Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна

— Хе, — не то кашлянул, не то усмехнулся гробовщик.
— Ты нездешний, — попробовал Антан успокоить Артёма, потому что тот от злости громко дышал носом, — он просто интересуется тобой. Он любит развлекаться, скоро отстанет.
Тем временем они зашли за ограду кладбища и пошли между могил. Пришлось выстроиться друг за другом, чтобы идти по узенькой дорожке. Повсюду насколько хватало взгляда рассыпались надгробия. Какие-то старые, какие-то поновее.
Артём в очередной раз ощутил, как по спине пробежал холодок.
Когда они остановились у одной из могил, лесник поднял лопату и произнёс, будто сам себе:
— История с Вершителем добавляет новых смыслов нашему разговору, — и тут он со всей силы толкнул лопатой надгробие. Тяжёлый неровный камень не был вкопан в землю, поэтому тут же упал. Артём почувствовал, как несколько кусочков земли ударили по щеке, разлетевшись от удара. Он зажмурился и отвернулся, отчаявшись прочесть надпись на надгробии. Лопата сразу же врезалась во что-то в земле. Еще одно движение, и Артём увидел перед собой верхушку гроба.
— Вы что, совсем с ума сошли? — прошептал он сдавленно.
— Погоди… — на выдохе бросил Яр, отодвигая землю от гроба лопатой.
После лесник наклонился и руками сбросил оставшиеся комочки земли с крышки, поблёскивающей на слабом свете с потолка. Быстрым движением Яр поднял крышку и та со скрипом откинулось назад.
Артём широко раскрыл глаза и выдохнул.
Дна у гроба не было. Он был лишь маскировкой входа в какое-то помещение под землёй. Там было абсолютно темно, и было невозможно понять, какого оно размера.
Гробовщик быстро опустил ногу в вязкую тьму и оперевшись обо что-то, принялся спускаться. Через несколько секунд он с головой нырнул во мрак. Наконец, внизу зажглась свеча, которая осветила только лицо Яра. Он оскалился в улыбке, глянув на стоящих наверху, и его улыбка и блеск глаз на дрожащем племени свечи показались жуткими. Скоро в помещении стало достаточно света, чтобы можно было увидеть верёвочную лестницу, которая спускалась вниз.
— После тебя, — кивнул Антан в сторону гроба, смотря на Артёма.
Теперь его приглашали залезть в гроб. Что дальше-то?
С такими мыслями Артём подошёл к краю могилы.
Он быстро спустился вниз, дрожащими от напряжения руками хватаясь за веревки. Под конец лестница раскачалась и Яр поймал её одной рукой, оскалившись в ироничной улыбке.
Погреб, в котором оказался Артём, был небольшим. Когда Антанарис спустился, им втроём уже становилось тесно. Вдоль всех стен шли деревянные стеллажи с полками, заполненными в основном стеклянными банками с пожелтевшими этикетками.
— Это моё хранилище, — гордо произнёс гробовщик, — я собираю разные вещества, чтобы сделать оживляющий раствор. Я хочу научиться оживлять трупы.
— И зачем это вам? — Артём удивленно окинул взглядом лицо собеседника, будто пытался найти там явные признаки сумасшествия.
— А сейчас узнаешь, — улыбнулся Яр. — Я уже почти у цели, — Яр положил руку на одну из полок и, прищуривщись, достал оттуда маленькую баночку из тёмного стекла и принялся, щурясь, читать этикетку, подсвечивая ее свечой в подсвечнике в другой руке.
— Может, это попробовать… — пробормотал он.
— Яр, давай ближе к делу, — напомнил Антан.
Артём облокотился спиной об один из стеллажей и сложил руки на груди. Сзади на полке что-то звякнуло.
— А, да, сейчас, хе… — Яр убрал склянку, и задрав голову, принялся нащупывать что-то на самой верхней полке.
— Подержи… — он передал Артёму подсвечник со свечой, а затем достал с верхней полки небольшой чемоданчик, сделанный из металла. Лесник сдул с его поверхности комочки земли и, скалясь, открыл перед Артёмом.
— Итак, Артём, я уже пару дней живу с тобой в одном доме, — начал Антанарис. Артём посмотрел на него, а потом снова перевел взгляд на содержимое чемодана. В нем лежала стопка желтой бумаги, кое-где покрытой пятнами. На самом верху лежал сложенный вчетверо чертёж какого-то здания.
— И я надеюсь, что ты достаточно умён, чтобы понять, что то, о чем мы сейчас будем говорить, можно обсуждать только здесь или в хижине и только со мной или другими существами, с которыми разрешу я.
 
— Хорошо, — только и ответил Артём.
— Теперь перейдём к следующему… — Антан аккуратно взял чертёж из чемодана, — Это — план дворца Первомая. И в один прекрасный день мы туда ворвёмся и перегрызём ему глотку — он развернул план, продемонстрировав его Артёму, а затем вернул на место.
— Или сварим, хе, — вставил своё слово гробовщик, и от короткого смешка чемодан в его руке дрогнул.
— Великий Первомай не такой уж и Великий? — спросил Артём.
— Обо всём по порядку. Скажем так, некоторые замашки Первомая не совсем нормальны.
— Например варка мертвецов, — снова добавил лесник.
— Варка мертвецов? — переспросил Кристалинский, непонимающе сощурившись.
— Да. Все стражи и то существо, встречу с которым ты предсказал в Холодном лесу — всех их создал Первомай.
— У него есть оживляющий раствор, — добавил лесник, — я хочу его повторить.
— Что ещё за оживляющий раствор? И каким же образом он… — Артём не успел договорить.
— Как каким? — снова вмешался лесник. — Берет труп, опускает его в раствор. Он потом выходит, видит Первомая и уже на всю свою жизнь, если это можно так назвать, становится его сыночком. А он его папочкой. Хех.
— Папочкой? Это странно.
— Он становится верным ему навсегда, — пояснил Антанарис.
— Звучит жутко, — Артём посмотрел куда-то в сторону, а затем снова на Антанариса, — и отвратительно.
— Именно так. Первомай действительно дал нам работу, жильё и еду, точнее построил нашу жизнь так, чтобы мы без чьей либо помощи со стороны могли существовать. Но со временем его законы становились все жёстче. Во-первых, книги стали запрещаться, их заменила ежедневная газета — «Первомир».
— Отвратная и глупая газетёнка, — вмешался Яр.
— Первомай объяснил это тем, что нужно больше отдыхать, чтобы лучше работать и больше производить ресурсов. А отдыхать лучше с газетой или за словесными играми. У нас есть даже соревнования по словесным играм. Затем появились стражи. Первомай говорил о защите, о чётком расписании дня и о том, как это поможет всем стать лучше. Большинство существ так благодарны за его появление и за то, от какого кошмара он из спас, что безоговорочно принимали все его решения. Вот только никто не знает, — Антан указал наверх и оскалился, показав клыки, — что в трети, когда существам нельзя выходить на улицу, Первомай убивает, делая своих жертв частью своей армии с помощью раствора.
— И откуда ты всё это знаешь? — произнёс Артём и посмотрел на содержимое чемодана.
— У меня есть доказательство, которое я получил благодаря тому, что я нахожусь на службе, — с этими словами Антан приподнял одной рукой чертежи и достал из чемодана стопку мятых листов. Взяв их в обе руки, он передал их Артёму.
Артёмувидел небрежно нацарапанный карандашом рисунок. Стиль был похож на те пейзажи, что висели в кабинете Смотрителя. На листке было изображено мертвое существо — человек с головой ящерицы. Горло было перерезано, и на землю перед ним уже натекла лужа крови. Кое-где были хорошо прорисованы отдельные детали, такие как например пряжка ремня на брюках. Угол рисунка будто окунули во что-то красное.
— Это ты нарисовал? — спросил Артём, подняв взгляд на Антана
— Да, я. С натуры. А это пятно — его кровь. Для доказательства.
— Что-то не очень хорошее доказательство, — иронично улыбнулся Артём и его глаза блеснули при свете свечи. Ты мог это из головы выдумать, и краской покрасить. А убивает кто, сам Первомай?
— Конечно же нет, — Антан забрал стопку рисунков из рук Артёма, с раздражением глянув на него, — у него есть специальные существа для этого. Точнее мертвецы. — То есть ты считаешь, — продолжил Антан и продемонстрировал всем стопку рисунков, проведя рукой по ее углам, — что я это всё выдумал?