Грани искушений (СИ)

— И ты мне это так легко говоришь? — моя злость закипала, как вода в чайнике, готовая вот-вот выплеснуться. — Она пыталась флиртовать, а ты просто стоял и принимал это?
Дрэйк прищурился, его голос стал ледяным:
— А ты? Ты что, сама ни разу не флиртовала?
Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули.
— Это было до того, как мы с тобой вообще познакомились. После нашей встречи ничего подобного не было!
  
Мои слова звучали уверенно, но в голове всплыли воспоминания о том вечере, когда Макс как обычно провоцировал меня своими словами. Тогда я в шутку бросила: «Я бы позвала вас третьим, но вы же на работе…» — и этот момент казался забавным, почти безобидным. Но сейчас, стоя перед Дрэйком, я не могла не задаться вопросом, как бы он отреагировал, узнав об этом.
— А как насчёт Алекса? Или ты хочешь, чтобы я поверил, что он продолжал вертеться вокруг тебя, после жёсткого отказа?
— Ты серьёзно? — я сделала шаг вперёд, бросая вызов. — Это ты сейчас меня обвиняешь? После того, что я видела?
Он подошёл ближе, не оставляя мне возможности отступить.
— Я не обвиняю, Агнес. Я просто показываю, что ты не одна играла в эти игры.
— Игры? — я почти прокричала, но сдержалась, осознав, что наш голос может разноситься по коридорам. — Это не игры, Дрэйк! Ты понятия не имеешь, как я чувствовала себя, увидев тебя с ней.
— А ты понятия не имеешь, каково это — видеть, как другие мужчины смотрят на тебя, зная, что я не могу назвать тебя своей!
Эти слова накрыли меня, как ледяная волна, смывая остатки моей злости. Я молчала, обдумывая, что он только что сказал.
— И всё же, — его тон стал мягче, но взгляд оставался таким же пронзительным, — есть вещи, которые ты должна знать.
Он сделал шаг назад, словно собираясь дать мне время переварить его слова, а затем, сдержанно и ровно, продолжил:
— Вельвет принадлежит моей семье. Это не та информация, которую я могу рассказывать всем подряд. Сейчас клубом управляет мой отец, но он решил, что пора передать управление мне.
— Значит, это всё… работа? — мои слова прозвучали скорее как обвинение, чем вопрос.
— Это бизнес, Агнес, — его тон стал твёрдым. — И да, это моя обязанность. Сейчас в Осмас Глобал я нахожусь лишь временно, помогаю с некоторыми делами брату. Но в ближайшем будущем клуб полностью перейдёт под моё управление.
Я отвела взгляд, чувствуя, как в груди поднимается нечто новое. Было ли это облегчение? Или вина за свои подозрения? Я пыталась понять, но его слова всё ещё эхом звучали в голове.
— Почему ты просто не сказал мне об этом раньше? — прошептала я.
— Потому что я хотел, чтобы ты видела именно меня, какой я есть, без всяких масок, — ответил он без тени сомнения. — Но ты решила видеть то, что хотела.
Я подняла глаза, чувствуя, как гнев и стыд смешиваются в горький коктейль.
— Я… я не знала. Я… — мои слова оборвались, когда он шагнул ещё ближе, нависая надо мной.
— Ты так не уверена в себе, Агнес? — его голос был низким, почти шёпотом, но в нём звучала сталь. — И из-за этого пытаешься оправдать свои страхи, перекладывая их на меня?
— Я… — я попыталась возразить, но не могла найти слов.
Он обхватил моё запястье, подтянул к себе, и я почувствовала, как его дыхание обжигает мою кожу.
— Знаешь, Агнес, я мог бы злиться на тебя, мог бы пытаться тебя успокоить. Но сейчас я хочу, чтобы ты поняла одно: я не терплю сомнений. Особенно от важных для меня людей. И есть только один способ показать тебе, насколько ты ошибаешься.
Его слова ударили, как молния, и в следующий момент он притянул меня к себе. Его губы накрыли мои — требовательные, горячие, обжигающие. Я попыталась вырваться, но он только крепче обхватил мои запястья, удерживая их за спиной.
— Ты же не думала, что можешь вот так просто уйти прямо сейчас? — его голос был низким, почти рычащим, каждый слог отдавался вибрацией, которая проходила через всё моё тело.
Он повёл меня вперёд к столу и, встав позади, надавил рукой на спину, заставляя меня прижаться животом к прохладной столешнице. Моя грудь упёрлась в твёрдую поверхность, а он, стоя позади, задрал юбку вверх, обнажая бёдра.
— Ты заслужила это, Агнес, — его слова были холодными, но в них чувствовался жар, который он больше не собирался скрывать.
Резкий хлопок заполнил кабинет, и моё тело дёрнулось вперёд от неожиданного шлепка.
— Будь тише, — предупредил он, наклонившись ближе, его горячее дыхание обжигало мою шею. — Или сюда сбежится весь этаж, чтобы узнать, что тут происходит.
Моё сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно на весь кабинет. Но я не могла вымолвить ни слова, только стиснула зубы, стараясь не выдать пару ласковых слов в его адрес.
Ещё один шлепок. Громкий, резкий. Он был больше неожиданным, чем болезненным, но моё тело откликнулось на него, и я не могла сдержать рваного стона.
— Молчи, Агнес, — прошептал он, его голос был тёмным и властным.
Его руки скользнули под рубашку, обхватив мою грудь, и он сжал её через ткань, грубо, но не жестоко. Я чувствовала, как тепло растекается по телу, смешиваясь с чем-то острым, неподвластным мне. Дрэйк плотно прижался ко мне сзади, и я почувствовала, что он так просто не отпустит меня.
Это было ужасно… Ведь я хотела его в этот момент так же сильно, как и он меня. Откликалось ли моё тело на его прикосновения лишь из-за прошлого опыта? Или, возможно, в глубине души я уже безвозвратно привязалась к нему, позволив ему стать частью моего мира?
Каждое движение, каждое слово, каждый взгляд — всё это проникало глубже, чем я готова была признать. И пока его руки властвовали надо мной, я не могла понять, что сильнее: физическое притяжение или тот страх, что я уже не смогу отпустить его, даже если захочу.
Его пальцы скользнули по моей коже, отодвигая тонкую ткань трусиков в сторону. Не было ни предупреждения, ни паузы — он сразу же ввёл в меня два пальца, не тратя времени на прелюдии.
— Блядь, ты уже такая мокрая, Агнес, — прошептал он, его голос был низким, хриплым, обволакивающим.
Я зажмурила глаза, опираясь на столешницу, мои пальцы сжали её края так сильно, что побелели. Его движения были сильными и резкими, я же с трудом сдерживала свои стоны, которые в итоге превращались в невнятное мычание.
— Ты думаешь, что можешь играть со мной? — его слова обжигали мой слух, а пальцы двигались всё глубже, заставляя меня забывать, где я нахожусь. — Думаешь, можешь сомневаться во мне, а потом вот так просто исчезнуть?
Его другая рука легла на моё бедро, удерживая меня на месте, и я почувствовала, как его дыхание стало ближе.
— Ты сама добилась этого, Агнес, — прошептал он, склонившись к самому уху. — Ты должна понимать, что я не остановлюсь, пока ты не вспомнишь, кто здесь главный.
Секунда, и его член ворвался в меня, входя на всю длину, мгновенно задавая темп. Я чувствовала, как моя голова закружилась, а сознание словно рассыпалось на осколки под его властью.
Выпрямившись, он намотал мои волосы на руку, заставляя голову запрокинуться назад. Этот резкий жест усилил ощущение полной покорности, его член продолжал беспощадно двигаться внутри меня, играя с моими чувствами на грани боли и наслаждения.
— Смотри вперёд, Агнес, — его голос прозвучал, как приказ, горячий шёпот, обволакивающий каждую клеточку моего тела. — Хочу, чтобы ты запомнила это наказание.
Я невольно открыла глаза, встретившись с отражением в зеркале, висевшем на стене прямо напротив меня. Я видела свои покрасневшие щеки, приоткрытые губы, дрожащие от ощущения его власти надо мной.
— Боже, ты так красива, когда отдаёшься целиком, — пробормотал он, затягивая волосы чуть сильнее.
  
Я не могла ответить, не могла даже дышать ровно. Моё тело горело, волны удовольствия накрывали с головой, толчки внутри меня становилось всё более интенсивным, доводя меня до грани. Это было как наказание, но наказание, от которого я не могла отказаться.