Грани искушений (СИ)

Он выглядел таким расслабленным, таким чертовски привлекательным. Его голос был слишком тихим, чтобы я могла разобрать слова, но его манера держаться была мне знакома до боли.
Девушка рядом с ним казалась воплощением элегантности. Её смех звенел мягко, почти музыкально, и она слегка коснулась его плеча, как будто это было совершенно естественно.
Нет. Только не это.
Я почувствовала, как сердце падает куда-то вниз, а воздух в лёгких становится тяжёлым и едким. Это было хуже, чем я могла представить.
  
Он тут. И он не один.
Я не могла отвести взгляда, не могла заставить себя развернуться. Всё моё существо кричало о том, чтобы уйти, но ноги не слушались.
Дрэйк заметил меня. Его шаг замедлился, а на лице на мгновение промелькнуло что-то, что я не успела разобрать. Затем он нахмурился, и его взгляд остановился на моих глазах, как будто пытался что-то понять.
Я стояла, будто прикованная к месту. Внутри меня бушевал шторм из ревности, гнева и какой-то болезненной пустоты.
Он что-то сказал девушке, которая, не останавливаясь, кивнула и продолжила путь, скрывшись за следующим поворотом коридора. А он повернулся и медленно направился в мою сторону.
Мир вокруг словно сжался до одной точки.
Взгляд Дрэйка прожигал меня насквозь, но вместо того чтобы вызывать привычное тепло, теперь он казался ледяным. Каждый его шаг был уверенным, и я знала — он не оставит эту ситуацию просто так.
«Нет. Я не смогу этого вынести».
Словно выключатель внутри меня, эта мысль привела тело в движение. Я резко развернулась, спиной чувствуя, как его шаги ускоряются.
— Агнес!
Его голос ударил меня в спину, глубокий, полный той властной энергии, которая всегда заставляла меня останавливаться. Но не сейчас. Не теперь.
Я бросилась вниз по лестнице, почти сбивая каблуками шаги. Грудь сдавило, дышать стало тяжело, а перед глазами всё плыло. Я не могу здесь оставаться. Я не могу снова спрашивать, почему. Я не хочу слышать объяснения, признания, оправдания.
Слёзы стояли в глазах, но я сдерживала их, стиснув зубы.
«Почему я снова такая? Почему каждый раз я возвращаюсь к той самой Агнес, которую сделали ненужной?»
Шаги отдавались эхом в моих ушах, как барабанная дробь.
«Быстрее. Только быстрее».
Я выбежала в общий зал, затем дальше к выходу, почти влетела в комнату со стойкой.
— Добрый вечер… — начал было сотрудник клуба, но замолчал, глядя на меня.
Я торопливо протянула руку с браслетом, чтобы его сняли, голос едва выдавил:
— Мне… мои вещи, пожалуйста.
Он на мгновение замер, а потом кивнул и отошёл, чтобы принести сумку и пальто. В голове крутилась только одна мысль: только бы Дрэйк не пошёл сюда сразу. Пусть задержится. Пусть останется в зале.
Мужчина вернулся, окинув меня внимательным взглядом, и вместе с вещами протянул мне очередной конверт-приглашение.
Я на мгновение замерла, глядя на бумагу, как на что-то чужеродное.
— Спасибо, — бросила я и быстро направилась к выходу.
Свежий воздух ударил в лицо, стирая остатки горячих слёз. Слёз?.. Я даже не заметила, как начала плакать, лишь бежала вперёд не глядя по сторонам.
«Домой. Просто домой. Забудь об этом».
Но я знала, что это было невозможно.
  
Глава 45. Между сомнением и правдой
 
Я плохо запомнила выходные — я всё время как будто шла сквозь густой туман. Дни сливались в бесконечный поток слёз, самообвинений и жалости к самой себе. Я позвонила на работу и взяла неделю больничного, не в силах справиться с этой опустошённостью.
Телефон вибрировал почти непрерывно — сообщения, звонки, голосовые. Я не открывала ни одно. Каждый раз, когда экран начинал светиться его именем, сердце болезненно сжималось, а глаза снова наполнялись слезами.
«Почему он даже не пытается остановиться? Он знает, что сделал. Как он может продолжать?»
Эта мысль снова и снова прокручивалась в моей голове, пока я бесцельно бродила по квартире или лежала в постели, уставившись в потолок.
Девочки писали мне пожелания скорейшего выздоровления, порываясь приехать ко мне домой, но я убедила их, что у меня ангина и есть высокий риск заразиться.
К следующему воскресенью боль начала немного отступать, оставляя после себя горькое, едкое чувство.
Почему я продолжаю это терпеть? Почему снова возвращаюсь к той самой сломленной версии себя, которую когда-то создал Дэвид?
Но вместе с болью всё ещё оставалась ревность. Голодная, неуправляемая ревность, которая разъедала меня изнутри.
В понедельник я едва заставила себя прийти в офис. Целая неделя слёз не прошла даром: лицо было опухшим, а под глазами залегли тёмные круги. Но я держалась. Хоть и с заметным опозданием, но я пришла на работу. Однако подойдя к своему столу, я заметила, что коллеги заметно напряглись. Что-то было не так.
— Агнес доброе утро, тебе уже лучше? — Кира подошла ко мне с обеспокоенным лицом. — Тебя вызывали наверх, на 28 этаж. Сказали, чтобы ты явилась сразу же, как придёшь в офис.
— Наверх? — переспросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Она кивнула, а я, пытаясь сохранить спокойствие, встала и направилась к лифтам.
Когда двери открылись на нужном этаже, я шагнула в просторный коридор. Ассистентка, сидевшая за столом, улыбнулась мне сдержанно.
— Мисс Хантли? — она дождалась от меня утвердительного кивка. — Вас ждут, — и указала на одну из дверей.
В глубине души я знала, куда иду. Я остановилась перед дверью, быстро провела руками по юбке, будто это могло придать мне уверенности, и постучала.
— Войдите, — раздался его голос.
Я вошла внутрь и остановилась посередине кабинета, стараясь держать лицо. Дрэйк стоял у окна, спиной ко мне, его фигура выделялась на фоне света. Он был неподвижен, только его пальцы, спрятанные в карманах брюк, чуть дёрнулись, когда я вошла.
Он медленно обернулся, и его взгляд встретился с моим. Темнота в его глазах была почти осязаемой.
— Садись, — коротко сказал он, кивая на кресло напротив стола.
— Я постою, — ответила я, скрещивая руки на груди, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.
Его взгляд сузился, острый, как лезвие. Он молча разглядывал меня, будто оценивая, насколько я серьёзна.
— Ты избегала меня больше недели, — сказал он, делая шаг вперёд.
— А ты удивлён? — я встретила его взгляд, стараясь выглядеть уверенной, но мой голос дрогнул, предавая меня. Сцепив пальцы в замке, я прятала дрожь. — После того, что я видела, я не уверена, что хочу слушать твои оправдания.
Его бровь слегка приподнялась, а уголок губ изогнулся в насмешке.
— Оправдания? — повторил он, и в его тоне не было ни капли раскаяния. — Ты правда думаешь, что я должен оправдываться?
Я открыла рот, чтобы что-то ответить, но он поднял руку, заставляя меня замолчать.
— Девушка, которую ты видела в пятницу, — Мария. Она сотрудница Вельвета. Её работа — курировать гостиничную зону. Мы…
— Что за ерунда? Что вы могли обсуждать в этом клубе? — перебила я, сжимая кулаки. — Она явно вешалась на тебя, Дрэйк!
Он шагнул ближе, так что между нами почти не осталось расстояния. Его запах — смесь мускуса и древесного одеколона — заполнил пространство вокруг меня, и я ненавидела то, как это действовало на меня.
— Потому что я не дал тебе ни одного реального повода сомневаться во мне, — его голос стал тише, с оттенком угрозы.
Я сделала шаг назад, чувствуя, как мои колени упираются в край кресла для гостей.
— Ты не дал? — я попыталась держать тон ровным, но злость прорвалась наружу. — А то, что я видела, это не повод? Ты и твоя «сотрудница», как ты говоришь, прекрасно смотрелись вместе!
  
— Она пыталась флиртовать, — признался он, и его тон стал твёрдым, почти грубым. — Но я с ней не спал.
Эти слова прозвучали как вызов, как что-то, с чем я должна была либо смириться, либо опровергнуть. Я молчала, глядя в его глаза, ища хотя бы малейший признак лжи.