Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна

— А как же, — прохрипел Антанарис. Он шёл только благодаря тому, что положил руку на плечи Иргу, и то, с трудом передвигал ногами. — Первомаю же нужно знать, как качественно я выполняю свою работу.
— Главное, чтобы нас не раскусили в те ночи… — тихо сказал Ирг, с подозрением щурясь и всё еще вглядываясь в стену леса по правую сторону от них.
— С этим не будет проблем, — выдохнул Антанарис. Он поднял голову и принялся нащупывать свободной рукой свою флягу в кармане пиджака. Ухватившись за неё, он удовлетворённо улыбнулся и выпил, задрав голову.
— Антан, ну только не сейчас же… — неодобрительно протянул Ирг, который почувствовал странное движение и наконец отвлёкся от разглядывания стволов.
— Не надо указывать, я тебя старше, между прочим. И ты планируешь создать родовое гнездо с моей дочерью, не забывай, — Антан говорил медленно и другой интонацией, нежели обычно, будто бы от ранения у него произошло какое-то помутнение рассудка.
Иргойль лишь устало выдохнул в ответ.
Когда они появились на улице, стражник, который только что убил змееголового, всё еще стоял рядом с трупом. Он обернулся, услышав шаги, и уже было поднял винтовку, но потом тут же опустил.
— Документы, почитающие. — грозно прохрипел он.
Каждый из участников дозора достал свои картонки с подписями Антанариса и Первомая и по очереди показал их стражнику. Невозможно было понять, какие эмоции скрывала равнодушная маска. Артём попытался вглядеться в неё, пока есть возможность. Короткие и узкие прорези для глаз, носа почти нет, тонкий, натянутый рот с намеченной нижней губой. Артём подумал, что эти маски очень похожи на африканские. Он вдруг вспомнил, как в детстве на квартире у бабушки нашёл старую книжку с цветными фотографиями различных африканских масок. Это была какая-то энциклопедия, но Артём почему-то не вчитывался в текст. Он провёл много часов, разглядывая необычные, а порой и жуткие лица, сделанные из коры, листьев, а также кожи, костей и волос животных. На долгое время с ним осталось какое-то странное чувство лёгкой тревоги. Лица приходили ему во снах, одновременно пугая и завораживая. Каждый раз, когда он приезжал к бабушке, он искал эту книгу, снова и снова разглядывая пустые глазницы и рты разных форм. Странное чувство в полной мере ожило в нём и сейчас. Ему показалось, что стражник медленно поворачивает голову, провожая взглядом именно его.
— Вы свободны.
— Артём! Ты чего тормозишь?! — рявкнул Иргойль.
Артём поджал губы, снова услышав тот надменный тон, но всё же молча поторопился, отвернувшись от стражника. Он уже не увидел, что существо в маске довольно долго провожало их взглядом, пока они не скрылись за поворотом.
Цицерон тут же грозно приказал Антанарису раздеваться, паралельно прикрикнув на Диану, из-за того, что та только размазывала пятна крови, которые непрестанно образовывались на полу, где бы смотритель не останавливался.
— Справитесь без меня пару дней?
— Никаких пару дней! — выпалил Цицерон и с треском оторвал кусок бинта.
— Конечно, Антан, не волнуйся, — кивнула Алиса, стараясь не смотреть на пропитанную кровью белую рубашку.
— Мальчики, не ссорьтесь, — ухмыльнулся смотритель, с намёком окинув взглядом Артёма и Иргойля. Артём промолчал. Он наоборот, никак не мог отвести взгляда от бурого пятна, которое постепенно увеличивалось.
Иргойль обнял Алису за плечи и притянул к себе, та смущенно улыбнулась, врезавшись виском в его грудь.
— Мы с Алисой просто уйдём в другую комнату, да, Алиса?
— Артём хочет уйти завтра, — Алиса вдруг изменилась в лице. Сказав это, она подняла взгляд на Антанариса.
Артём глянул на Алису, широко раскрыв глаза, а потом почувствовал на себе тяжёлый взгляд серых глаз.
— Хорошо, — спокойно сказал смотритель, будто стараясь не разжимать тонкую полоску рта. — Только тогда у меня для тебя два условия. Первое — дождись меня, нам нужно поговорить, прежде чем ты уйдешь. Ведь я посвятил тебя в наши тайны, забыл? Согласен?
— Ладно, — хрипло ответил Артём и прочистил горло.
 
— Второе — ты должен понимать, что обратно я тебя уже не приму. Подумай, может тебе всё же стоит дождаться, пока я отведу тебя?
— Я подумаю.
— Хватит обсуждать, пошли отсюда, всё, спать! — между ними внезапно возник Цицерон. — Мертвечина, ты всё мне кровью залил! Снимай пиджак, что ты сидишь, как маленький! А это у нас что? Тут он обратил внимание на разодранную руку Артёма.
— Где болит? — буднично спросил он, смеряя Артёма взглядом детких глаз с редкими ресничками.
— Колено, и… — Артём провел ладонью от плеча до кисти.
— Ну ка сядь, — Цицерон кивнул на свободное место на кровати рядом с Антанарисом, а затем крикнул:
— Диана, хватит грязь разводить, иди Артёма посмотри!
Диана тут же поднялась с колен и побежала в соседнюю комнату. Она быстро вернулась, оставив где-то тряпку. У неё был всё такой же мягкий и добрый взгляд. По пути к Артёму она активно протирала чем-то руки.
— Бедный мальчик, настоящий воин… — прошептала она, сев на колени перед Артёмом и ощупывая его коленку тёплыми пальцами.
Антанарис в это время снимал пиджак, и она украдкой глянула в его сторону.
Артёму показалось, что в чёрных волнах волос на её голове как будто торчат два каких-то бугорка, но тут Диана поднялась и спросила:
— Поднять сможешь?
Артём сделал попытку, зажмурясь и сжав зубы от боли.
— Сможешь, — заключила врач. — Тогда нужно будет вымыть и обработать ссадины. Сможешь сам? Мазь и бинты я тебе дам.
— Ладно, сделаю, — кивнул Артём.
Антанарис уже разделся и ждал новых указаний, уперевшись руками в колени. Он до сих пор не заметил, что хвост из волос на его голове давно растрепался, и много серых локонов болтались, обрамляя уставшее лицо.
— Сейчас будем промывать раны, посмотрим, нужно ли зашивать… Готов? — задумчиво произнёс Цицерон. Он задумался, разглядывая рану Антанариса, и машинально отдал одежду смотрителя Диане.
Антан кивнул.
— Что мне сделать? — тихо спросила брюнетка и подняла взгляд на Антанариса. Тот смотрел на неё, и теперь их взгляды встретились. Смотритель легко улыбнулся, то ли от боли, то ли просто пытался подбодрить молодого врача.
— Принеси таз с водой.
На обратном пути Иргойль шёл вместе с Алисой впереди, но Артём даже не пытался их догнать. Он снова думал о своём решении уйти, но решил всё же выполнить условия Антана. Какое они вообще имели право посылать его на смерть в качестве наживки? А теперь ещё просят об одолжениях.
Когда они вошли в дом, Алиса с Иргом, будто Артёма не существует, направились на кухню. Артём сразу пошёл в ванную, обработать раны. Хоть голод и терзал его, он точно не сможет поесть, сидя за одним столом с этой парочкой. От воды руку только больше защипало. Артём стоял под душем, сжав зубы от боли, и чувствовал вязкое, душащее чувство тоски. Наверняка он не успеет вернуться к вступительным экзаменам, а это значит, что придется ждать ещё целый год… Или, того хуже, отец скажет устраиваться куда-нибудь на работу. Хотя, может, его возьмут на станцию… Только кем? Уборщиком? Без образования-то? Нет, похоже придется работать в каком-нибудь другом месте. Может библиотека? Там как раз будет время подготовиться к экзаменам в следующем году. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Артём закрыл глаза и попытался представить, что это не вода, а солнечный луч пригревает ему плечи и спину. Получилось плохо, во многом из-за того, что разодранная рука горела, будто по ней проводили горящим бревном.
Мазь подарила приятную прохладу. Артём забинтовал колено и руку, оделся и сразу же направился в комнату, по пути прислушиваясь, ушли ли те двое с кухни? Но оттуда доносился еле слышный разговор, поэтому Артём уверенно прошёл мимо. Он захватил с нижней полки первую попавшуюся книгу и улёгся на кровать, решив почитать, чтобы хоть немного отвлечься от давящих на него мыслей. Читал он довольно долго, в книжке были собраны местные сказки, которые во многом были похожи на сказки из мира наверху. Они тоже рассказывали о правде, добре и зле, лжи и предательстве. Алиса так и не пришла, не побеспокоилась, поел ли он. Вот он и ответ, правда ли она переживает за него. Хотя, может она боится Иргойля? Что за бредовые у них отношения! Артём даже выдохнул от нахлынувшего негодования. Голод стал напоминать о себе настойчивее, и тогда Артём всё же решил наведаться на кухню. Он нашёл в ящике для хранения еды большую банку с молоком, выпил два стакана и съел немного странного белого сыра, название которого он забыл. Вкус был довольно сносный. Ненамного, но стало легче. Артём быстро разделся и лёг под одеяло. Усталость тут же будто наполнила всё тело свинцом, и он быстро заснул, а через секунду уже проснулся от того, что его кто-то позвал: