А здесь клинки настоящие, и безрассудный бросок может не только поразить соперницу, но и оказаться смертельным для обеих.
Девушки ходили очень долго, словно дворовые кошки, выгнувшие спины и соревнующиеся в шипении и остроте взгляда, а клинки часто соприкасались самыми кончиками, но в какой-то момент Аврора сделала размашистый удар справа налево по клинку соперницы, а когда та попыталась вернуть оружие в прежнюю позицию, снова ударила и совершила быстрый глубокий шаг правой ногой, ухватив рукой клинок противника за середину.
Дмитрий аж поморщился, представляя, как полетят в разные стороны отсечённые пальцы и хлынут брызги крови, но нет, всё обошлось.
Как-то сразу вспомнилось, что клинок затачивали до бритвенной остроты только на той его трети, которая ближе к кончику. Остальное было не острее топора. Тем временем девушка-лиса, не отпуская оружия соперницы, поднырнула поближе и стегнула клинком по боку Виолетты словно розгами. Не сильно, но кровь проступила. И было заметно, что рыжая чертовка еле сдержалась, чтоб не уколоть. Но уколов — убила бы.
— Первая кровь! — громко произнесла сержантка, вязавшая на себя роль и рефери, и секундантки. Конечно, была бы дуэль до смерти, на роль смотрительниц правил взяли бы знатных дам, но сейчас проходил просто дружеский матч, дабы спустить пар.
Солдатки стали перешёптываться, отчего Виолетта сменилась в лице, став немного злее. Видимо, проигрыш ударил по самолюбию рыцарки не меньше тех же розг, что достались прапору по мягкому месту. А вот Аврора, напротив, начала легко пританцовывать с улыбкой на лице.
Второй раунд начался более динамично. Рыцарка воспользовалась, что её оружие несколько тяжелее, да и сама Виолетта массивнее баронеты, надавала на клинок, а потом навались всем телом. Палаш скользнул вдоль лезвия шпаги, и их гарды глухо звякнули друг о друга. Авроре ничего не осталось, кроме как подставить свою раскрытую ладонь в качестве опоры своему клинку, стараясь, чтоб не отрубило пальцы. Сейчас это было вполне возможно.
Виолетта сделала неожиданный рывок и попросту пнула соперницу в живот. Нога достала, и Аврора пошатнулась, ну а рыцарка воспользовалась возможностью, перехватив баронету-лису за запястье и отводя от себя её клинок, а своим палашом плашмя ударила по заднице девушки.
Аврора плотно зажмурилась, через силу удерживая крик боли, и лишь в конце сдавленно зашипела. Обступившая импровизированный ринг толпа радостно вскрикнула, поддерживая предводительницу.
— Это какой-то неправильный бой. Я не так себе это представлял, — проговорил прапор, вернувшийся с аптечкой и небольшими раскладными стульчиками: для себя и начальника.
Дмитрий быстро пожал плечами. И при этом скривился, словно этого его ударили по мягкому месту, а не девушку. Как бы то ни было, но он неожиданно для себя чересчур сильно переживал за Аврору. Аж в груди ёкнуло, а к лицу прилила кровь.
— А ты ожидал, что они будут танцевать, как в кино или на олимпиаде? Это называется вульгарное фехтование — почти что бои в подворотне, — пробурчал капитан на претензии Сизова, старясь казаться невозмутимым.