Тайными тропами (СИ)

Сестра Стефани затрепетала ресницами и смущённо покраснела даже сильнее Авроры. Пальцы начали от неловкости накручивать кончик сестринского пояска на палец. Ведь раньше никто так не нахваливал, а сейчас аж святой назвали.
— Сказывай, — повторила сквозь зубы Аврора.
— Дорогая моя сестрица, не кусай. И как-никак, я старше тебя. И я не женщина, мне простительно легкомыслие.
— Я охотно поверю в жадность, но никак не в легкомыслие. Что ты забыл в Керенборге?
— Дорогая сестра, мне же надо копить приданное, — невинно захлопал глазками Ми-Ми. — Без хорошего приданного добрую жену не найти. Ты же знаешь, что если потом она от меня откажется, должна будет вернуть нашей матушке или само приданное, или то золото и серебро, на какую сумму оценят.
Аврора вздохнула, глянула на созерцающего с любопытством барона и продолжила:
— Я понимаю, что приданное. В Керенборг ты зачем подался?
— Да ты что! — громко возмутился лис. — Сейчас в столице, кроме ожидания кончины королевы, да продлятся её дни, только и говорят, что о халумарских шелках и специях! Герцогиня да Айрис, племянница нашей благословенной королевы и фаворитка в борьбе за трон, вырядилась в платья из тончайших и ярчайших тканей с этими… фианитами всех цветов радуги. А какой тончайшей работы у неё парадный доспех, все аж дыхание затаили. Ажурный, словно не из грубого железа выкован, а из яичной скорлупы вырезан.
Братец запнулся на полуслове и глянул на барона.
— Ваша милость, я же правильно понимаю, что ваши симпатии на стороне герцогини да Айрис?
Барон ухмыльнулся и кивнул.
— Фух, — выдохнул Максимилиан, достал небольшой походный веер и принялся осторожно им помахивать. — Я уж испугался. Я ведь когда в Галлипосе обмолвился по свои симпатии, мне сторонники герцогини да Берты чуть клинок в брюхо не засадили. И это в Галлипосе, где на первом месте стоит торговое золото и здравый смысл! — возмущённо воскликнул он и потряс веером над головой. — Представьте, что творится в столице! Там горожанки посреди дня бросаются толпа на толпу со шпагами и дубинами. Каждый день шум и визг стоит. Куда не пойдёшь, везде можно наткнуться на прилично одетый труп с проколотым пузом или пробитой головой. Даже Орден вмешался. Храмовницы патрулируют улицы вокруг дворца и в богатых кварталах, где усадьбы знати. Цеха и гильдии нанимают для охраны солдаток из терций целыми сотнями. Так что в провинции, такой как Керенборг, сейчас безопаснее.
Аврора поджала губы. Братец, конечно, подогревает котелок со словами, но стычки на главной площади и драки в трактирах вполне имеют место.
— И ты решил, пока старушка ещё не отошла на торжественный приём к Небесной Паре, отсидеться подальше?
— Нет, пока все трясут за грудки оракулов, желая знать, кто победит в борьбе за трон, или точит клинок, чтоб лично направить своё будущее по нужной тропинке, я решил быстро набрать самых ходовых тканей, специй и безделушек.
Он полез за пазуху и вытащил большой платок, который был белее белого. Аж светился белизной.
— За пять локтей такой ткани можно выторговать полновесный золотой! А весят десять локтей шёлка много меньше, чем локоть сукна, и даже один осёл с тюком принесёт большую выгоду, а целый фургон и подавно. Скоро в Керенборг хлынут торговцы, и надо успеть снять сладкую пенку, пока цены приемлемые.
Аврора закатила глаза и покачала головой. Братец просто неисправим. Казалось, не успел из утробы матери вылезти, а уже к золоту тянется. И ладно бы оно тянулось в ответ, но ведь любит жить, ни в чём не отказывая, не скопил даже кувшина с монетами. Зато ходит весь гордый, одёжка яркая, пряжки серебряные. Поди, даже пули к его свистульке золотые вместо свинцовых. И ведь обязательно найдёт какую-нибудь простушку, которая готова будет терпеть этого пройдоху.
— А ты что? — с прищуром спросил братец.
Девушка поджала губы, задрала подбородок и скосилась сперва на баронского племянника, потом на его спутника. И ведь надо же что-то ответить. Не говорить же, что за рекомендательную грамоту продала за полцены свои шпагу и доблесть, а из сбережений только золотая заколка на плаще да аванс, выданный в твердыне пришлых.
  
— Я тоже карьеру строю. Вот, у его милости в ближайшем круге.
Максимилиан тут же ехидно заулыбался, аж прищурился, что не укрылось от общего взора.
А вот Аврора, хорошо зная Ми-Ми, сильно нахмурилась. Наверняка чуть не выронил гадость вроде: «А насколько близко?»
Был бы на месте брата кто другой, сразу же получил бы перчаткой по щеке. Вот, прямо не снимая с кулака. И дуэль до смерти.
— Ваша милость, с вашего позволения! — вскочила с места девушка, пересиливая гнев, затем изобразила поклон в тесной карете, выпрыгнула в дверь и стала плестись немного позади, не боясь отстать, благо тяговые бычки еле-еле двигались, их и пеший обгонит.
Руки сами собой выхватили шпагу, и Аврора принялась зло срубать верхушки трав, росших на обочине дороги.
— Вот, свалился ты на мою голову, — прорычала она.
  
Глава 12
 
Прогрессор ты, или где?
 
Гнилой Березняк, представляющий собой большое болото, ощетинившееся стволами мёртвых, лишённых даже веток и поросших мхами, лишайниками и грибами деревьев, миновали поздним утром. А сейчас было далеко за полдень.
Дмитрий сидел в карете, сунув в уши наушники-вкладыши, и смотрел на медленно-медленно движущийся за окном пейзаж. Сами наушники были воткнуты в смартфон, а тот, в свою очередь, лежал в обитой свинцом и жестью, а потому весьма тяжёлой шкатулке с дырками под провода.
О быстром мобильном интернете можно забыть напрочь, и такова проблема этого мира. Магия, насытившая атмосферу мощнейшими электромагнитными шумами, мешала радиосвязи настолько, что дальше километра глохла и слепла любая аппаратура, а вдобавок ещё и требовала заземлять и экранировать всё, что только можно. Шутили, что колдовство ревниво, как влюблённая девушка. Но в этой шутке горькой правды было больше, чем лжи.
Чтоб пробиться сквозь естественные шумы, приходилось делать либо очень мощный передатчик коротковолнового излучения, или отправлять флешки и диски почтовыми птицами или курьерами, что на практике оказалось в разы быстрее, чем передача цифрового сигнала на скорости морзянки, отбиваемой пьяным радистом эпохи Титаника.
Пробовали возвести цепочку радиовышек-ретрансляторов, но из-за долбанной магии проблем возникает больше, чем можно представить, и от вышек решили отказаться. Теперь думают над проектом оптоволоконного кабеля, который надо прокинуть в Галлипос и столицу королевства Коруну. Стеклянное волокно — дёшево и сердито, но опять же всё упирается в средневековье. Любые новинки техники, если они не отлиты из чугуна или бронзы, как, например, мясорубки или ручные дрели, местные принимают ещё хуже, чем земные крестьяне эпохи Петра Первого картошку. В истории был пример, когда крестьяне орали на велосипедиста, что тот на чёрте едет, за рога держится. Здесь не лучше.
И опять всё уткнулось в прогрессоров, торгующих высокотехнологичными безделушками. В Керенборге, вблизи которого портал и база, процесс со страшным скрипом с мёртвой точки сдвинулся. Про столицу и портовый Галлипос пока говорить нечего — слишком всё медленно и мало — просто по крупицам.
В ушах тихо играла музыка, а писем не поступало.
Капитан задумался и не с первого раза услышал выкрик дозорной:
— Заберёзье!
— Ну наконец-то, — чуть ли не прокричал прапор, у которого на шее был воротник-подушка — с такими же обычно спят пассажиры самолёта при перелёте.
Дмитрий оторвался от чтения докладов и опустил стекло на дверце кареты, покрутив обычную рукоятку, какая была на старых жигулях — технари не стали выдумывать ничего нового и попросту взяли механизм на авторазборе. Но для средневековья даже это было вершиной технической мысли. В общем, жаловаться не приходилось.
А вдалеке действительно показались ветряные мельницы и верхушка шпиля местного храма всех божеств. Городишко был в разы меньше Керенборга, а по земным меркам и вовсе тянул на посёлок городского типа, если взять за основу многоэтажную постройку в виде нескольких десятков домиков у стен небольшой, стоящей на берегу неширокой речушки дозорной крепости. Был там и своеобразный частный сектор, в виде небольшой, жмущейся к городку деревни. Помнится, Юра рассказывал, что на первом задании твари Гнилого Березняка увязались за ними, войдя прямо в этот населённый пункт и наведя там изрядного шороха с дюжиной трупов.