Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна

Он пришёл уже в вечернюю треть.
— Ну, как вы тут, Алиса, Артём? — начал он, как только вошёл, и тут же встретился взглядом с Дианой, которая сидела за столом и смешивала что-то густое в небольшой миске.
— Славьте, Диана, — смотритель легко улыбнулся и кивнул. Та кивнула в ответ:
— Антанарис. Сейчас, я закончу готовить мазь, отдам вам и можете идти. Думаю, ещё пару дней постельного режима, — Диана глянула на пациентов. Артём уже сидел на кровати, положив ладонь на бинты, а Алиса уже встала и смотрела на Антанариса.
— Как рука, Алиса? — спросил он, кивнув ей.
— Болит, — выдохнула Алиса и провела рукой по бинтам.
— Артём?
— Адски болит, — громко сказал Артём в ответ.
— Это пройдет, — выдохнул Антан. — Послезавтра у нас собрание. Как думаешь, сможешь прийти?
— Думаю да… — грустно сказала Алиса. — Артёма тоже надо взять.
— Думаешь? — Антан глянул на Алису с неподдельным удивлением.
— Антан, не начинай… — устало выдохнула Алиса.
— Что за собрание?
— Узнаешь, — Антан оскалился в своей неизменной, таинственной улыбке.
— Любите же вы… Любишь же ты загадки, Антан. Что будет на собрании? Меня опять попытаются убить? — Артём нервно улыбнулся.
— Не неси бред! — Антан хотел сказать что-то ещё. Он нахмурился и глянул на Артёма, но тут на его плечо сзади легла красивая рука с длинными ногтями, покрытыми лаком. Артём смотрел на Антанариса и увидел, как его в его глазах сначала блеснуло удивление, а затем осознание. Лицо медленно разгладилось, дополнилось дружелюбной улыбкой. Наконец, он провернулся к Диане. Та протягивала ему две баночки.
— Это для Алисы, а это для Артёма, — сказала она, передав мази в руки смотрителя. — Сейчас, ещё принесу бинты…
— Диана, а… — Антан остановил её, — а где Цицерон?
— Он на вызове, — бросила врач, отвернувшись и направившись к одному из шкафчиков.
— Ясно, — Антан не отрывал взгляда от спины Дианы.
Артём зажмурился и закрыл лицо ладонью. Боже, серьёзно? Как же глупо!
Когда Диана вернулась к смотрителю и отдала ему бинты, Антан снова спросил.
— А вы откуда? Прошу прощения, вы — средний разряд?
— Да, — тихо ответила Диана, опустив глаза. — Иди, Антан.
— Хорошо, Диана, спасибо, — смотритель продолжил искать её взгляда ещё пару секунд, а затем глянул на Алису. Он будто вернулся в реальность, глаза его блеснули.
— Ну что же, наконец домой!
— А где Иргойль? — спросила Алиса, спрыгивая с кровати.
— Он готовит ужин, возьми свою мазь, Алиса. А эту отдай Артёму, — Антан передал Алисе две мази, а бинты оставил под мышкой.
— Спасибо, Диана! — сказала Алиса, обернувшись. — Я твою помощь никогда не забуду.
— Спасибо, — тихо сказал Артём, тоже глянув на врача, и потёр бинты на шее.
— Берегите себя! — улыбнулась Диана вслед.
Вернувшись в свою комнату, Артём сразу же заметил железные решётки на окнах, которых до этого не было. Они придавали ощущение безопасности, поэтому Артём только порадовался. Теперь ночной страж, даже если захочет, не сможет пролезть к нему. После ужина, по настоянию Дианы, Артём решил сделать перевязку.
В зеркале отразился ровный круг из красноватых ранок-точек. Артём провёл по ним пальцами, разглядывая, и невольно сглотнул, останавливая поднимающуюся из желудка тошноту. Зачерпнул рукой мазь и обильно смазал место укуса. Наверняка останется шрам. С одной стороны это отвратительно, а вот с другой — будет, чем подкрепить свой рассказ. Пусть даже может его поизучают, возьмут кровь на анализ. Может, благодаря Артёму откроют новый мир! Эта мысль понравилась Артёму, и он, забыв о непримечательности шрама, плотно забинтовал шею и вымыл руки. Рассматривая в зеркале, как сидят бинты, он вдруг обратил внимание на свою майку, которая пропиталась запёкшейся кровью. Тёмное пятно начиналось у горла и спускалось ниже, перекрывая схематичное изображение акулы. Артём стянул с себя майку и подставил под поток воды из крана. Ванная тут же наполнилась красными разводами и Артём почувствовал, как всё тело содрогнулось. Запахло железом. Это не сон. Это действительно его кровь, на него действительно напала жуткая тварь и он действительно смог победить её. Сомнения в реальности происходящего усилились. Артём даже ущипнул себя. Оказалось больно. Он довольно долго держал майку под водой, пока вода не стала почти прозрачной, затем смял её, положил в железную миску и наполнил её водой. Артём поднялся с колен и ещё раз взглянул на себя в зеркало. Слабак, значит? Артём положил ладони на щёки и потянул их вниз, так, что даже верхние веки начали опускаться. Лицо похудело — так выглядело даже получше. Затем Кристалинский, повторяя популярный жест, согнул руку в локте и напряг её — но здесь мало что изменилось. Значит, слабак. Но этот слабак, кстати, застрелил кроветника. Так что не прав ты, отец, когда говоришь, что такие как наш Артём ни на что не способны… А, впрочем, ты всё равно не поверишь. Артём опустил майку, выпрямился и гордо вытянул шею.
 
— Ты там долго ещё, чудик?! — послышался вопль Иргойля. — Ты тут не один живёшь!
Артём взял с раковины баночку с мазью и, взглянув себе в глаза в последний раз, отвернулся от зеркала.
Время до загадочного собрания пролетело быстро. Артём был рад, что можно наконец выспаться, хоть его и мучала боль в шее. Весь следующий день он провёл в своей комнате, не имея ни малейшего желания вставать с кровати. То и дело Артём проваливался в тяжёлый сон, а когда просыпался, то лежал и пытался вспомнить материалы по физике к вступительным экзаменам в университет — всё то, что он успел почитать за первую половину лета. Получалось плохо. В голову то и дело лезли неприятные воспоминания о пережитом ужасе. Как там мама с отцом? Они считают его умершим? А Дима? Винит ли он себя в его смерти?
Алиса, следуя их договору, не пыталась навестить Артёма. Только днём она постучала к нему в дверь, пытаясь позвать обедать, но Артём притворился, что не слышит. Общение с ней сейчас ещё больше вытянет его итак иссякшие силы. Ещё надо поработать дней десять, если не больше, до того момента, как Антанарис наведается к Первомаю.
Несмотря на то, что весь день голод не беспокоил его, напоминая о себе только лёгкой тошнотой, ночью Артём проснулся от сильного желания съесть хоть что-нибудь, буквально сжимающего желудок. Пожалуй, нужно было заставить себя встать с кровати ещё днём, когда Алиса осторожно стучала в его дверь…. Голову после долгого сна казалось, будто набили ватой. Пытаясь сохранить равновесие и терпя головную боль, Артём оделся, обул кеды без задников, как тапочки, и вышел в коридор. В полутьме, укутавшей спящий дом, Артём практически на ощупь направился на кухню. Проходя по коридору, он вдруг услышал странный звук. Артём замер, прислушиваясь. Звук, непохожий ни на что привычное слуху повторился. Он был похож на скрип, резкий и громкий. Артём посмотрел в сторону звука — тот исходил из комнаты справа. Комнаты Антанариса. Разве можно во сне издавать такие странные звуки?
Скрип снова повторился, и теперь Артём различил жалобный, собачий скулёж. Тут же через секунду скулёж сменился рычанием. Казалось, в комнате заперли огромного пса, который просился, чтобы его выпустили. Артём осторожно подошёл к двери и прислушался. Думая, что все ещё спит, Артём протёр глаза, закрыл уши ладонями и снова открыл их, но звуки не исчезли. Из комнаты всё ещё слышались отчётливое рычание и возня.
Кристалинский, после нескольких секунд сомнений, осторожно протянул руку и взялся за ручку двери, которая представляла собой согнутый в нескольких местах ржавый железный прут. Дверь со скрипом приоткрылась. В комнате было темно, лишь несколько жёлтых бликов из окна падали на лежащего на кровати. Никакого гигантского пса не было. На кровати лежал Антанарис. Он ворочался, жмурясь с закрытыми глазами, мотая головой из стороны в сторону. Он делал это так резко, что длинные волосы то и дело взлетали в воздух. Зубы были сжаты, и сквозь них прорвался очередной рык. Не успел Артём поверить своим глазам, как вдруг дверь резко закрылась, чуть не прищемив ему нос. От неожиданности Артём отшатнулся назад. Перед ним возник Иргойль. Держа ладонь на двери, он злобно оскалился.